WWW.NEW.PDFM.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Собрание документов
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«КАЛАМБИЙ (Адыль-Гирей Кешев) ЗАПИСКИ ЧЕРКЕСА ПОВЕСТИ РАССКАЗЫ ОЧЕРКИ СТАТЬИ ПИСЬМА И ЗД А Т Е Л Ь С Т В О «Э Л ЬБРУ С » • Н А Л Ь Ч И К • 1988 с (Каб) 1 К 378 ;А 1..-1 I у I ‘И ...»

-- [ Страница 1 ] --

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПАМЯТНИКИ КАБАРДИНО-БАЛКАРИИ

КАЛАМБИЙ

(Адыль-Гирей Кешев)

ЗАПИСКИ ЧЕРКЕСА

ПОВЕСТИ

РАССКАЗЫ

ОЧЕРКИ

СТАТЬИ

ПИСЬМА

И ЗД А Т Е Л Ь С Т В О «Э Л ЬБРУ С » • Н А Л Ь Ч И К • 1988

с (Каб) 1

К 378

1 .

.-1 I у

I ‘И

Вступительная статья и подготовка текста к печати

доктора филологических наук

Р. X. Х А Ш ХО Ж ЕВО Й

Р едактор А. К- СОНЭ

Каламбий (Адыль-Гирей Кешев) К 378 Записки черкеса. Н а л ь ч и к : Эльбрус, 1987.— 272 с .

В пер.: 1 р. 80 к. 15 ООО экз .

Каламбий — литературный псевдоним талантливого писателя-реалиста, ж урналиста, одного из зачинателей адыгской художественной литературы, первого редактора газеты «Терские ведомости» Адыль-Гирея Кешева. П ере­ издание его наследия приурочено к 150-летию со дня рож дения просветителя, оставившего глубокий след в истории национальной культуры .

С (К аб) 1 15ВN 5-7680-0048-8 \

-ю КАЛАМБ и Й (Адыль-Гирей Кешев) (1837— 1872) Советское литературоведение, руководствуясь марксистско-ле­ нинским подходом к духовному наследию прошлого, п роявл яет не­ ослабный интерес к тому, что «было ценного в более чем д ву х ты ­ сячелетием развитии человеческой мысли и культуры» [1, с. 337] .

Без зн ан ия эстетических ценностей, созданных всеми н ародам и С С С Р, невозможно понимание закономерностей взаимодействия и сближ ения национальных культур, р азви тия советской многонацио­ нальной социалистической культуры; усвоение ж е их дем ок рати че­ ских традиций — духовно и нравственно о б огащ ает народ .



В свете этих положений историкам л итературы необходимо иметь в виду критический подход к культурном у наследию прош ло­ го с позиций марксистско-ленинской методологии, с одной стороны, на отбор и усвоение именно того, что способствовало бы «н р ав ст­ венному здоровью... духовному климату» [2, с. 90] нашего о б щ ест­ ва; с другой — на выявление исторических корней социальной и духовной общности народов дореволюционной России, на историко­ теоретическое осмысление идейно-эстетического взаимодействия л и ­ тератур народов С С С Р в дооктябрьскую эпоху .

Одним из убедительных свидетельств взаимосвязанности об щ е­ ственно-эстетического процесса, которым были охвачены народы С С С Р в дооктябрьский период, яв л яется история^ становления и развития адыгского просветительства и созданного в его р а м к а х литературно-художественного творчества .

С конца XVIII в. вплоть до О ктябрьской революции общ ествен­ но-культурный прогресс адыгов проходил под знаком идеологиче­ ского движения, связанного с русским просвещением. Его о б ъ е к ­ тивной основой явились национальные потребности, настоятельно заяви вш и е о себе с присоединением к р а я к вступающей на путь капиталистического разви тия России. С этого времени создаю тся реальные условия д ля р асш аты в ан и я здесь феодальной системы и рас п а д а ф еодально-патриархального у к л а д а ж изн и народа. Вместе с тем п ередовая русская общ ественная мысль и д ем ократи ческая культура способствовали формированию прогрессивно и патриоти­ чески настроенной адыгской интеллигенции, посвятившей себя б л а ­ городному делу просвещения своего народ а, его сам оутверж ден и я, р азви тия национальной культуры .

Адыгское просветительство, возникнув и р азв и ва яс ь в русле общероссийского идеологического движ ения, воспринимало к л а с ­ сические черты европейского и русского просвещения [3, с .

519], хотя и не сразу и не в классически четкой форме и одинаковой степени, что было связано с уровнем социально-экономического р азв и ти я кр а я, его общественно-политическим положением [4]. Н о оно эволюционировало с ростом общественного самосознания н а ­ рода, обострением классовой борьбы, усилением национально-угне­ тательской политики царского сам о д ер ж а ви я. Н аивы сш его подъема оно достигло на втором этап е своего р азви тия — в самы й канун от­ мены крепостного права и первые д ва десятилетия послереформенного периода. Общественно-политическое мировоззрение просвети­ телей этого исторического отрезка времени формируется в сфере идеологии русской революционной демократии, хотя и не до конца ими воспринятой. Оно д ви ж ется от отвлеченно-гуманистического д ем ок рати зм а, свойственного просветителям первого периода, к крестьянском у демократизму. Внимание просветителей второго пе­ риода обращ ено на несуразность не только отдельных сторон ф ео­ дальн ого строя (к ак это было у их предш ественников), но и всего общественно-политического строя. Господствующий кл асс р а с с м а ­ три вается ими у ж е не к а к «опора отечества», а к а к д егр ад и ру ю ­ щ ая, за р а ж е н н а я тунеядством и парази ти зм ом прослойка общ ест­ ва. Г лавное внимание обращ ено на крестьянство. И з о б р а ж а я его бедственное положение и выступая в его защ иту, они у тв ерж д аю т его нравственное превосходство над феодальны м классом, п о казы ­ ваю т растущ ее недовольство социальной несправедливостью, тягу к прогрессивным ф ормам жизни .

Б о р ясь против реакционно настроенной части феодальной в ер ­ хушки и духовенства, протививш ихся союзу с Россией и ориентиро­ вавших народ на «единоверную Турцию», просветители и этого пе­ риода выступаю т за разви тие и упрочение связей с русским н аро ­ дом. К онкретно-практически оценивая прогрессивное значение присоединения горцев к России, они в то ж е время решительно о суж даю т колониальную политику ц ари зм а. П римечательно и то, что отдельные из них поднимаю тся от критики социальных проти­ воречий горского быта до критики общественно-политического строя центральной России .

В творчестве просветителей отчетливо отразились тенденции общественно-политического и социально-экономического развития адыгов в рассм атриваем ы е десятилетия. В своих произведениях они о т р а ж а л и острую идейную борьбу, связанную с ломкой феодальнокрепостнических устоев и отношений, п атри архальн ого быта, пред­ ставлений. Р а з о б л а ч а я ф еод ал ьн о-п атри ар хал ьны е пережитки прошлого, меш авш ие прогрессивному развитию народа, они реш и ­ тельно выступали против таких несовместимых с духом нового в ре­ мени устаревш их традиций, к а к наездничество, кр овн ая месть, порабощ енность женш,ины, зад ум ы вал ись над вопросами просвещения народа и национального прогресса, роли интеллигенции в общ ест­ венных преобразованиях .

П о к а з ы в а я социальны е противоречия современной им действительности, т яж ел о е м атери альн ое п о л о ж е­ ние трудовых масс народа, никчемность реакционных обычаев старины, угнета.тельский релим цари зм а, просветители д а в а л и оценку этим явлениям с народно-демократических позиций. З а м е ­ чательным в их творчестве было и то, что они с воодушевлением и одобрением и зо б р а ж ал и и перемены в общественном быте и с о зн а­ нии народа в новое время. Вместе с тем они уверенно овл ад ев ал и идейно-художественным богатством родного ф ольклора, опытом русской литературы, ведущим направлением современности — х у ­ дожественной системой реали зм а, следовали традициям гоголев­ ской ш колы — и зображ ению жизни «во всей наготе и истине»

[В. Г. Б ел и н ск и й. О русской повести и повестях Гоголя) .

Все эти явления в наиболее яркой и совершенной форме про­ явились в творчестве А.-Г. Кешева. С произведениями Кешева а д ы г ­ ск ая д оо ктяб р ь ская л ит ерату ра приобрела подлинное соц и аль­ ное и демократическое звучание, н а б р а л а наибольш ую худ о ж ест­ венную высоту. В своих произведениях Кешев д а л широкие к а р т и ­ ны социально-общественного бы та адыгов, о б рати л внимание на существенные противоречия своего времени, п оказал историю д у ­ ховных исканий передовой части адыгской интеллигенции, ее (и свои) разд ум ь я над исторической судьбой своего отечества .

В 1860 и 1861 гг. в петербургском ж у р н а л е «Библиотека д ля чтения» и московском — «Русский вестник» были напечатаны « З а ­ писки черкеса» [5] — цикл рассказов («Д в а месяца в ауле», «Уче­ ник джиннов», «Чучело»), повесть «Абреки» [6] и очерк «Н а холме»

[7]. У ж е сам ф ак т публикации этих произведений в таких именитых и здани ях свидетельствовал об их высоком художественном уровне, исключительно интересном тематическом содержании. И д ей стви ­ тельно, в этих произведениях, отмеченных высоким худож ествен ­ ным мастерством, в то ж е время правдиво, без романтической иде­ ализации, свойственной обычно сочинениям на к авк азск ую тему, воспроизводились быт и нравы адыгов — малоизвестного русскому читателю народа. Т ак реалистически, с безупречной точностью и мельчайшими подробностями передать своеобразие быта и х а р а к ­ тера наро д а мог только человек, вышедший из этой ж е среды. О д ­ нако опубликованные р ассказы и повесть были подписаны не под­ л ин н ы м именем автора, который из каких-то соображ ений п о ж ел ал его скрыть и подписался образны м псевдонимом К ал ам б и й (с а р а б ­ с к о г о — «владею щ ий пером»). П р а в д а, и здатель «Русского вестни­ к а » за я в и л о его адыгском происхождении. В сопроводительной за м е т к е к повести «Абреки» он писал: « Р а с с к а з этот действительно писан природным черкесом, который, к а к читатели могут видеть, вместе с полным знанием русского я зы к а соединяет литературное дар о в ан и е » [6, с. 127] .

И м я писателя, скрывшегося под загадочны м псевдонимом, бо­ л е е века оставалось неизвестным и было установлено лиш ь в 60-е годы нашего столетия .

В 1963 г. в ж у р н ал е « Д р у ж б а народов» появилась статья « В л а ­ дею щ ий пером» [8] Л. Голубевой, в которой и сследовательница на основе архивных и других источников установила, что под именем К а л а м б и й писал Адыль-Гирей Кешев. З а т ем она ж е опубликовала биографический очерк о писателе [9], статью, характери зую щ ую его ка к этнограф а [10], и защ и ти л а диссертацию, посвященную его литературно-просветительской деятельности [11] .

' Помимо р абот Л. Голубевой, творчество К еш ева затрагивалось в той или иной степени, в тех или иных аспектах в р аб отах Т. Кумы кова [12], X. Хапсирокова [13]. П рояви в интерес к творчеству К еш ева еще в 60-е годы [14], автор этих строк оп убли ковала о нем несколько работ [15, 16, 17]. Н а м и ж е было осуществлено пер­ вое послеоктябрьское издание литературно-художественны х произ­ ведений К еш ева [18] и его статей [19]. О днако из-за ограниченности т и р а ж а книги «И збран н ы е произведения А.-Г. Кеш ева» и « И з б р а н ­ ные произведения адыгских просветителей» стали редкими, в связи с чем и возникла необходимость переиздания наследия этого в ы д а ­ ю щ егося писателя и ж ур н ал и ста дооктябрьского периода .

Адыль-Гирей Кешев родился в 1837 г о д у * в ауле Кечев, Зеленчукского округа, Верхнекубанского приставства. В 1850 г. вмессте с Казн А тажукиным [21] он был зачислен в С тавропольскую гим назию [22, с. 8], при которой сущ ествовал специальный пансион д л я детей горцев. К тому времени здесь обучалось 65 человек, сре­ ди которых были и адыги. С о здан н ая в 1837 г. д ля подготовки чи­ новников кавказского управленческого ап п ар ат а. С тавропольская ги м н ази я со временем п ревратилась в подлинную кузницу кавк аз

–  –  –

ской интеллигенции. Из ее стен вышли такие прогрессивные д е я ­ тели своих национальных культур, ка к класси к осетинской л и т е ­ ратуры Коста Хетагуров, осетинский этнограф Й н ал уко Тхостов, осетинский поэт и публицист И н ал Канунов, кабардинский педагог, публицист и переводчик К азн Атажукин, б ал кар ски й скрипач С у л ­ тан -Б ек Абаев. В 1862 г. эту ж е гимназию окончил известный впос­ ледствии политический деятель, социалист, друг М ар к са и Э нгель­ са Герман Александрович Л опатин; здесь обучались т а к ж е к а в к а ­ зоведы Е. Д. Фелицын и Н. Я- Дынник .

В годы учебы К еш ева директором гимназиии был Я. М. Н е ­ веров (1810— 1893)— талантли вы й педагог, л итератор, человек высокой культуры и демократических взглядов. Воспитанник М о ­ сковского университета, друг известного профессора Т. Н. Г р ан о в ­ ского, близко знавш ий В. Г. Белинского, И. С. Тургенева, Н. А. Н екрасова, Н еверов выгодно отличался от прежних и после­ дующих руководителей гимназии своей подлинной влюбленностью в педагогический труд, творческой энергией, талантом воспитателя .

М. Краснов, автор книги о С тавропольской гимназии, ни об одном директоре не отзы вался так лестно, ка к о Неверове. «Януарий М и­ хайлович Неверов,— пишет он,— соединял в себе лучшие качества педагога, которые сочетались в нем с нежной отеческой лю бовью к учащ имся гимназии... и высоким эстетическим чувством, которое он стремился поселить в учащемся. Вся засл у га Я нуария М и ­ хайловича состоит в том, что он и к а к педагог, и к а к ад м и н и стра­ тор не только умел распо зн авать силы и тал а н ты в учащихся и в своих подчиненных, не только содействовал целесообразны ми мерами их развитию, но и изобретал разн ооб р азн ы е средства к тому, чтобы лю бовь к труду вверенных его отеческим попечениям л иц никогда не у гас ал а, а более и более р ас ш и р ял а их благообразную, деятельность в ж елаем о м направлении» [22, с. 63] .

П ри Н еверове в гимназии были сделаны зам еч ател ьны е ново­ введения. Р асш и р и л ся круг изучаемы х предметов, д л я чтения ко ­ торых были приглаш ены опытные педагоги, опиравш иеся в своих л екц и ях на новейшие д остиж ения науки, передовую обш,ественную мысль; учреж дены были еж егодны е ученические конкурсы, а к ти ­ визировавш ие учебный процесс, повысившие уровень научной и творческой подготовки учащихся. Именно б л а го д а р я нововведе­ ниям Н еверо ва С тавр опол ьск ая гим назия по организации учебно­ образовательн ого процесса, составу вы сококвалифицированны х преп одавателей стояла на уровне аналогичных заведений М о ск­ вы и Петербурга .

Больш ую заботу и внимание Н еверов п ро яв л ял к учащ имся горцам. Он требовал от воспитателей пансиона, чтобы они «следи­ ли за всеми моментами умственной и нравственной жизни вверенных их н адзору горцев, уяснял и их понятия, п оощ ряли к труду, в нуш ая лю бовь ко всему б лагом у и прекрасному» [22, с. 64]. Н и ­ сколько не п рин и ж ая у чащ и хся из горцев, он п робуж дал и п оддер­ ж и в а л в них чувство национального сам осозн ан и я и граж данско го долга, мечту отдать приобретенные в гимназии зн ания делу о б р а ­ зо в ан и я народа .

У читывая особенности быта горцев, их нужды, потребности, Н еверов стремился ввести в их учебную програм м у предметы, ко ­ торы е имели бы д ля них практическое значение. «П осле долгих соображ ен ий,— пишет М. К раснов,— Я нуарий М ихайлович пришел к заключению, что горцам следует д ав ать так о е образование, к о ­ торое п редоставляло бы им средства быть полезными гр а ж д а н а м и не на воинственном, а преимущественно мирном поприще, не выхо­ д я из своей сферы, т. е. не о тд ал яя сь от своих природных нравов, обычаев, верований. П оэтому горцам, по мнению Неверова, нужно п реподавать не латинский язык, не законоведение (русское п р аво), имею щее мало применения в быте горцев, руководствующихся бо льш ею частью своим правом — ш ариатом, а естественные науки»

[23, с. 67]. Глубоко убежденный, что «природа щедро над ели ла к а в ­ казские племена духовными способностями», что «горцы способ­ ны со страстью п редаваться науке», Н еверов хотел видеть в своих воспитанниках горцах «первую ф ал а н гу новых деятелей на у м ст­ венной арене», через которых «дикий К а в к а з выйдет из своего уединения и вступит в духовное общение с Европой» [24] .

Таким образом, Кешев, приобрел счастливую возможность обучаться в этом прославленном на К а в к а зе учебном заведении в пору его наивысшего расцвета. Если еще вспомнить ту благож елательн ую обстановку, которую здесь создал Н еверов д ля воспи­ танников горцев, станет понятным, отчего годы, проведенные в гим­ назии, были столь дороги и памятны Кешеву. «Не стану здесь опи­ сывать ш кольных воспоминаний, на бумаге они теряю т свою д ет­ скую, свел^ую прелесть,— вспоминает он устами своего героя.— С к а ж у только, что несколько лет, проведенных мною в шумном кругу кадетов (читай: гимназистов.— Р. X.), останутся счастли­ вейшею порою моей бесцветной жизни. Д а ж е теперь, когда я пре­ врати лся в делового человека и увидел свет в совершенно ином виде, чем и з о б р а ж а л его прежде, и теперь еще не могу без любви вспомнить об этой счастливой эпохе» [18, с. 52— 53] .

Хорошо организованны й в гимназии учебный процесс д ал воз­ можность Кешеву проявить свои способности во всей полноте и блеске. З а время учебы в гимназии Адыль-Гирей переходил из к л а с ­ са в к л асс в числе первых учеников. П о л у ч ая высшие баллы по всем предметам, он, однако, особое пристрастие питал к л и т е р а т у ­ ре. В этом была н ем а л а я засл у га учителя русской словесности Ф е­ дора В икторовича Ю хотникова. Выпускник М осковского ун ивер­ ситета, он был одним из первых в гимназии педагогов, получивших ученую степень ка н д и д а та наук. Б лестящ и й зн ато к и страстный л ю битель русской и мировой классики, Ю хотников, п риобщ ая своих учеников к величайшим литературны м творениям, п р о б у ж ­ д ал у них глубокий интерес к своему предмету .

О серьезности увлечения Адыль-Гирея литературой свидетель­ ствует его активное участие в гимназических конкурсах на лучш ее сочинение, сложность избранны х им тем, самостоятельность, гл у ­ бина и оригинальность их р азработки. Так, на конкурсе 1857 г .

бы ла зас л у ш а н а его р аб о та на тему «О х ар а к т е р е героев в совре­ менных русских повестях и романах», получивш ая высокую оценку жюри. «Воспитанник из почетных горцев,— отмечалось в протоко­ ле,— родясь в сфере не только чуждой, но и противоположной наш ем у обществу по интересам, привычкам, об р азу жизни, сумел не только понять, но и почти верно оценить значение лучших т и ­ пов нашей литературы и п оказать отношение их к д ей ствитель­ ной жизни: тем с 'больш ей признательностью отдаем за с л у ж е н ­ ную д ань похвалы его сочинению, которое написано языком более чистым и правильным, нежели сочинения некоторых русских во­ спитанников старш его седьмого класса» [9, с. 180] .

Ч ерез год на очередном конкурсе Кешев выступил с сочине­ нием « С ати р а во времена П етра, Екатери ны и в наши дни» .

И снова — успех, первая н агр ад а и вы сокая оценка жюри, отметив­ шего в работе воспитанника горца «самостоятельность многих выводов, бывших плодом долгого изучения р азб и раем ы х авторов и описываемой ими эпохи» [9, с. 181]. Это сочинение было о то сл а­ но Я. М. Н еверовым издателю ж у р н а л а «Русский педагогический вестник» к а к убедительное свидетельство «успешной учебы гор­ цев, их одаренности, способности и усердия в науках». В ответ ж у р н а л теплыми и б л а гож ел ат ел ьн ы м и словами приветствовал «молодой та л а н т из горцев». «К ак-то странно,— отмечалось в редакционной статье,— но вместе с тем отрадно видеть под т а ­ к и м и словами черкесское имя — А дыль-Гирей Кешев! Н а у к а в п р а ­ в е о ж ц д ать многое от молодого горца, который с такой внутрен­ ней силой вступает на ее поприще!» [25, с. 115] .

В конце 1858 г. А дыль-Гирея, окончившего с отличием гим­ назию, дирекция рекомендует в Петербургский университет. С ц ел ью основательной подготовки к поступлению в столичное вы с­ ш ее учебное заведение он один год посещ ает специальный класс п ри гимназии, в течение которого со всей серьезностью з а н и м а е т ­ ся и литературны м творчеством. У ж е в июле 1859 г. он з а к а н ­ ч и в ае т рассказ « Д в а м есяца в ауле» из ц икла «Записки черкеса»

и отсы лает его в Петербург, и здателю ж у р н а л а «Библиотека д ля чтения» А. В. Д руж инину. В сл ед за тем, ка к это видно уж е из его письм а к издателю от 4 ноября 1859 г., он п р одол ж а ет р аботать \ н а д тем ж е циклом рассказов, в частности над рассказом «Чуче­ ло», который обещ ает вы слать «не позж е нового года», и повестью « Ч то было и что есть», которую « о б раб аты вает года три» [26, л. 1— 2]. И з последующей переписки (20 м а я и 7 октября 1860 г.) видно, что в д ека б р е минувшего года им отослан р ас ск а з «Чучело», а в о к тя б р е текущего — повесть «Абреки» [26, л. 3— 5] .

Таким образом, еще в стенах С тавропольской гимназии про­ я в и л с я литературны й та л а н т Кешева, обративш ий на себя в н и м а­ ние столичных издателей. Именно здесь были зал о ж е н ы основы его идейно-эстетических принципов и демократического мировоз­ зрен и я; здесь зародились «стремление к добру и н ад еж д ы на ш и ­ рокое поприще». «Еще на школьной скам ье,— вспоминает герой К еш е ва,—^в кругу беззаботны х товарищ ей я нередко мечтал о своих соотечественниках, об их настоящ ей и будущей жизни, со­ с т а в л я л планы содействовать сколько можно к искоренению мно­ гих, по моему мнению, вредны х обычаев и предрассудков. Мысль эта вкоренилась во мне т а к сильно, т а к меня беспокоила, что я нередко пы тался освободиться от нее, но тщетны были мои уси­ л и я ; внутренний голос п од с казы в ал ежеминутно, что это единст­ венная, б лагор одн ая цель моей жизни, что Россия, о б р а з о в а в ш а я меня, имела в виду эту цель, а не хотела вовсе сд елать из меня хорошего сл уж аку » [18, с. 70] .

Окончив специальный класс гимназии, Кешев поступил в П е ­ тербургский университет на ф акультет восточных языков «по р а з р я д у арабско-персидско-татарскому» [27, 28]. Это б ы л недавнд сформ ированны й факультет. Его основателем и первым деканом был известный ориенталист азе р б а й д ж а н е ц М охаммед-Али К аси ­ мович К азем -Бек, «одна из зам ечательнейш их личностей не т о л ь ­ ко у нас, но и в целой Европе — ази атец с глубоким м усульм ан ­ ским образованием, соединивший основательное знакомство с ученостью европейской, владею щ ий одинаково к а к арабски м и турецким, т а к и английским, французским и русским и на всех шести я зы к а х писавший и печатавш ийся» [29, с. 69]. З а м е ч а т е л ь ­ ный организатор и педагог, он провел огромную работу по у ко м ­ плектованию ф ак у л ьтета вы сококвалифицированны ми востоковеда­ ми, по составлению учебного п лана и программы п реп одавани я восточных языков, учебных пособий по восточным язы ка м и л и т е­ ратуре .

Н о учеба в Петербургском университете, о которой т а к стр а ст ­ но мечтал Кешев, п р о д о л ж а л а с ь всего один учебный год. Осенью 1861 г., когда здесь н ачались волнения, вызванные репрессиями против свободолюбивой части студенчества, Адыль-Гирей принял в них участие. Его, ка к и других инонациональны х студентов, в нововведенном уставе не у страивали не только общие д л я всех ограничения, но и специальный пункт, зап р ещ ав ш и й «иноземным»

носить национальные одежды... с предварением, что полиция имеет право и обязанность ка ж д о го наруш аю щ его оные п р ав и л а немед­ ленно арестовывать» [30, л. 14]. Он понимал, что здесь речь ш л а не о какой-то простой формальности, а п р еследовалась цель о г р а ­ ничения прав студентов из других народностей. Н е ж е л а я п ри ­ мириться с новыми порядками, воцаривш имися в университете после подавления студенческих волнений, К еш ев в ноябре того ж е года в зн ак протеста против нововведенного университетского устава подал на имя уп равляю щ его д ел ам и К авказского комитета, в ведомстве которого находились студенты из горцев, заявл ен и е следующего содерж ания: «Несмотря на все мои ж е л а н и я окончить свое университетское образование, я никак не в силах оставаться в университете при тех новых правилах, которые теперь там вве­ дены (выделено нами.— Р. X.). О чем считаю своей обязанностью довести до сведения ваш его превосходительства и просить вас сде­ л ат ь распоряж ен и е об увольнении меня из числа кавк азск их вос­ питанников с выдачей документов на следование на родину»

[30, л. 22; 31] .

З а я в л е н и е Кешева, в котором в столь откровенной и резкой форме бы ла у к а за н а причина ухода из университета, вы зв ал о гнев уп равляю щ его комитетом В. Буткова: по его приказу он был немедленно уволен и выслан из П етербурга в Ставрополь .

Кратковременное пребывание К еш ева в столице было м а к си ­ мально заполнено творчеством. Помимо опубликованных в 1860 г. рассказов из цикла «Записки черкеса» и повести «Абреки», он в следующем году п ечатает свое последнее произведение — очерк «Н а холме» .

В ладикавказ в 80-е годы П р и б ы в в конце ноября 1861 г. в Ставрополь, Кешев оста­ вался здесь в течение р яд а лет, выполняя различны е служебны е обязанности. С н ачала он был назначен переводчиком с черкесско­ го я зы к а в канцелярии н ач ал ьн и ка С тавропольской губернии, з а ­ тем п еревелся учителем того ж е язы ка в гимназию. Н о в ноябре 1866 г. в связи с п реобразованием губернской гимназии в к л а с ­ сическую и исключением из учебной программы черкесского язы ка Кешев остави л прежнее место и поступил секретарем в С т ав ро ­ польскую контрольную палату. Здесь он за выслугу лет переведен в ко л л еж ски е секретари со старшинством. С л у ж б а в Ставрополе п р о д о л ж а л а с ь до лета 1867 г. В августе Ады ль-Гирей переселился во В л а д и к а в к а з, адм инистративны й центр Терской области, где, как свидетельствует составленный на него послужной список, 3 августа 1867 г. «причисляется к г р аж д а н с к о м у управлению Т ер­ ской об ласти с отправлением обязанностей р ед ак то р а областны х ведомостей». Немногим позже, в ф ев р ал е 1868 г., он одновременно н азн ачается и младш им чиновником особых поручений при н а­ чальнике Терской области. В июле того ж е года его за выслугу лет производят в титулярные советники, а в ноябре — в к о л л е ж ­ ские асессоры со старшинством. К тому времени, к а к явствует из послужного листа, он был ж е н а т на Ж ир-Х ани, дочери бесленеевского к н я зя П ш имахо Канокова, и имел одного сына [20] .

в общей сложности вся творческая деятельность К еш ева про­ д о л ж а л а с ь всего лиш ь в течение 13 лет. П ри этом, к а к св и детел ь ­ ствует последнее опубликованное произведение Кешева — очерк « Н а холме» (1861), собственно л ит ературн ое творчество его было и вовсе кратковременны м; все известные нам произведения п иса­ т ел я были написаны им в ранний период — в последние годы уче­ бы в Ставропольской гимназии, а затем в год учебы в П е терб ург­ ском университете. П ять ж е последующих лет сл уж б ы в С тав р о­ поле Кешев ничего не писал или, во всяком случае, не публиковал .

П ереехав затем во В л а д и к а в к а з и приняв д олж ность р ед ак тор а «Терских ведомостей», он вообще отошел от литературного т в о р ­ чества и последние четыре года ж изн и полностью посвятил ж у р ­ налистике. Причиной тому, очевидно, б ы л а ограниченность во времени. К ак известно, он исполнял не только трудны е о б я з а н ­ ности ред ак то ра первой областной газеты, но и сам много писал;

помимо этого, он еще нес сл у ж б у чиновника особых поручений в уп равлен ии Терской области. К тому ж е он, очевидно, с т р а д а л и т яж е л о й болезнью; этот недуг в конечном итоге и привел его к преждеврем енной смерти, последовавш ей у ж е в ян в ар е 1872 г., т. е. когда ему исполнилось 35 лет [32] .

Н о вполне возможно, что, кроме упомянутой в письме к А. Д р у ж и н и н у и ныне утерянной повести «Что было и что есть», у писателя были и другие сочинения, не появивш иеся в печати по р азн ы м причинам .

Л итерату рн о е наследйе К еш ева довольно значительно по разносторонности поднятых в нем проблем и и зображ ен и я быта адыгов. Высокое чувство г раж дан ского д олга руководило им, к о ­ г д а он п риобщ ался к литературном у творчеству: «Я принимаю сь з а перо,— з а я в л я е т он устами своего геро я-рассказчи ка,— с тем, чтобы передать на бумаге любопытные черты из нашей жизни .

М ате р и а л о в пропасть. Ц елое н еобработанное поле л еж и т передо мной. Н у ж н о ж е когда-нибудь за н я т ь нам свой уголок в огромной сем ье человечества: нужно ж е нам знать, что мы такое, и н у ж ­ но, чтобы и нас узн ал и » [18, с. 88] .

Вместе с тем стремление К еш ева р а зо б р ать ся в противоре- ’ чиях общественного строя адыгов привело его к осознанию необ­ ходимости приобщения к реалистическому искусству. Он с о зн а­ тельно о тказы в ается от традиционны х романтических приемов и зо б р а ж ен и я горцев и свой творческий метод строит на р еа ли сти ­ ческих принципах. «Я с т а р а л с я в за м етк а х моих,— за м еч ает он в письме к А. В. Д ру ж и ни н у,— и збегать всего, что выходит из повседневного быта черкесов, боясь обвинения в умышленном э ф ­ фекте. Я ж е л а л бы п редставить черкеса не на коне и не в д р а ­ матических положениях, к а к его п ред став л ял и преж де, а у домаш него очага, со всей его человеческой стороной» [26, л. 2] .

Своим творчеством Кешев окончательно утвердил в адыгской про­ светительской литературе реалистический метод, принципы кото­ рого з а к л а д ы в а л и с ь Хан-Гиреем [33] и были продолж ены КрымГиреем [34] .

П р о и зв ед ен и я Кешева из-за тяготения к социально-бытовым зари совкам, но б л а го д а р я наличию сю ж ета одновременно п р иб л и ­ ж а ю т с я и к этнографическому очерку, и к р ас ск а зу или повести .

Н екоторы е из них объединены в отдельные циклы. Таковы « З а ­ писки черкеса», составленные из трех рассказов и спаянны е общ но­ стью п роблем атики, зак л ю ч аю щ ей ся в разоблачен ии отж иваю щ их обычаев, предрассудков, суеверий. К ним тем атически п рим ыкает повесть «Абреки». И, наконец, несколько обособленно стоит очерк «Н а холме», посвященный быту адыгского крестьянства. Вместе с тем все они объединяю тся в единое целое личностью рас ск а зч и ­ ка, историей его идейных исканий. Герой ж е Кешева, о т р а ж а я настроения передовой горской интеллигенции, одновременно при­ обретает автобиографический х ара ктер и нередко сл уж и т рупором идей самого писателя .

\ Эстетические взгляды Кешева, идейное сод ерж ан ие его про­ изведений и особенности его художественного метода ф ор м и ров а­ лись под воздействием передовой русской общественной мысли и л итературы 50-х годов. О сновы ваясь на трад и ц и ях передовой предреформенной русской литературы, п р одол ж авш ей разви тие физиологического очерка 40-х годов, Кешев со зд ал широкую социально-бытовую п ан орам у своего кр ая, раскры л национальный х а ­ рактер адыгов. К а к и писатели демократического л агеря, он уд е­ л ил особое внимание социально-экономическому состоянию ад ы г­ ского крестьянства .

П роблемы, подняты е Кешевым, связан ы с исторической о б ста­ новкой, установивш ейся на К а в к а зе накануне реформ 60-х годов .

Его одинаково тревож и т и волнует отсталость и невежество со­ отечественников, все еще цепко д ер ж а вш и х с я за укоренившиеся веками реакционные законы ф еодальной старины, пагубно с к а з ы ­ ваю щ иеся в их быте, и отрицательны е явления, проникаю щ ие на К а в к а з из капи тал и зи р ую щ ей ся России, и д альн ей ш ее историче­ ское развитие отечества, связавш его свою судьбу с Россией, и бедственное положение адыгских крестьян, и траги ч еск ая судьба молодого поколения, успевшего в новых исторических условиях приобщиться к русской культуре и тщетно ж а ж д у щ е г о п р акти че­ ской деятельности на родине, и судьба адыгской женщ ины, чье порабощение вы зы вало осуж дение писателя, сторонника женской эмансипации и доступности о б р азов ан и я д л я женщины .

Кешев верно угад ы ва л нап равлен ие исторической перспекти­ вы. Он отчетливо понимал значение России и ее передовой куль­ туры в жизни народов К а в к а з а и необходимость п реоб разован ия их социально-бытового у к л ад а на основах передовых традиций европейской культуры. Именно потому он существенное внимание у д е л я л разоблачению реакционных патри ар хал ьн о-ф еод ал ьны х устоев бы та адыгов, м еш авш их поступательному д виж ению и про­ грессу .

У ж е в «Запи ск ах черкеса» Кешев создает довольно р а зн о ­ стороннюю картину национального быта адыгов. Здесь повество­ вание ведется от имени образованного человека, кровно заи н тере­ сованного в судьбе своих соотечественников, и, таким образом, явлен и я адыгской действительности и з о б р а ж аю тс я через призму критического восприятия их просвещенным человеком, взгляд ы которого основываются на передовых позициях европейской к у л ь ­ туры .

Темой рассказов, составивших «Записки черкеса», с л у ж а т события, приклю чивш иеся с самим героем или очевидцем которых он стал во время пребывания в родных местах. О днако случаи из обыденной жизни интересны д л я К еш ева-реали ст а не сами по с е ­ бе, а к а к факты, ведущие к обобщениям. П редметом х удож ествен­ ной типизации в «За п и ск ах черкеса» становятся реакционные традиции феодальной старины. И з о б р а ж а я их, Кешев выступает см елы м новатором, впервые, в частности, поставив проблему по­ л о ж ен и я ж енщ ины в адыгском обществе. Вместе с тем он со зд ает в адыгской литературе новый тип женщ ины. Ж енски е образы, со­ зд ан н ы е его предшественниками, в частности Хан-Гиреем,— это, к а к правило, представительницы княж еского рода, ж енщ ины -вои­ тельницы, романтически героизированные и к а к бы приподнятые н а д обыденной жизнью.

Героини К еш ева хотя и дворянского про­ исхождения, но не несут в себе какой-либо исключительности:

они естественны, жизненно достоверны. П рим ечательно так ж е, что Кешев о б р ащ а ет взор и на положение женщ ины-крестьянки .

В первом р ассказе цикла — « Д ва месяца в ауле» — поведана история несчастной любви героя к девушке-односельчанке. Этот случай, оставивший в душ е героя горестные воспоминания, с л у ­ ж и т поводом д ля рассуждений на различны е ж итейские темы и в ы р а ж ен и я собственного отношения к отдельным традиционным обы ч аям адыгов .

П олю бив умную и обаятельную З а л и х у и уверивш ись в ее о т­ ветном чувстве (по мнению героя, это первостепенное и важ н о е условие д л я вступающих в брак, но, к а к правило, оно не со б л ю д а­ ется в адыгском общ естве), герой принимает решение жениться на ней. Но сущ ествую щие обычаи не п озволяли молодым л ю д ц м самостоятельно реш ать свою судьбу. Бу д ущ ее их целиком зави село от воли родителей и родственников, которые не принимали в р а с ­ чет взаимнрго чувства вступаю щих в брак, считая его не более чем выгодной сделкой. Если ж ених по каким -либо причинам был неугоден близким девушки, то с чувствами влю бленных никто не считался, а обычай п озволял ее п родать д а ж е глубокому старику или уроду, но с выгодой .

Этот нелепый обычай и разр у ш и л счастье молодых людей:

З а л и х а насильственно б ы л а разл у ч ен а с лю бимы м и отдан а за избр анн и ка ее родителей. Грубое попрание лю бви героя и Зали хи ни в ком из окруж аю щ и х не вы звал о осуждения, ибо подобное явление было не единственным, а естественным, узаконенным сущ ествую щими традициям и. «А сколько подобных ей [Залихе] девуш ек,— горестно восклицает герой,— сдел ал ось ж ертвой коры с­ толю бия своих полудиких семейств! Говорят, что в высокоразвитых общ ествах п р о д а ж а женщ ины не редкость,— а у нас в горах она не только не редкость, а общ ее правило!» [18, с. 87]. Чувством глубокого со страдания он проникается к своим соотечественницам, он полон уверенности, что они достойны лучш ей участи. С р авни ­ в а я судьбы адыгской и европейской женщ ины, пользую щ ейся не­ сравненно большей свободой и в известной степени б лагам и о б р а ­ зования, он с болью в сердце констатирует: «Но что ск а за т ь о черкесской девушке? К а к а я ш кола послуж ит к раскры тию ее д у ­ ши, ее в зг л я д а на вещи, на ж изнь? Н ет д л я черкешенки ни ж ивы х школ, ни ж и вы х источников, не говоря у ж е о воспитании, в смысле, европейском... она не избегнет тлетворного вл и ян и я своего у н и ж ен ­ ного п олож ения в обществе... она вещь, игрушка, а не н равствен ­ но свободное существо, не у краш ен и е ж и зн и» [18, с. 27] .

Ещ е большим сочувствием п роникается писатель к ж енщ инам из «низов», подвергаю щ имся не только нравственном у унижению, но и жестокой экономической эксплуатации. Н а б л ю д а я ж и зн ь д о ­ мочадцев соседа, герой «лучше всего изучил служ анку, ж енщ ину средних лет», которая « к а ж д ы й день по пять раз сп уск ал ась к речке с длинным коромыслом на плече». «Я читал в ее робком взгляде, в бледных чертах лиц а,— отмечает он,— всю грустную историю ее жизни, безутешную скорбь угнетенной тя ж ел ы м р а б с т­ вом души и напрасны й порыв подавленной воли» [18, с. 73] .

П о к а зы в а я униженное полож ение ж енщ ин ы в адыгском об­ ществе, Кешев вместе с тем в образе З а л и х и воплощ ает идею роста самосознания горянки, все возрастаю щ ую непримиримость с ролью покорной рабыни. Но он не р еш ается зас тав и т ь героиню бороться за свое счастье. В соответствии с такой ориентировкой, она, хотя и воспитана' в традиционном духе, д ал ек о не безропот­ ное существо, смиренно подчиняющ ееся обычаям. О б л а д а я ясным и зд рав ы м умом, она понимает всю нелепость сущ ествую щих б р ач ­ ных отношений и не мож ет прим ириться с ними. З а л и х а не мыс-' лит себе ж изн и с нелюбимым и считает, что родители, в м еш иваясь в судьбу детей и л и ш ая их п р ав а свободного выбора, ка л е ч а т им жизнь .

«Идти поневоле за нелюбимого человека,— горестно р ас­ су ж д а ет она,— несчастье д л я девушки. К а к ж и т ь в доме, где нет согласия, где м у ж п р ези рает жену, а жена... о, я не знаю, зачем родители губят своих детей!» [18, с. 75]. З а л и х а еще бессильна перед вековыми традициям и. Ее протест против закрепощ енного п олож ен ия ж енщ ины понятен только таким передовым людям, каким яв л яе т ся герой рас ска за. Он же, убежденный сторонник рав н оп р ави я мужчин и женщин, с позиций этого «драгоценнейщего убеж дения» протестует против зависимого полож ения горян ­ ки, призы вает к признанию ее п рава на счастье, на любовь, на свободу вы бора в б раке и, наконец, на образование .

Тем а ж енщ ины п ро д о л ж а ется и в другом рас ска зе того ж е цикла — «Чучело». Но если в первом история влюбленных з а в е р ­ ш ается их вынужденной разлукой, то в последнем судьба ж е н ­ щины п о казана в трагическом плане. Н азику, дочь к н я зя Тепсеруко, отдаю т з а м у ж подобно многим ее соотечественницам, не считаясь ни с ее волей, ни с ее чувствами. П олю бив юного н а е з д ­ ника, посетившего дом ее отца, тайно л ел ея мечту о встрече с ним, Н а з и к а по воле отца становится женой стари к а-к н я зя. О тец д е ­ вушки хотя и нежно лю бит дочь, но, р еш ая судьбу дорогого ему существа, руководствуется сословными п редрассудками, расчетом на выгодную сделку. Н а з и к а же, следуя сущ ествующим т р а д и ­ циям, д о л ж н а подчиниться воле отца, в противном случае ее о ж и ­ д а е т бесчестье. Несчастный б р а к принес Н а зи к е тягчайш ие и сп ы та­ ния: судьбе было угодно, чтобы юноша, которого она полю била, о к а з а л с я ее пасынком: на ее г л а за х он был жестоко убит отцом, са м а она б ы л а подвергнута муж ем нечеловеческой пытке, в р е ­ зул ьтате которой.лишилась рассудка. Н о судьба Н ази к и и в таком трагическом положении мыслится Кешевым более счастливой по сравнению с судьбами безропотных ее соотечественниц, ибо ей, пусть д а ж е кратковременно, все ж е у д ал о сь испытать подлинное счастье с любимым .

П овествуя о трагической судьбе своей героини, Кешев вновь поднимает голос протеста против деспотического п р ава родителей р ас п о р я ж а ть с я судьбой детей, против б р ак а по расчету, обуслов­ ленного родовыми интересами, и у тв е р ж д а е т новые д л я того вре­ мени принципы брака, в основе которых — взаимное чувство, л ю ­ бовь и уважение .

В рассмотренных р а с ск а зах затронуты и другие в аж н ы е про­ блемы общественного быта адыгов. Р езкой критике Кешев п одвер­ гает обычай наездничества, связан ны й с воровством и грабеж ом .

П и сател ь правильно понял причину возникновения и бытования этого обычая, с в язы в ая его со своеобразны ми нравственными нор­ мами и понятиями феодальной старины, когда «предприийчивость и ловкость в похищении чужого д о бр а считались наиболее ценным 2 З ак аз к 7477 17 качеством ф еод ала, обеспечивавш им ему особое у в аж ен и е и почет среди собратьев по классу» [35, с. 173] .

Вме'сте с тем Кешев верно почувствовал важ н ость борьбы с этим отж и ваю щ и м обычаем в новых исторических условиях. Он убежден, что, пока сохраняется обычай наездничества, его сооте­ чественники будут оторваны от производительного труда, от мир­ ной созидательной жизни. Устами своего героя он зая вл я ет, что его зе м л я к а м «полезнее было бы забы ть подвиги у д ал ьств а и зан я т ь ся мирными делами». Вместе с тем его приятно удивляю т и искренне р а д у й т рассуж д ен и я дяди о хозяйстве: о земледелии, скотоводстве и прочих «полезных занятиях», а т а к ж е «практиче­ ский ум, навыки и глубокое соображ ение, качества, редко в ы к а зы ­ ваем ы е адыгами... привыкшими говорить больше о военных успехах»

[18, с. 88— 89] .

Третий р ассказ из « Зап и сок черкеса» — «Ученик джиннов» — посвящен традиционно просветительской теме разоб л ач ен и я суе­ верий и предрассудков народа. Внимание рассказчи ка привлекает Х адж и м ет, прозванный односельчанам и за необыкновенные способости в искусстве в рач еван ия учеником джиннов. О бразован н ы й черкес, заинтересовавш ись этой загадочной личностью, пы тается р а з г а д а т ь секрет его воздействия на окруж аю щ их. Н абл ю д ен ия над Х адж иметом приводят его к выводу, что вся «магическая»

си ла ученика джиннов кроется в его незау рядн ом уме и способ­ ностях. О б л а д а я недюжинными способностями, Х а д ж и м е т в совер­ шенстве о в л ад ел народной медициной, без тру д а определяет б о­ лезнь и успешно лечит народны ми средствами, ка зал о сь бы, б ез­ над еж н ы х больных. Н о суеверный народ приписы вает его дейст­ вия сверхъестественной силе, а его личность о к р у ж ает ореолом таинственности. С ам Х адж и м ет ловко использует со зд ав аем ы е вокруг его имени легенды д л я приобретения неограниченной в л а ­ сти над аульчанами, р ас п р а в л я я сь с неугодными ему лицами. Так, по его наговору ка зн я т старуху и молодую вдову, обвиненных им в колдовстве. Неизвестно, чем стару ха в ы зв а л а недовольство Х адж и м ета, а м олодая женщ ина, к а к выяснилось впоследствии, разг н е в а л а его отказом выйти за него зам у ж. Х адж и м ет в л а с т ­ вует над суеверными односельчанам и до тех пор, пока его не н а ­ чинает п реследовать сельский кадий, усмотревший в его славе подрыв собственного авторитета. Последний о б ъ я в л я е т Х адж и м ета «колдуном» и «еретиком» и, п одд ерж иваем ы й народом, к тому времени заговоривш им о несправедливой казни двух невинных женщ ин, п р ин уж д ает его п рекратить «колдовские» д ела. Затронув в этом произведении «старую» тему, Кешев, однако, трактует ее по-своему. Суеверия и предрассудки р ас см атри в аю тся не только ‘ к а к явления, типичные д ля тогдашней ж изн и (к ак это было у Х ан-Г и рея), но и ка к главны е факторы, препятствую щие просветительским акциям передовой горской интеллигенции, р ас п ростран е­ нию в народе о б разов ан и я и современных научных знаний .

К ро вн ая месть и последствия этого жестокого горского обы чая (абречество) — тем а следующего по времени опубликования про­ изведения К еш ева — повести «Абреки». О бращ ен ие писателя к этой теме было не случайно, оно было обусловлено д ав н о н а зр е в ­ шей необходимостью. Д ревни й обычай кровомщ ения, бессмы слен­ ность которого бы ла очевидна д л я передовых горцев, все еще со хр анял ся в быте народа, нанося ему немалы й ущерб, приводя к разорению сел, истреблению целых родов [36, с. 288]. Именно по­ тому писатель и з а д а е т с я целью показать, к каки м страш ным по­ следствиям приводит его соотечественников слепое следование отж и ваю щ и м тради ци ям прошлого .

Повесть первоначально бы ла отп равлен а в ж у р н а л « Б и б л и о ­ тека д л я чтения». В письме к Д р у ж и н и н у Кешев, з аран ее п р ед ­ чувствуя по опыту публикации р а с ск а за «Чучело» (он подвергся изменениям, не понравивш имся автору) возм ож ны е в о зр аж е н и я и здателя, писал: « П р е д с тав л я я В ам продолж ение «Записок»,’ счи­ таю не излиш ним ск а за т ь несколько слов от себя по поводу п р ед ­ лагаем ого отрывка .

Я зар ан ее уверен, что этот отрывок, по тому к а к Вы изволили поступить с «Чучелом», п о каж ется В ам и очень длинным, и однообразным в содерж ании. Н о эти недостатки, смею думать, суть необходимые следствия самого предмета, избранного мною на этот раз. В коротком очерке невозможно д ать скольконибудь полного понятия о таком многосложном проявлении н а ­ шего быта, каким сл у ж и т т а к н азы ваем ое абречество,— это одно из самы х коренных зол в нашем общественном устройстве. У пор­ ство, с которым наш горец преследует свое мнимое недействитель­ ное оскорбление... упорство, заслоняю щ ее все другие... п о б у ж д е­ ния,— вот, по моему мнению, источники некоторого однообразия моей статьи. Д ругое, что я п редвиж у,— п р о д о л ж а ет Кешев,— это то, что статья эта, по-видимому, не подводит к предположенной мной задаче. Но так, надеюсь, мож ет показат^зся только с первого взгляда. Основа абречества коренится п р еж д е всего в об щ ест­ венном и семейном укладе, что и с о с тав л я ет главную зад ач у моих записок. Наконец, герой записок... не мог, конечно, целиком не п олож ить на бумагу признания аб р ек а без всяких со своей сто ­ роны рассуждений» [26, л. 4] .

К ак видно из приведенного отрывка, Кешев конкретно гово­ рит о зам ы сле повести, избранны х средствах его художественного воплощения. Вместе с тем он о б р ащ а ет внимание на ее соц и ал ь ­ ное содерж ание. Во-первых, абречество тракту ется им не в п рин я­ том романтическом ключе, т. е. не ка к экзоти ческая сторона гор­ ского быта, а к а к социальное зло; во-вторых, автор исследует его социальны е истоки и конкретно св язы в ает их с общественным 2* 19 строем и семейным укладом адыгов. Т аким образом, абречество р ас см атри в ается ка к социальное явление, порожденное ф е о д а л ь ­ ным миропорядком, его зак он ам и и обычаями. Реалистически кон ­ к р е тн а я и остросоциальная тр ак товк а абречества в повести п ри ­ ш л ас ь не по душе Д руж инину-эстету, выступавш ему в 1859 г. с позиций «чистого» искусства, против обличительной литературы .

Кешев же, не согласившись на переделку, з а б р а л свое п роизведе­ ние и опубликовал его в том ж е 1860 г. в ж у р н а л е «Русский вестник» .

В основе повести — судьба обычной адыгской семьи Т ад ж, члены которой из-за обы чая кровной мести стано вятся абрекам и и ведут беспокойную, полную трагических событий жизнь. П о д ­ ч ерки вая реальность и типичность и зображ аем ого, Кешев устами главного г е р о я — аб рек а М аты зам ечает, что р ас ск а з его «...с н а ­ ч а л а до конца истинная быль, и зо б р а ж а ю щ а я не одно семейство Т а д ж, а тысячи ему подобных, чтобы не ск а за т ь всех обитателей ады гской зем ли» [18, с. 195]. Судьба М аты рассм а тр и в ае тся ка к типичный пример тяж ко го последствия родовой мести, и скалечи в­ шего всю его жизнь, лиш ивш его его домаш него очага, родных и друзей, покоя и счастья. С ведя счеты с кровными врагам и семьи, он не чувствует никакого удовлетворения, ибо, к а к он сам з а м е ­ чает, «зло не мож ет удовлетворить человека, не знавш его в ж и з ­ ни ничего, кроме зла». Интересно, что горцы сознаю т вред кровомщения, но в то ж е время не в си л ах противостоять традиции .

Этому м еш ает крепко укоренившееся у них сознание святости соблю дения обычаев предков, самолюбие, стр а х потерять ре­ путацию «настоящего» мужчины. Условность этого обычая, с о х р а­ няю щегося только ради видимости, не р аз п одчеркивается в п о ­ вести. Х арактерно, что родственники убитого отцом М аты ч ел о ­ века «стали у гр ож ать отцу, хотя при ж изн и покойника они всеми силами ста рал и сь сбыть его как-нибудь с рук». Н есколько раз им п р ед остав л ял ся удобный случай распр ави ться с кровным в р а ­ гом, но они ничего не предпринимали, ибо «храбрились только д ля виду, чтобы люди не считали их трусами, не соблю даю щ ими родовой чести». Сам М а т а нередко сом невается в необходимости и справедливости соверш аемого им с братом ак та мести и н а ­ стр а и в ае т себя на воинственный л а д лиш ь мы слям и о том, ка к отнесутся к его «мягкосердечию» Х а р а к е т и его друзья, не з а п о ­ д о зрят они его в трусости?

М а т а добр и мягкосердечен по натуре, но л о ж н ы е понятия о чести и господствующие у адыгов предрассудки п рев р ащ а ю т его в одерж имого местью ф ан ати ка. Вместе с тем эта п агу б ная страсть не с д е л а л а его жестоким и холодным убийцей, не знаю щ им рас к ая н и я и не чувствующим ж алости. Он полон сострад ан ия к ханцовцам и мучительно переж ивает к а ж д о е н ап аден ие на в р а ж ­ д еб ны й аул. Картины содеянного им и его т о в ар и щ ам и зл а неот­ ступно преследуют его, и перед ними меркнет, становится м а л о ­ значительной причина в р а ж д ы с ханцовцам и. Он постоянно испы­ ты в а е т чувство огромной вины перед теми, кто в прош лом т а к рад уш н о принял и приютил их семью в своем обществе. Н о осо­ бенно невыносимо тя ж ел о становится ему от сознания своей вины пере'д соотечественниками, когда он, лиш ивш ись б рата и друзей, в отчаянии привел о тр яд царских войск, которые р азр у ш аю т аул .

Видя это, М ата п ереж ивает ни с чем не сравним ы е тялселейшие минуты в своей жизни. Вид разруш енны х пчелиных ульев, рой ж у ж ж а щ и х, оставш ихся без крова пчел з а с т а в л я е т его остро по­ чувствовать всю чудовищность содеянного. «Я молча см отрел,— р ас с к а зы в а е т он,— и в душе моей проснулось что-то такое, чего я никогда пр еж д е не чувствовал. Мне к а к будто ж а л ь стал о этих ульев. Мне вдруг представился ста р и к с белой к а к лунь бородой .

«Смотри, что ты н ад ел ал,— казалось, говорил он,— ты в один миг р азр у ш и л то, что составл ял о заботу многих лет моей жизни. Ты топчеш ь чужими ногами пропитание бедной моей семьи. Вот м а ­ л ы е дети, у которых в ы р в ал ты последний кусок. Бог н а к а ж е т теб я за их слезы» [18, с. 200] .

М а т а — представитель старш его поколения, у него свои п ред­ с та в л е н и я о прошлом и настоящем. И вред бесконечных м е ж д о ­ усобных распрей он видит преж д е всего в том, что в р а ж д а, р а з ъ ­ е д и н я я и о с л а б л я я племена, д е л а е т их в отдельности легкодоступ­ ными внешнему врагу. Р а с с у ж д а е т писатель и о широко и звест­ ном и своеобразном адыгском гостеприимстве. В общем красивы й обычай, свято оберегавш ийся в старину, но, к а к зам еч ает М ата, приходящ ий в забвение, в настоящ ем он нередко принимает у р о д ­ ли в ы й х ар а ктер в силу особого понимания ады гам и гостеприимства .

Так, семья Т ад ж, вы н уж ден н ая покинуть родные места и пе­ реселиться к аб ад зехам, встречает у последних радуш ны й прием:

принявш ее семью общество обеспечивает ее м атери ал ьн о на п ер ­ вую зиму, а весной помогает всп ахать отдельное поле и пред о ­ ст а в л я е т в вечное пользование лучшую часть покоса. Такой ж е теп л ы й прием получают лиш ивш иеся крова М а т а и его б р ат Х аракет в доме главы махощевского племени К аи рбека. З а к о н о б я зы ­ вает ады га оказы вать гостеприимство каж дом у, кто н уж д аетс я в этом, не сп раш ивая, с какой целью он просит приюта и на какое время. П ринявш ий гостя о б язан обеспечить его безопасность и о к а зы в а т ь ему во всем п о дд ерж ку и покровительство. В р езу л ь ­ т а т е этим обычаем мож ет воспользоваться и человек, соверш ив­ ший преступление, ка к в данном случае И зм аи л, действия кото­ рого взволновали весь аул, и тем самы м разр уш ить благополучие принявш его его хозяина, ка к это случилось с б ратьям и Т а д ж .

П оследние, хотя и чувствуют неправоту поступка И зм аи л а, сл е­ д у ю т традиции, ибо нарушение ее ведет к бесчестью .

З а м еч ател ь н ы м достижением Кешева яв и л ся и тот факт, что он не обошел одной из в аж н ей ш и х проблем демократической лите­ р а ту р ы предреформенной поры — полож ения крестьян .

« К а к х у ­ д о ж н и к,— пишет В. Б. Корзун,— Кешев сд ел ал значительный ш аг впер ед в реалистическом изо бр аж ен и и К а в к а з а, подведя современ­ ного ему читателя вплотную к главному герою новой кавк азск ой действительности — горцу-труженику. Именно этот герой стал в ы д вигаться на первый план, в условиях наступивш его мира после окон чан ия К авказской войны» [37, с. 21]. И тут несомненными о б ­ р а з ц а м и д л я писателя явились п реж д е всего «Губернские очерки»

(1856— 1857) М. Е. С алты кова-Щ ед ри на, «Записки охотника»

(1852, первое издание) И. С. Тургенева, повесть «Д еревня» (1846) Д. В. Григоровича, «Очерки бытового н арода» (печатались до 1861 г. в ж у р н ал е «Современник») Н. В. Успенского, отли чаю щ ие­ ся всесторонним исследованием и правдивым, ка к бы д о к у м е н та л ь ­ ным и зображ ен и ем повседневной жизни и сознания трудового народа .

\ С ледуя тради ци ям «натуральной школы», Кешев в очерке «Н а холме» д а е т реалистическое описание бы та ады гских крестьян, р ас к р ы в а ет их психологию, своеобразие их этических и м о р а л ь ­ ных норм, их отношение к труду. В то ж е врем я он п оказы в ает и настроения крестьян в предреформенны й период, растущ ий гнев против феодальной верхушки. Н а р я д у с этим внимание его о б р а ­ щено на антиобщественный х ара ктер жизни ады гских дворян, в е­ дущих паразитическое существование, и противопоставляет им зан яты х созидательным трудом простых труж еников ' села. Он стрем ится р ас с к а за ть о крестьян ах всю, суровую правду, п о каза ть их повседневную ж и зн ь такой, какой она есть на самом деле, реалистически п о каза ть и их угнетателей .

К рестьяне Кешева — производители м атери ал ьн ы х благ, на их плечах л еж и т сущ ествование всего аул а, и п реж д е всего — го­ спод. Они зав и сят от последних и экономически, и юридически .

С уществую щ ие правовые отношения д аю т д воря н ам неограничен­ ную в л асть над подвластны ми им крестьянами, а в случае непо­ виновения в л ад ел ец мож ет прибегнуть к самой крайней мере н а­ к а за н и я — убийству непокорного холопа. П ривилегированное полож ение знатных обеспечивает им возможность ж и ть за счет труда п р и н ад л еж а щ и х им крестьян и проводить в рем я в п р а з д ­ ности и разъ езд ах. О бираемы е своими господами крестьяне испы­ ты ваю т постоянную м атери альн ую нужду, голод, но в своем б ед ­ ственном, угнетенном и зависимом положении они не теряю т че­ ловеческого достоинства и меньше всего походят на безгласны х холопов, не могущих постоять за себя. Они с пренебрежением о т­ носятся к своим господам, безбоязненно критикуют их об р аз жизни .

«В ся ж е л ч н ая ирония их я зы к а,— зам еч ает герой,— н ап рав л ен а исключительно на сословие, обитаю щ ее в кунацкой (имеются в виду дворяне,— Р. X.); на него они см отрят с пренебрежением, к а к на что-то весьма невыгодное и непрочное, чье сущ ествование н ах о ­ д и тся в их мозолистых руках» [18, с. 218] .

Крестьян возм ущ ает тунеядство, праздны й о б раз ж изни д в о ­ рян, их беспечность, пренебрежение к н уж д ам подвластных. Так, один из «холмовников» (т. е. крестьянин. «Холмовниками» Кешев н азы в а ет крестьян по месту их сходок — холму, располож енному н а околице села.— Р. X.) говорит; «Но что ты ск а ж е ш ь о тех молодцах, которые, сидя в своих кунацких, поедаю т д ар о м хлеб и удивляю тся, если не станет вдруг чего поесть». Когда ж е д р у ­ гой «холмовник» зая вл я ет, что не станет косить своему господину, п о ка не получит положенного по договору проса, присутствующие отвечаю т ему д ру ж н ы м смехом, ибо к а ж д о м у известно, что у б ес­ печного хозяина этого крестьянина давно нет проса, и вообщ е ему м а л о заб от до его нужды. Н о «холмовник» не сдается: «А мне, если хотите знать,— з а я в л я е т он,— ещ е меньше печали, что у него не будет сена на зиму и лош адей нечем будет кормить. Вы д у м а е ­ те, я из ж алости к нему убиваю сь над косой, порчу свою внутрен­ ность?» [18, с. 244— 245] .

Х а рактер и зуя адыгских крестьян, Кешев отмечает их гордый и независимый характер, непримиримость к своему полож ению и вольнолю бивые настроения. Адыгский крестьянин «никогда не позволит ему (господину.— Р. X.) во зл ож и ть десницу на свою физиономию». Он не терпит т а к ж е разны х кличек, вроде: «Эй, человек! Эй, чурбан!» — и о ткли кается только на свое н астоящ ее имя. П р а в д а, господин может, «когда ему вздум ается, выхватить свой к и н ж а л и всадить его в грудь дерзкого холопа», но такой способ расправы Кешев предпочитает тому, что происходит в России, где, по его словам, господа систематически ун иж аю т к р е ­ стьян, а их отношение к ним — оскорбительно-пренебрежительное .

Вместе с тем Кешев подчеркивает и ограниченность к л ас со ­ вого сознания адыгского крестьянина, когда он п р о д о л ж а ет с л е ­ д о вать традиционным п атр и архал ьн ы м обычаям. Именно поэтому «холмовник никогда не позволит при себе постороннему лицу произнести о нем (господине.— Р. X.) м ало-м альски оскорбитель­ ное замечание: тут он вступается за него, з а щ и щ а я его честь. В этом случае он руководствуется не столько личной п р и в я з а н ­ ностью к господину, сколько сознанием семейного родства, с в я з ы ­ ваю щ его его с ним» [18, с. 218] .

Крестьяне Кешева в нравственном отношении стоят гораздо выше своих господ. Их идеалы, понятия о месте человека в ж и з ­ ни, его чести, долге, сл аве в корне отличаю тся от этических норм, которыми руководствуются дворяне. Н а холме «одна х орош ая спина из крепкого дерева ценится доро ж е всякого ору ж и я с б ога­ тыми насечками, д о ро ж е самой изящной конской сбруи» (тут к а к п рин адлеж н ость дворянской знати,— Р. X.); «холмовники» у б е ж ­ дены, что «нет ничего соблазнительнее сл авы бочара Яхьи, арбяного м астера Чоры и неутомимого косаря Хожи, на которых в зи ­ раю т они не без некоторой зависти и искреннего сож ален ия, зачем а л л а х не д а л им искусства этих достойных удивления мастеров» .

«Холмовники,— зам еч ает герой,— народ большею частью п о л о ж и ­ тельный, хвастовство и л о ж ь встречает у них несравненно менее почета, чем в кунацких» (имеется в виду дворянский круг.— Р. X.) .

Н а холме «строже соблю дается данное слово, лицемерие и л о ж ­ ный стыд совершенно изгнаны оттуда». В противоположность д в о ­ рянам, зан яты м наездничеством, воровством и граб еж о м, «темные ночи не производят на зас ед ател ей холма никакого в осп л ам ен я­ ющего действия, не во зб у ж д а ю т в их груди беспокойного ж е л а н и я пош арить вокруг себя». Им «реш ительно нет никакого дела до тех идеалов, которые неотвязно преследуют сословие дворян», и они питаю т «неодолимое отвращ ение к сословию праздны х, з а н я ­ тых одними лош адьм и и оруж ием дворян». «Н а холме... свои з а ­ коны мести и примирения, не похожие на законы кунацкой» .

Вместо страш ного обы чая кровомщ ения они п рибегаю т к просто­ му разреш ен и ю спора. «В раги покосятся м есяца д в а друг против друга... а потом помирятся сами собой или лю ди за с т а в я т их у д а ­ рить по рукам. Кто больше виноват, д олж ен простить обиженного, бузу свари ть д л я него и б а р а н а за р е зать » [18, с. 216, 241, 243] .

С олидаризируясь с п исателям и -дем ократам и, отвергавш ими измы ш ления славяноф илов будто бы русским крестьянам присущи приверж енность к п атр и ар хал ь н о м у быту, в р а ж д а ко всяким нов­ шествам, религиозный ф ан ати зм, Кешев на примере того ж е к л а с ­ са в ады гском обществе, находивш егося в аналогичны х социальных условиях, демонстрирует несостоятельность славяно ф и л ьски х кон­ цепций. Крестьяне Кешева самокритичны, им свойственна п ри в л е­ к а тел ьн ая черта, которой не м ож ет п охвастать ч ва н л и ва я знать,— признание несовершенства собственного быта; они лю бознательны, п роявляю т глубокий интерес к быту и культуре других народов .

П ы тливо рассп раш и ваю т они, подобно мудрому и хозяйственному Хорю («Записки охотника»), о п оряд ках жизни в других странах, п р о яв л яя ум и сметливость.

У знав о том, что у англичан есть коса, к оторая «косит за-^сотерых», один из «холмовников» замечает:

«Сущие скоты мы, адыги, если подум аеш ь хорошенько... носом воду пьем. Сколько есть на свете чудес, какие и во сне никогда не приснятся нам! А мы не ш утя уверены, что мудрее нас нет и быть не мож ет на свете. Отчего ж е это? А от того, что б езм ерная спесь о б уял а наши сердца, от того, что и на лестнице не д обереш ь ­ с я до наших рогов. Чем ж е гордимся? Ж и в е м мы в так их ж и л и ­ щах, в каки х в ш ехерах посовестятся л ош ад ей д ерж ать. Мы до сих пор не придумали, ка к у д ер ж а ть тепло в сакле...». « Д а,— про­ д о л ж а е т другой,— ж и зн ь н аш а т а к ж е д а л е к а от жизни шехеров, к а к небо от земли» [18, с. 223— 225]. И ли Сольман, прозванный «глубокоумным» за неистребимую ж а ж д у к знаниям, п р оявл яет интерес к русским книгам и русской культуре .

Крестьяне Кешева хотя и богобоязненны, но здраво подхо­ д я т к религии, п роявляю т непочтительность по отношению к с л у ­ ж и тел я м культа. «К оль слуш ать все, что говорит наш м ул л а,— остроумно зам еч ает один из них,— придется броситься в воду» .

Особую ненависть вы зы ваю т у них ученики мулл — сохты. Одного из них, изгнанного с х олм а после предъявленного ему обвинения в воровстве, мальчиш ки преследуют криками: «Лепёш ечник, куку­ рузник, курица, индюк». О б ъ я сн яя причину столь н е у в а ж и т е л ь ­ ного отношения к сохтам, «холмовник» говорит; « К а к не о б и ж ать этих людей? Ведь они хуж е всякой саранчи, вконец нас поедают .

Н ет сил человеческих и збавиться от них, видно, бог к а р а е т ими грехи наши» [18, с. 233, 240] .

Р е а л и зм п исателя п роявляется не только в мастерстве бы то­ писания, но и в принципах подхода к изображ ен и ю крестьянской среды. Просветители первой половины XIX в. (Хан-Гирей, Ногмов) и з о б р а ж а л и простой народ весьма абстрактно: это бы ла безликая, не воплош енная в индивидуально-конкретных о б р азах масса .

Современник Кешева Крым-Гирей Инатов, создав собирательный о б р а з народа, п редставил его несколько ограниченным. И только Кешев, рисуя целую галерею типов сельских тружеников, вывел многогранно очерченный образ адыгского крестьянина .

В крестьянской массе наибольш ее внимание уделено трем персо н аж ам — Сольману, И л ьясу и Исмелю, носителям таких з а ­ мечательны х черт своей среды, к а к стремление к знаниям, тр у д о ­ любие, ж и тей ск ая мудрость, практический ум .

С ольман философ по призванию,— богато од арен н ая л и ч ­ ность. Неуемно лю бознательный, он постоянно горит ж елани ем узн ать побольше, чтобы восполнить пробелы в своих зн ан иях при отсутствии о б разования. С большим интересом он слуш ает в пе­ реводе рассказчи ка басни К рылова, о б н а р у ж и в а я «сильное беспо­ койство, с тем вместе удовольствие человека, перед которым вдруг яснее р аскры вается давно зн ак о м ая мысль» .

И л ь я с происходит из высшего сословия, но ж енитьба на л ю ­ бимой женщ ине из низших слоев разори л а его и вскоре ср а в н ял а с беднотой. Он трудолюбив, неистово реагирует на всякое зло и неправду, он превосходный адвокат, и к его услугам прибегают многие односельчане .

Почтенный старик Исмель, пользую щийся большим авторите­ том среди «холмовников», прошел долгую трудовую ж и зн ь от хо­ л опа до выкупившегося на волю крестьянина. В кругу «холмовни­ ков» он пользуется репутацией человека умного и рассудитель­ ного, его советы всегда воспринимаются с особым одобрением и вниманием, и вообще он оказы в ает неотразимое влияние на «хол­ мовников». Секрет его авторитета кроется в умении говорить четко, веско, аргументированно. Исмель никогда не говорит по­ пусту и прежде, ка к тщ ательно обдум ав мысль «со всех концов» .

Это свойство рядового тр уж ени ка приводит в восторг героя Кешева, в ы зы в ая у него признание, «что подобных людей трудно оты скать в обществе несравненно более образованном (т. е. в обществе дворян,— Р. X.), нежели к р уж о к холмовников» .

Т ак Кешев, разносторонне р ас к р ы ва я обли к адыгского кр е­ стьянина, создает его собирательный, типический образ .

П о к аз нравственного превосходства адыгского труж еника, к а к отмечалось, сочетается с и зображ ением его нужд, насущных потребностей. Д о Кешева никто с таким сочувствием и симпатией не и з о б р а ж а л крестьян, не п о казы в ал с такой беспощадной п р а в ­ дивостью их нищету и обездоленность, не о б н а ж а л социального неравенства, низкого материального уровня ж изн и крестьянской массы, невыносимый социальный гнет и п робуж даю щ и йся протест против паразитирую щ его княж еско-дворянского сословия. Тем самы м он подводил ч итателя к осознанию того, что бедственное полож ение трудового лю да яв л яе тся следствием существующих социально-экономических отношений. Всей логикой и зображ ен и я экономического состояния труж еников села он д ает почувствовать всю несправедливость феодального миропорядка, обеспечиваю щ е­ го м атери альн ы м и б л а гам и тунеядствую щий господствующий класс и обрекаю щ его трудовые массы на нищету и бесправие. К таким выводам Кешев пришел под влиянием идей во ж д я русской революционной демократии Н. Г. Чернышевского .

В творчестве Кешева поставлена и д р у гая ак ту а л ь н а я про­ блема — социально-этическое самосознание передовой интеллиген­ ции, прослежен процесс ее идейно-нравственного развития. С войст­ венные ей черты воплощены в стержневом, проходящ ем через все произведения Кешева об разе повествователя. В отличие от а н а ­ логичного п ерсон аж а К рым -Гирея И н атова р ассказчи к и автор у Кешева не тождественны: повествователь несет в себе черты но­ вого социально-психологического типа личности. Вместе с тем он не яв л яе тся полностью объективизированным персонаж ем, а в известном смысле становится рупором авторских идей .

Социально-психологический тип, созданный Кешевым, пере­ кли кается с идейно-нравственной концепцией героев романов И. С. Тургенева 40— 50-х годов и поэмы Н. А. Н е кр ас о ва «Саша» .

Н о персо н аж Кешева в то ж е время типично национален: он кров­ но св яза н с родной землей, ж и в ет интересами своего народа, о тл и ­ ч ается национальным складом психологии. Это интеллигент-демократ, ж а ж д у щ и й активной просветительской деятельности в среде н ародны х масс, но в силу целого ряд а исторических обстоятельств и собственной раздвоенности он не м ож ет активно действовать .

Отсю да его неудовлетворенность, тяж е л о п ереж иваем ы й душевный р азл а д. П од черки вая типичность своего героя, горского аналога русских Рудиных, «лишних» людей, Кешев пишет: «Современное состояние К а в к а за породило значительный круг людей, которые отбились от родной почвы, а к чужой не пристали. Поверхностное полуобразовани е ставит их во в раж д еб н ы е отношения ко всему окруж аю щ ем у, разр у ш ает веру в достоинство старых обычаев, но не д ает им достаточно сил д ля успешной борьбы с действительным злом. Это ж и в ей ш ая струна нашей современности» [26, л. 3] .

С н а ч а л а герой Кешева, питая «безграничную братскую л ю ­ бовь ко всем и каж дому», с увлечением р а с су ж д ае т о высоком долге образованного человека, долж енствую щ его вести борьбу с вредными обычаями и предрассудками старины, приобщ ать народ к знаниям. Д о л г этот мыслится ка к «единственная, б лагоро дн ая цель» его жизни. Но, приступив к практическому осуществлению своей мечты, он стал кивается с непредвиденными трудностями .

Н а х о д я щ и еся во власти древних обычаев и предрассудков зем ляки в р аж д еб н о воспринимают устремления образованного интеллиген­ та. Н а к а ж д о м ш агу он встречает неприязнь и недоверие о к р у ж а ­ ющих, которые поговариваю т о его отступничестве от веры отцов, от «обычаев и заветны х преданий старины», обвиняют его в « р а з ­ вращ ении и искушении правоверных» и, наконец, препятствуют его любви к односельчанке. Они н азы ваю т его унизительными п ро ­ звищ ами, в то время ка к он сам всем сердцем п ривязан к ним и д л я их счастья готов отдать жизнь .

В таких условиях, без какой-либо поддерж ки со стороны, он не смог привести в исполнение свои планы. Оттого воспоминания о минувшем овеяны невыразимой тоской, острым чувством не­ полноты жизни .

Впрочем, герой винит в своих неудачах не только в р а ж д е б ­ но настроенных против него собратьев. Он объективен и к сам ом у себе: корит себя за отсутствие терпения, за то, что не смог д е й ­ ствовать благоразум н о и расчетливо. Он чувствует себя виновным и в судьбе За л и х и — воспоминание о любимой нестерпимо ему ка к «живой укор д ля расслабленной... совести» .

В ы я в л я я причины, меш аю щ ие активной деятельности горской интеллигенции, Кешев склонен объяснить п ораж ени я героя не столько его слабоволием, сколько объективными обстоятельствами окр уж аю щ ей его действительности. Кроме того, ду ш евн ая д р а м а героя К еш ева ослож нена и р азочарованием в общественном строе России, культура которой л е ж и т в основе его просветительской практики .

Д уш евн ое состояние героя Кешева слож но и противоречиво .

С одной' стороны, он н азы вает свои прежние идеалы, за которы е он «бился насмерть, пока верил в их правоту», «ложной колеей»,, говорит о том, что о тк а за л с я от них «посредством целого ряд а тягостных разочарований и болезненных потрясений», готов с о ж а ­ леть о том, что получил образование, которое не сумел использо­ вать по назначению и которое лиш ь отдали ло его от родного кр у ­ га, сд ел ал о его чужим среди близких; сравн и вает себя с пилигри­ мом, исходившим весь мир в поисках лучшей страны и вернув­ ш имся на родину с разочарован н ой душой и твердым убеждением^ что «нет ничего милее родного края» .

С другой стороны, хотя неудачи в общественной деятельности духовно и надлом или героя, но не лиш или его чувства беспокой­ ства и озабоченности за судьбу своего народа, стремления прирести ему пользу. П о-преж нему заб ота о настоящ ем и будущ ем родины д ал ек о не б езразл и чн а ему, ибо, к а к он считает, это «един­ ственное наш е утешение в жизни, наш е нравственное бытие». Н е преуспев на поприще распространения знаний среди соотечествен­ ников, но п обуж даем ы й все тем ж е стремлением быть полезным д ля них, он отдается литературном у творчеству. Но свою п р е ж ­ нюю кратковременную деятельность он р ас см а тр и в ае т вовсе не бессмысленной, сравн и вая ее с «незаметно посеянными семенами» .

Герой Кешева, подобно некрасовскому Агарину («С аш а»), от­ ступивш емуся от прежних идеалов, но пробудивш ему в о к р у ж а ­ ющих стремление к борьбе, хочет верить, что новое поколение,, действуя активнее и благоразум н ее его, «пересилит массы», т. е .

разб уд ит их д л я новой жизни .

П римечательно, что герой К еш ева чувствует несовершенство не только общественного быта адыгов, но и общ ественно-поли­ тического строя центральной России. Н аходя сь на чужбине, он сн ач ал а сроднился с ней «душой и телом», почувствовал себя ее «нераздельны м родственным членом». В неш няя п ри в л ек ател ь ­ ность новой обстановки, возникш ее ж е л а н и е н а с л а ж д а т ь с я « ж и з ­ нью образованного европейца» временно отодвигаю т в его сознании думы о родине и соотечественниках. Но со временем, б л и ж е при­ смотревшись к п рельщ авш им его вещ ам и поняв их истинный смысл, он познает и горечь разочарован и я. Т а к а я перемена в ы з в а ­ на тем, что он стал зам еч ать теневые стороны сам о д ерж авн ой России. П ервобы тная грубость в отношениях м е ж д у людьми, ни-' чем не ограниченный произвол помещиков, бесправное положение крестьян — все это в известной степени руш ило иллюзии героя о цивилизованной' России, культура которой л еж и т в основе его просветительской практики .

В своих р ассуж ден и ях о состоянии ады гского крестьянства герой, вспоминая о социальном полож ении крестьян в центральной России, с возмущением отмечает, что русские помещики зан яты «систематическим попиранием человеческого достоинства». П р и ­ мечательно и заявление, что «истинному уваж ени ю человека» он научился не в России, где провел большую половину жизни, а в родном ауле, в кругу своих соотечественников. Здесь со своим слугой он говорит «на полтона ниже», чем с денщиком в России .

Классовое неравенство, к рай н яя забитость и задавлен н ость к р е­ стьян, по мнению героя, в центральной России п роявляется з н а ­ чительно резче, чем в кругу его родного общества. Отсюда герой отдает предпочтение бытовому у к л а д у горцев, хотя и сознает, что и здесь дал еко не все благополучно .

Таким образом, герой К еш ева от критики социальных проти­ воречий адыгского общ ества поднимается до понимания несовер­ шенства существующего в России общественного строя. А в связи с этим его т р ев о ж а т происходящие на родине социальны е процес­ сы, губительно сказы ваю щ и еся на нравственности его народа .

«Есть о чем сож алеть, есть о чем п р и задум аться,— с болью в сердце зам еч ает он,— грустно, тя ж е л о становится на душе, когда д ум аю о собратьях. Низость, продажность, обман — все это губи­ тельно р азв и вается среди народа, который когда-то не был ч уж д ры царских правил и чтил имена предков» [18, с. 87] .

Критическое отношение к действительности приводит героя к обращ ению к «богаты рскому веку», когда, к а к он считает, о че­ ловеке судили не по его богатству, а по личным качествам и по­ ступкам. «Богатство ничтожно, оно к а к роса, что п ро п а д а ет с первыми лучами солнца. Б удь ты достойный человек, будет и бо­ гатство и честь, а будешь негодный,— и с богатством ничего не сделаеш ь» [18, с. 74] — таков был нравственный кодекс, которым руководствовались предки и о котором п озабы ло нынешнее поко­ ление. О днако обозначенные в этих рассуж д ен и ях ретроспектив­ ные настроения героя относительны и с л у ж а т лиш ь средством р азо б л ач ен и я отрицательны х явлений современной ему действи­ тельности. Он д а л е к от безоговорочного воспевания феодальной старины, меш авш ей прогрессивному развитию его народа, в борьбе с которой он видел основную миссию своей жизни. Всеми своими помы слами он обращ ен не в прошлое, а в будущее. К онстатируя истинное положение дел на родине, он р а зд у м ы в ает о ее д а л ь н е й ­ шей судьбе, а на заданны й им ж е вопрос «есть ли верные залоги на лучш ее будущее?» отвечает утвердительно. В частности, он считает, что д ля этого необходимо широко поставленное просве­ щение, которое долж ны нести в массы нар од а об разован ны е гор­ цы. Д ру гим в аж н ы м толчком в преобразовании быта горцев герой считает всемерное развитие торговли. Во-первых, к а к д у м ает герой, торговля изгонит из головы черкеса «беспокойные, отживш ие понятия, вызовет в нем дух предприимчивости, сметливости и все то, что до сих пор сокрыто в его богато одаренной натуре, введет в его семейный быт не известные доселе удобства, изменит к л у ч ­ шему семейные и общественные отношения». Во-вторых, торговля будет способствовать тесному общению и д р у ж б е м еж д у народами, взаимному культурному обогащению [18, с. 66] .

И стория героя Кешева отдельными д етал я м и напоминает ж и з ­ ненные вехи самого писателя и в этом отношении интересна д ля изучения его мировоззренческих позиций, сути его социальных и идейных исканий. Д остаточно отметить хотя бы внешние б и о гр а­ фические совпадения: подобно Кешеву, герой его учился в П етер­ бурге (правда, в кадетском корпусе, т. е. там, где до откры тия С тавропольской гимназии обучались горцы), т а к же, к а к и Кешев, он покинул служ бу (на самом деле — университет) в Петербурге после каких-то «тягостных разочарован и й и болезненных п о тря­ сений». Впрочем, герой несколько поясняет причину своей н еудач­ ной служ бы в России. «М ало-м альски образован ны й черкес,— говорит он,— долж ен быть и есть на самом деле во сто кр а т более черкес, чем простой собрат его. Вот п ростая р а з г а д к а того, почему т а к грустно закончи лась моя к а р ье р а в России, не оп равдав ни одной моей над еж д ы » [18, с. 212]. И в этом заявлени и слышны отзвуки причин, заставивш и х К еш ева покинуть Петербургский университет .

Разум еется, оты скивая общее, нельзя исходить из убеж дения о полном тож д естве писателя и его героя, ибо если в истории по­ следнего отраж ен ы вообщ е сл абы е стороны просветительского д ви ж ени я у адыгов, то Кешев осу ж д а л беспомощность и пассив­ ность горской образованной интеллигенции и тем самы м з в ал ее к энергичной борьбе за преобразован ие своего кр ая. Н о несомнен­ но и то, что Кешев в пору создания литературно-художественны х произведений (а это было в самы й канун отмены крепостного п р а ­ ва) в о зл а г а л свои н ад еж д ы на правительственны е реформы и про­ светительские меры, которые д о лж н ы были бы преоб разовать об ­ щественный быт и строй адыгов. И только после событий 1861 г., за период своей кратковременной редакторско-публицистической деятельности, он, поняв, к а к несовместимы его идеалы с послереформенной действительностью, в ы р ази л свою неудовлетворен­ ность и разочарован и е в этих н адеж дах .

В творчестве Кешева н аш л а о траж ение и д р у г а я проблема, в ол н ов ав ш ая просветителей,— историческая судьба адыгов .

Глубоко понимая роль России в судьбах к а вк азск и х горцев, он п ропагандирует тесное сближ ение адыгов с русскими, с пере­ довыми тради ци ям и их культуры. Он показы вает, ка к с к л а д ы в а ю т ­ ся мирные, добрососедские отношения его соотечественников с русскими. Хотя горцы все еще находятся в плену прежних пред ­ ставлений, возникших в период К ав казско й войны, они не могут не зам етить пользы мирного общ ения с русским народом. Так, д яд я героя, «как питомец старого поколения, питал непримиримую в р а ж д у к русским, но никогда ни словом, ни делом не о б н а р у ж и ­ вал этого нерасположения. Умный, проницательный, он не мог не зам етить благотворного во многих отношениях влияни я русских»

[18, с. 89] .

Точно т а к ж е и М ата, к а к очевидец завоевательской и г р а ­ бительской политики сам од ер ж авн о й России, с предубеждением относится к русским, но в то ж е время вы нуж ден признать пользу д руж бы с ними. О с у ж д а я своих земляков, которые с л у ж а т в рус­ ской армии лиш ь из корыстных соображ ений, он, о б р а щ а я с ь к герою, зам ечает: «Мой совет — уж и в ай ся с русскими, но не ради каких-либо наград, а ради своих ж е собратьев, которые очень, очень н уж д аю тся в помощи и в хороших советах. Ведь чего пут­ ного было бы ж д а т ь от тебя, если бы ты остался навеки м еж д у нашими юношами. П роп ал бы даром: ни я и никто другой не с т а ­ вил бы тебя и в грош» [18, с. 161— 162] .

Особенно друж елю бно настроены к русским, расселивш имся рядом с аулом, крестьяне. К огда один из них зам ечает: « Д а у нас по крайней мере есть одно утешение, какого не имели предки наши: у нас теперь соседи — дети Ивановы», остальные п оддер­ ж а л и его: «У аллахи, ты истину с к азал. Б е з них что бы с нами было? Русские во многом нам полезны. Что ни понадобится, б е­ ж им тотчас к ним» [18, с. 247— 248]. Общение с русскими вносит коренные изменения в бытовые и семейные отношения адыгов, п реобразует их нравы, обычаи. Эти изменения затр а ги в аю т в пер­ вую очередь крестьянскую среду. Ж е н ы «холмовников» «при­ страстились к пестрым наряд ам, резко изменилась их роль в се­ мье». Если раньш е главой семьи, который заб оти л ся о ее пропи­ тании, был муж чина, а ж енщ ине отводилась второстепенная роль в семье, то теперь они вынуждены были поменяться ролями: всл ед ­ ствие того, что крестьянские жены ведут бойкую и прибыльную торговлю с русскими предметами своего домаш него труда, они начинают чувствовать свое главенствую щ ее положение в семье и подвергать сомнению «безусловную в ласть своих муж ей и д а ж е реш аю тся бесстрашно ополчаться на них» .

Д обрососедские отношения с русскими, правда,"'не обходятся без отдельных инцидентов частного х ар а к т ер а. С юмором передан эпизод столкновения ады га с русским, заехавш и м в аул с торговыг ми целями. Н а б л ю д а ю щ а я за ними толпа не принимает сторону ни того, ни другого, пока каж д ы й из них не переступает границы норм п оведени я гостя и хозяина. К огда русский д ел ает попытку у дари ть кнутом противника, назойливо требую щего снизить цену на товар, в толпе происходит зам етное волнение, зас та в л я ю щ е е его о тк а зать ся от своего намерения; точно т а к же, когда юноша из ау л а со б и рается ответить русскому тем же, его остан авл и в ает та ж е то л п а, напоминая ему об адыгском гостеприимстве .

Н о подобные единичные случаи не м еш аю т неумолимому ходу жизни, они не могут быть помехой мирному сближ ению адыгов и русских. А ды гские крестьяне устан авл и в аю т контакт с русскими не только посредством торговли, их взаимоотнош ения р асш и р яю т­ ся и укре п л я ю т ся и другими путями: адыги нередко в поисках з а р а б о т к а н аним аю тся к русским, они не против поучиться п олез­ ному у «соседей Иваны чей» [18, с. 247] .

Вместе с тем Кешев не упускает из виду и вредных явлений, в озн и каю щ и х в общественном быте адыгов, в связи с их проникно­ вением из капи тал и зи р ую щ ей ся России. Беспокойство по этому поводу, к а к известно, п ро явл яет сам герой-рассказчик. О том ж е р а зм ы ш л я ю т и другие персонажи. Так, М ата, переживший, по собственным понятиям, героическую молодость, н аб л ю д ая образ ж изн и зем ля ков, охваченных корыстолюбием, ж адностью, п ри в ер­ женностью к презренному предкам и Бахусу, отд ает предпочтение «прекрасной старине». В прошлом М а т у привл ек ает простота и неиспорченность нравов, строгое соблюдение обычаев. Н а б л ю д а я ж е современную ему действительность, он приходит к выводу, что век героического минул и н аста л а б есслав н ая э р а в жизни когдато высоконравственного народа. «Теперь ничего не получишь без услуг — век, можно сказать, б азарн ы й,— зам еч ает он.— А не то было преж д е. Бездомны й человек, каков я, всю ж и зн ь проводил в первой встречной сакле, ел, пил наравн е с семейством и с него ничего не требовали » [18, с. 162]. Однако, во сх в ал яя прошлое, М а ­ та, перенесший в молодости немало ж изненны х невзгод именно из-за предрассудков старины, сознает и его несовершенство .

Таковы животрепещ ущ ие проблемы, поднимаемые писателем в его творчестве. В них о траж ен ы идейные искания адыгской ин­ теллигенции, противоречия в их представлениях о настоящ ем и будущ ем их отечества. Всей логикой своих рассуж дений Кешев приходит к выводу о кризисе старого ф еодального м иропорядка и необходимости исторических перемен, ведущих к прогрессивно­ му разви тию его народа .

В принципах и зображ ен и я Кешевым общественного быта и х а р а к т е р а народа, в его изобразительной системе проявляется идейно-художественная концепция, основанная на реалистическом методе. В след за Белинским, Черныш евским и Д обролю бовы м про­ светитель рассм атр ивает л итературу к а к о траж ен и е современного состояния жизни, ее главны х общественных интересов. Отсюда его внимание обращено исключительно на существенные ко н ф л и к­ ты и тенденции современной ему действительности. И у него на первом плане не события, а их аналитическое осмысление. Кешев п оказы вает типические д ля быта адыгов явления, конфликты, со­ зд ает типические х арактеры в типических обстоятельствах.

В со­ ответствии с реалистическими принципами р азр еш ается им и вопрос о взаимосвязи о б раза и прототипа литературного героя:

рассказчи к — биографический образ и одновременно обобщенный тип передового горца .

Г лавны ми элементам и и зо бр аж аем ы х писателем ж изненны х обстоятельств являю тся быт и нравы адыгов. Отсюда х а р а к тер н ы ­ ми типическими обстоятельствами становятся устаревш ие в новое врем я нормы старого феодального миропорядка и миропонимания .

В связи с этим и зо б р а ж ае тся трагическая зависимость горца от традиционны х обычаев, предрассудков. М ата, Н а зи к а, герой-повествователь, его возлю бленная — все они ж ертвы действующих у адыгов п атри архальн о-ф еодальны х устоев жизни и представлений .

Тем самым он подчеркивает несуразность их сущ ествования, п р ав о ­ мерность борьбы за их искоренение .

Д ру гим в аж н ы м элементом типических обстоятельств у Кешева является труд. В очерке «Н а холме» он п оказы вает соц и ал ь­ ную основу нравственного превосходства зан яты х общественно полезным трудом крестьян над паразитирую щ им кн яж еско-д вор ян ­ ским сословием, утверж дает, что удел ж ивущ их за счет чужого тру д а — деградация .

О б р ащ ает на себя внимание и то, ка к Кешев реализует в ы ­ двинутое реалистами учение о связи человека с условиями жизни .

С оциальный гнет, материальны е недостатки крестьян подчерки­ ваю тся постоянными разговорам и о неудобствах быта, скудости пропитания, ненавистью и презрением к п разднож ивущ им д во р я­ нам, их внешним видом, их простого покроя и низкокачественной одеждой, неумением грациозно д е р ж а тьс я на коне .

Необходимо отметить и такую черту реалистического почерка писателя, ка к стремление его героя к сам оан ал и зу, заи н тересован ­ ность его в вопросах исторической и социальной судьбы отечества, прогрессивного р азви тия своего народ а на основах европейской культуры и лучших национальных традиций .

Кешев владеет искусством построения композиции, создания индивидуализированных образов, д рам атических ситуаций. Р а з н о ­ сторонне раскры вает он черты национального хар а к т ер а адыга, своеобразие его морально-этических представлений, психологи­ чески верно передает различны е душевные состояния своих героев (З а л и х а, Н ази к а, М ата и др.). Особенно большое внимание у д е л я ­ ется главном у персонаж у — рассказчику, раскры тию его д у ш ев­ 3 Заказ № 7477 33 ного мира. Н а стр о ен и я героев, мир их чувств логичны и естествен­ ны, лиш ены какой -л иб о аф ф ектации .

Кешев хорошо чувствует и особенность очеркового описания .

Умело, неназойливо и к месту вп л е тая в повествование э тн о гр а­ фические зарисовки, р ас к р ы ва ю щ и е х ар актер н ы е черты н ац ион ал ь­ ного быта, он с о зд а е т подлинную поэтическую этнографию а д ы ­ гов [10]. В поле зр е н и я п исателя — адыгский этикет, свадебн ы й обряд, обряд лечения больного, различны е виды сельскохозяйст­ венных работ и с в я за н н ы е с ними празднества, топография ау л а, убранство сакли, кунацкой, различны е хозяйственные постройки, о д еж д а, д о м аш н я я у т в а р ь и многое другое .

П о вес тво в ате л ьн ая речь писателя п риобретает различны е от­ тенки в зависимости от х а р а к т е р а описываемых событий. В основ­ ном строгий п овествовательны й тон становится то ироническим и саркастическим, когд а речь идет о пр азд ны х дворянах, то грустно задумчивы м, когда герой р азд у м ы в ает о бедственном состоянии крестьянской массы или н ад настоящ им и будущ им мира, то з а ­ душевно-лирическим при воспоминании о былом счастье и у в л е­ чениях юности. Х а р ак те р н ы м яв л яе тся насыщенность язы ка о б р а з ­ ными сравнениями, часто развернутыми, понятиями и о б р азам и из античной истории и мифологии (филиппики, ареопаг. Солон, М арс, Аполлон, Геркулес, Б а х у с ) .

П р и м еч ате л ь н а т а к ж е, что Кешев, пишущий на русском язы ке, сохраняет ф разеологию родного язы ка, широко использует ад ы г­ ские народны е пословицы, поговорки, изречения (чтоб стал я искать невесту д л я поро сенка «кхъуэ шырым фыз сыхуэлъыхъуэн»;

расскажу завтра, это ц е л а я ск азк а «пщэдей б ж е с Ь ж ы н щ, ар тауры хъ кГыхъщ»; дам отрезать себе нос «си пэр позгъэупщ1ынщ»;

ра,ди д уш и своего отца «уи адэм и хъэтырк1э»; твои ж ур а в ли н ы е ноги перебью «уи к ъ р у л ъ а к ъ у э р зэрызудынщ »; свиньи дети «кхъуэм къилъхуа, кхъуэ бын»; не будь я сын своего отца «си адэ^ срикъуэкъы м »; орел слетает на цыплят в открытом месте «бгъэр д ж э д ж е й м щеуэр сэтейрщ »; несчастного и на в е р б л ю д е собака укусит «насып уимы1эмэ, м ахъш эм утесми хьэ къодзакъэ»

и мн. д р.) .

Последние годы ж и зн и Кешев, к а к известно, отдает и склю ­ чительно редакторской и публицистической деятельности. Э ти стороны творчества п исателя не менее существенны; они р ас ш и ­ ряю т наши представления о его политических и г р аж дан ски х п о­ зициях, роли и значении в просветительском движ ении горских;

народов .

Г азета «Терские ведомости», первым редактором которой с т а л, Кешев, б ы л а учреж дена с выделением Терской области из состава Ставропольской губернии. Она п ризвана бы ла стать официальным печатным органом огромной области, занимаемой ныне трем я автономными республиками — К аб ар д и н о -Б ал кар и ей, Северной Осетией и Чечено-Ингушетией; в нее входила часть С таврополь­ ской губернии с городами Пятигорск, Кисловодск, М инеральны е Воды, Ессентуки, Ж елезноводск, а т а к ж е Хасавю ртовский округ Д аг ес т ан а .

И зд ан и е газеты было необходимо, «с одной стороны, д ля о б лег­ чения обнародования и распространения правительственных р а с ­ поряжений, а с другой — д ля верного и столкования интересов разноплеменного населения края, его прошедшей жизни и со в ре­ менного экономического, общественного быта». В соответствии с официальной установкой, она д о л ж н а бы ла состоять из следуюш,их частей: в первом отделе предполагалось помещ ать «постановления и указан и я, общие д л я всей империи, р асп оряж ен и я высшего на К а в к а з е и З а к а в к а з о м местного н ачальства и сверх того телеграфические донесения о важ н ей ш и х политических событиях и п р а ­ вительственных мерах»; во втором — «статьи по истории, этн о­ графии, географии, статистике, филологии племен и народов, н а ­ селяю щ и х область»; и, наконец, в третьем — «казенные и частные об ъявл ен и я» [38] .

П риняв на себя трудную и ответственную долж ность р е д а к ­ т о р а областной газеты, Кешев сумел поставить ее на больш ую высоту: такого подъема газета больше не з н а л а в последующие этап ы своей истории. Успех ее в значительной мере был обеспе­ чен инициативой и энергией Кешева, его передовыми м ировоз­ зренческими позициями, н ал аж ен н ы м им стилем и ритмом работы .

Этому ж е в немалой степени содействовал и тот ф акт, что Кешеву уд алось сгруппировать вокруг газеты передовую горскую интел­ лигенцию, в числе которой были кабарди н цы Л. Кодзоков, К. Атажукин, осетины И. Тхостов, Г. Ш анаев, А. Гассиев, Б. Гатиев, ин­ гуши Ч. Ахриев, А.-Г. Д олгиев, кумык Х-ъ. Все они хорошо зн али истинное положение и насущные проблемы своих народов, их историю, культуру и потребности. Естественно, их публикации п ри д ав ал и особую привлекательность газете, в ы зы в ая к ней ж и ­ вой интерес .

С первых ж е выпусков (январь 1868 г.) газе та Кешева о т­ л и ч а л а с ь тематическим разнообразием и злободневностью публи­ куемых в ней статей, повышенным интересом к горской тематике, обилием м атери алов по истории и этнографии горцев. Вместе с тем она п рин яла и прогрессивное направление. Ш ироко о т о б р а ж а я общественную, экономическую и культурную ж и зн ь области, она нередко поднималась до критики царской администрации, п р о п а­ г а н д и р о в а л а демократические идеи, з а щ и щ а л а интересы трудового 3* 35 н арод а, честь и достоинство горца [9, с. 208]. П ри этом особен­ ностью стиля работы газеты было печатание материалов с при­ мечаниями редакции, в которых в ы р а ж а л а с ь ее точка зрения к публикуемому. Эти примечания, четко подчеркивая общественнополитические позиции «Терских ведомостей», х ар а к тер и зо в ал и их к а к печатный орган, отстаиваю щ ий интересы горских народов .

Своеобр'азным рупором идейных позиций редакции газеты служ и л и введенный Кешевым отдел «Би бли ограф и я», в котором п о м ещ а­ лись сообщения о' новинках кавказоведческой литературы. В биб­ лиографических ж е об зорах литературы о горцах поднимались вопросы тяж ел ого экономического полож ения трудящ ихся масс, просвещения и об разо в ан ия горцев, вы сказы в ал и сь смелые мысли, нап равлен ны е против репрессивного р еж и м а ц аризм а, угнетения трудового народа .

В годы редакторства Кешева «Терские ведомости» зн ачитель­ ное внимание уделяли освобождению крестьян от крепостной з а ­ висимости и земельной реформе. Не имея возможности свободно дискутировать по этим вопросам, редакция, однако, особым от­ бором статей о т о б р а ж а л а противоречия правительственных р е ­ форм, их грабительский х ара ктер («Отбывание денежной и труд о ­ вой повинности тузем цами Терской области», «К раткий истори­ ческий обзор земельного вопроса в К умыкском округе Терской области», «Освобождение крестьян в туземном населении Терской области» и др.). Неудовлетворенность правительственными ново­ введениями п ро яв л ял ась и в самом материале, а т а к ж е в других, посвященных хозяйственно-экономической и культурной жизни края. И тут и там со д ерж алось немало к а к бы вскользь брош ен­ ных зам ечаний об «озабоченности народа о своем существовании» .

Больш ое место отводилось проблем ам просвещения. Газета систематически инф орм ировала читателей о работе горских щкол, публичных библиотек. Она п роявила горячую заинтересованность в деятельности К азн А таж уки н а, предоставив ему возможность не только выступить со статьей, в которой обосновы валась идея вве­ дения кабардинской письменности и перевода деловой переписки на тот ж е язык, но и дискутировать в течение полугода с царским русификатором Т. М акаровы м. Г азета К еш ева вела борьбу против превратного представления о горцах, будто бы они не стремятся к образованию и довольствую тся состоянием темноты и н евеж ест­ ва. Д о к а з ы в а я совершенно обратное, газета о б р а щ а л а внимание на неудовлетворительность существующих условий д ля « од ерж и ­ мых ж а ж д о й знаний горцев», при которых «едва ли сами Уайты, Стивенсоны и Аркрайты могли бы что-то сделать» [39]. Р а с с у ж д а я об образовании горцев, она д е л а л а смелые заклю чен и я и з а я в л я ­ ла, что оно возможно только при улучшении м атериального б л а го ­ .

состояния народ а, «до тех ж е пор, пока дли тся борьба з а н асу щ ­ ное пропитание, нет места образованию » [40] .

Ш ироко освещ ались в газете быт и н равы горцев области:

П. С. Петухов. «Этнографические заметки»; И. Тхостов. « В ер о в а­ ния осетин», «З н ах а р и и зн ахарство в Осетии», «И з зам ето к о тагаурцах»; А. Гасиев. «Осетины, древнейш ий их культ и позднейший религиозный индеферентизм»; Б. Гатиев. «Суеверия и п р ед р ас­ судки осетин»; Н. Грабовский. « Б еглы е зам етки о поездке в Урусбий», « К абардин ский анекдот о ревнивых муж ьях»; И. Попов .

«Кое-что из жизни ичкеринцев»; П. Головинский. «Чеченцы»;

Ч. Ахриев. «О хар а ктер е ингушей», «Об ингушских ж енщ инах», «Этнографический очерк ингушского народа»; кумык кн язь Х-ъ .

« Б ар ан та», и мн. др. Именно к таким м а т ер и ал ам написана б о л ь ­ ш а я часть упомянутых редакторских примечаний. В них газета остро р еа ги ро в ал а на искаж енное представление о бытовом у к л а д е горцев, их н рав ах и обычаях. Так, к статье « И з Таш -Кичу» П. М а ­ линовского, отметившего часто наблю давш иеся, по его словам, у горцев убийства, р ед ак ц и я сочла необходимым сделать следую щ ее пояснение: «В г л а з а х людей, мало знаком ы х с прошлым строем горской жизни, это обилие преступлений служит, естественно, дурной рекомендацией нравственного х а р а к т е р а горцев, м е ж д у тем к а к в сущности оно у к а зы в ае т только на сущ ествование у горцев в "первобытной форме тех понятий о чести и личном д о­ стоинстве, которые породили в Европе дуэли» [41] .

А когда И. Семенов в ст а т ь е «Д ень в ауле» н азы вает гор­ ский обычай повиновения старшим рабским, редакци я реагир ует на это следующим образом; «П а т р и а р х ал ьн ы е отношения членов семьи, а т а к ж е уваж ени е к старшим, свойственное всем н а р о д а м на известной ступени развития, нельзя н азв ать рабским у ж е по­ тому, что они совершенно добровольные, а не вынужденные» [42] .

Но, пожалуй, самую резкую отповедь получает Н. Львов, ав то р статьи «Д о м аш н я я и семейная ж изнь дагестанских горцев а в а р ­ ского племени», который, чтобы подчеркнуть «дикость» горцев-,, поведал о том, ка к д л я переноски п окл аж и аварц ы предоставили ему в качестве носильщиков двух женщин. В ответ на грубую фал ьси ф и кац и ю редакция пишет: «Н ам каж ется, что в этом сл у­ чае г. Л ьвову, к а к европейскому дж ентльм ену, следовало бы о тк а зать ся от дагестанского способа переноски тяж естей и тем наглядно п о казать дикарям, ка к возмутителен в гл а за х разви того человека их обычай. А то что ж е выходит? Ч ел овек в ы с т ав л яет на позорище дикий обычай, а сам пользуется им без всякого колебания, когда п редстави лась в этом надобность. Такое про­ тиворечие м е ж д у словом и делом более непростительно в европей­ це, что д а ж е м еж д у кавказки м и горцами, напрймер, ады гского и абхазского племени едва ли н аш елся бы человек, который п о ­ з в о л и л бы в звал и ть на спину женщ ины свою дорож ную поклаж у .

П о к р а й н е й мере нам полож ительно известно, что у этих племен н икогда не допускали женщ ин, д а ж е из сословия унауток (слу­ ж а н о к ) д о тяж ел ого физического труда. Подобный ры царский в з г л я д н а ж енщ ину я в л я л с я у этих племен не чем-либо исключи­ тел ьн ы м, а проникал во все стороны их ж изни» [43] .

Р е д а к ц и я кри ти ковала и тех, кто п ы тался принизить историю и к у л ь т у р у горцев. Так, она реш ительно отвергла мнение, будто б ы г о р ц ы в прошлом не зн ал и вообще никакой письменности .

С с ы л а я с ь на статью А. О м а р ова «В оспоминания муталима», она (О тм ечала: «П ривыкнув смотреть на горцев к а к на дикарей, до сих пор не о б р а щ а л и д олж ного внимания на существующую у них а р а б с к у ю грамотность, на степень ее распространения, влияния н а ум ы » [44]. В о зр аж ени е вы зы вали у редакции и вы сказы ван ия отдельных кавказоведов, будто бы горцы в прошлом не имели к а к о й -л и б о государственной организованности. О б р а щ а я с ь к с т а ­ ть е « Н и з а м Ш ам иля», опубликованной в «Сборнике сведений о к а в к а з с к и х горцах» (вып. 3), в которой р ас см а тр и в ал ас ь о р ган и за­ ц и о н н а я структура и м ам а т а Ш ам и л я, ред ак ц и я у к а зы в а л а на кон­ кретны е признаки в нем государственного строя. «Горцы,— з а ­ к л ю ч а л а ред ак ци я,— поступили в число русских г р а ж д а н не со­ всем д и к а р я м и, а людьми, горьким опытом убежденными в необхо­ дим ости прочного общественного спокойствия» [43] .

И н тересн о т а к ж е отметить и постановку социальны х проблем, с в я з а н н ы х с положением горской бедноты. В обзоре статьи Н. Грабовского «Экономическое полож ение бывших зависимы х сословий К аб а р д и н с к о г о округа» редакция, опровергая мнение автора, б удто бы причиной их низкого материального уровня является неумение и н еж елани е зан и м аться хозяйством, о б ъяснял а угнетен­ ное состояние трудовы х горцев имущественным неравенством, э к сп л у атац и ей. «По большей части люди бы и рад ы трудиться,— о т м е ч а л а р ед ак ци я,— д а на к а ж д ом ш агу встречаю тся им непре­ одолимы е преграды то в виде сложившегося веками подавляюще­ го неравенства в пользовании различного рода вещественными и иевещественными благами, то в виде сетей, хитро расставленных насилием и плутовством для эксплуатации простодушной массы»

{выделено нами.— Р. X.) [45] .

Т ак и м образом, в годы редакторства К еш ева газета приоб­ р ел а прогрессивно-демократическое направление. В дальнейш ем, после см ерти Кешева, введенные им зам еч ател ьны е традиции были утрачены. Все меньше стало появляться статей на горскую т е м а ­ тику, все меньше п ечаталось остросоциальных материалов, упраз'днен был и библиографический отдел. Она, к а к верно отм етила Л. Г олубева, по существу, п р еврати лась в вестник правительст­ венных постановлений, статистических данны х и различных про­ исшествий; в то ж е в рем я она нередко з а н и м а л а и реакционные позиции в вопросах ка к общеполитических, т а к и национальных [9, с. 213] .

Исследователи, к асая сь редакторской и публицистической деятельности Кешева, приходят к единодушному мнению, что имен­ но он является автором вышеупомянутых редакционны х п р и м еч а­ ний, библиографических обзоров, р яд а статей и одного очерка на тему адыгской истории, ф ольклора и быта. Д о к аза тел ьс тв о м п р и ­ надлеж ности ему первых двух м атери алов сл у ж и т следующий ф акт .

Заметно, что они присутствуют только в номерах, подписанных Кешевым, и их нет более чем в 30 номерах, подписанных К. А таж укиным, А.-Г. Д олги евы м и Володарским, во врем я отсутствия Кешева. В пользу авторства К еш ева свидетельствует и то обстоя­ тельство, что после его смерти библиографический отдел в ообщ е перестал существовать .

Что ж е касается статей и очерка, то здесь дело обстоит сл е­ дующим образом. В «Терских ведомостях» з а врем я ред ак то р ств а Кешева без подписи были опубликованы три статьи: «И стория адыхейского народа, составлен ная по преданиям кабардинцев;

Ш ора Бекмурзин Ногмовым» [46], «Х арактер адыгских песен» [47], .

«О незаметном вымирании горских песен и преданий» [48] и очерк «И з кабарди н ски х (адыгских) преданий» [49]. Т. X. Кумыков, р а з ­ б и р а я первую статью, считает п оказательны м присутствие в ней абази н ски х материалов, а поскольку, мол, Кешев абазинец, то этаста тья п р и н ад л еж и т ему. Кроме того, Кумыков исходит и из п р ед ­ положения, что только редактор мог позволить себе публикацию' такой обширной статьи; подписаться же, говорит исследователь,, ему было неудобно [12, с. 365-366]. О с тан ав л и в ая сь на той ж е статье, Л. Голубева ссылается т а к ж е на присутствующие в ней:

абазинские материалы. К асаясь ж е статьи «Х арактер адыгских;

песен», в которой отмечает тщ ательно продуманную систему, з н а ­ ние закономерностей развития устного народного творчества, о н а утверж дает, что ее автором мог быть только Кешев, поскольку, мол, еще в бытность учащ им ся С тавропольской гимназии он участ­ вовал в сборе горского фольклора по научной программе, со став­ ленной Ф. В. Юхотниковым, т. е. был знаком с принципами науч­ ного сбора и ан ал и за фольклорного м а тер и ал а [9, с. 208, 211] .

О д н ако в системе д оказател ьств Т. X. К умы кова и Л. Г. Г ол у­ бевой относительно статьи «История адыхейского народа...» не­ достаточно убедительной п р едставляется ссы лка на « аб ази н ски е материалы». Это всего лиш ь комментирование одного эпизода,, когда автор, не согл аш аясь с мнением Н огм ова, будто бы а б а ­ зинцы платили д ан ь кабарди н цам, приводит кабарди н скую пого­ ворку « аб азэр э мэз д ж эд р э» (абазинец что ф а за н ) т.. е. аб а зи н е ц изворотлив, неуловим. О днако этот пример мож но рассм а тр и в ать не только «к а к чувство личной обиды ав тора за абазинский н а ­ род, за принижение его истории» [9, с. 208], но и к а к обычный, известный автору ф акт, переданный им без какого-либо см ы сло­ вого истолкования .

Недостаточно вески и доводы Голубевой относительно статьи « Х а р ак т е р адыгских песен», когда авторство К еш ева основывается л и ш ь на утверждении, будто только он был знаком с методами научного сбора и исследования ф ольклора. Известно, что и со­ ученик Кешева К ази А таж уки н т а к ж е участвовал в фольклорны х экспедициях, организуемы х в Ставропольской гимназии, и впо­ след стви и зан и м ал ся сбором и публикацией родного фольклора, причем с научным комментарием .

Вместе с тем зам еч ан и я не снимаю т правоты убеж дений ис­ сл ед о в ате ле й в авторстве К еш ева относительно р азб и р аем ы х с т а ­ тей, а свидетельствуют о необходимости более веских аргументов .

П р е ж д е всего совершенно очевидно авторство адыга. В них чув­ ствуется великолепное знание автором кабардинского, абадзехского, ш апсугского и других ады гских наречий с мельчайш ими подробностями истории, общественного строя, нравов и обычаев ад ы гски х племен, их родного ф ольклора. Кроме того, в них со­ д ер ж и тся и р яд других указан ий на происхождение автора. В статье «О незаметном вым ирании горских песен и преданий» автор, у к а ­ з ы в а я на неудовлетворительное состояние работы по сбору и пуб­ л и к ац и и ф о л ь кл ор а горцев, с обидой говорит о периодических и з­ д ан и ях, которым «нет никакой надобности изучать быт каких-ни­ будь горцев» .

Тот ж е упрек он адресует и русской литературе, которая, ка к ем у ка ж етс я, «в последнее врем я п ерестала зан и м аться к а в к а з ­ скими горцами, вероятно, п о л а г а я дело их порешенным навсегда» .

Непосредственно ж е в пользу авторства Кешева сви детель­ ствую т следую щие факты. Л. Кодзоков и К. Атажукин, т. е. сотруд­ ничавш ие в газете адыги и возм ож ны е авторы этих статей, всегда подп и сы вали свои работы, и только Кешев, редактор, не ставил имени под своими публикациями, поскольку и без этого было ясно, кому они п рин ад л еж ал и. По-видимому, в газете действительно су щ еств о в ал а традиция, когда редактор не подписывал своих статей, потому-то в ней нет ни одной статьи под именем Кешева .

В авторстве Кешева убенсдают и совпадения, о б н аруж и ваем ы е при сопоставлении указан ны х статей с его художественными п ро из­ ведениями. Здесь мы находим одинаково звучащ и е рассуж дения по одним и тем ж е вопросам. Таковы р ассуж д ен и я о героической периоде в истории адыгов и об извращ ении в настоящ ем р ы ц а р ­ ских понятий древнего черкесского наездничества (ср.: «Х арактер адыгских песен» и рас ска з « Д ва месяца в ауле», повесть «Абрекп»); рассуж дения о,зан яти ях черкесского д ворянина (ср.: з а м е ч а ­ ние в -статье «Х арактер адыгских песен» о то1и, что «черкесский дворянин привык и зд а вн а ценить выше всего на свете коня и вин­ товку, считая для себя унизительным занимгтться какою -либо р а ­ ботой по хозяйству», и аналогичные зам еч ан и я в рас ска зе « Д в а месяца в ауле» и очерке «Н а холме»), А в статье «Из к а б а р д и н ­ ских (адыгских) преданий» и зл агается в литературной обработке предание, послуж ивш ее ранее сюжетной канвой р а с с к а за «Чучело»

(см. ниж е) .

«И стория адыхейского народа, составлен ная по преданиям Ш ора Бекмурзин Ногмовым»,— первая, по существу, рецензия на труд кабардинского историка. В ней Кешев обстоятельно в ы явл яет его достоинства и недостатки, п р о яв л яя великолепные познания в сочинениях древних историков и кавказоведческой литературе, истории и культуре адыгов, лексике, ф разеологии различны х ад ы г ­ ских наречий .

Кешев отдает долж ное подвижничеству Н огм оза, взявш его на себя огромный труд написать историю своего народа. Он подчер­ кивает, что «сочинение Н огмова — п ервая попытка систематиче­ ского и злож ения уцелевших в народной памяти преданий о минув­ ших судьбах адыгейского племени», «первая св язн а я история о д ­ ного из главнейш их племен К ав каза ». Он считает своим святы м долгом писать об этом забы том к его времени труде Н огмова .

Нисколько не п рин и ж ая его историко-познавательного значения, Кешев, однако, главное внимание уд ел яет его недостаткам .

З а м еч ан и я Кешева сводятся в основном к двум полож ениям:

во-первых, последний считает, что Ногмов недостаточно кри ти ­ чески подходит к преданиям, песням и прочим м а тер и ал ам, на основе которых построена его «История,,.». Н е отрицая важ н ого значения этих «живых источников», он, однако, считает, что «поль­ зоваться ими нужно с большой осторожностью». Д л я того чтобы об наруж и ть подлинное содерж ание предания или песни, он счи та­ ет необходимым сличение всех их многочисленных вариантов. Вовторых, он о б р ащ а ет внимание на неправильную запись адыгских слов и выражений, а т а к ж е на искаженный их перевод. Он счи та­ ет это досадным недостатком, потому что в них-то, в этих словах и вы раж ениях, и заклю чена «вся сила выводов и догадок автора» .

Но тут он не знает, кого винить; автора, н аборщ и ка или ж е «спо­ соб и зображ ен и я адыгских слов русскими буквами» .

Кешев не соглаш ается с рядом этимологических объяснений Ногмова, сл уж ащ и х ему для научных выводов: в частности, он против производства слова «зихи» от «цуг» (ц1ыху), «адыге» от «ант», «нарт» от «иарт-ант». Он опровергает мнение Н огмова об антском происхождении адыгов, в ы с казы в ает свою гипотезу о н а р ­ тах, сообщает интересные факты из истории адыгов, их в за и м о ­ отн ош ен и й с другими народами. Хотя статья К еш ева, в свою оче­ ред ь, не лиш ена субъективизма в истолковании отдельных исто­ р и чески х фактов (например, кого следует р азум еть под зихами, т р а к т о в к а в ы раж ен и я татартуп-пенж есен, н азв ан и я Бургусан, К а б а р т а й и пр.), но она содерж ит немало ценного, интересного;

д а е т представление об историческом прошлом адыгов, х а р а к т е ­ р и зу е т К еш ева к а к историка .

В статье «Х арактер ады гских песен» Кешев предстает уж е ка к ф ол ькл орист. Всесторонне х ар а к тер и зу я типологию адыгской пес­ ни, К еш ев вы сказы вает оригинальны е научные соображ ения, мно­ гие из которых не у трати ли теоретического значения и до сих пор .

Бесспорны м достоинством статьи яв л яе тся тот факт, что ис­ сл е д о в а т е л ь рассм атри в ает песню не абстрактно, а связы вает ее с особенностями исторического р азви тия н арода; что в ней кон к­ ретно ск а за н о о преимущ ествах песни перед другими ж а н р а м и ф о л ь к л о р а, о ее типических чертах, ее историческом значении и обш,ественных функциях; что в ней д ан а кл ас си ф и к ац и я песен, о б ­ с т о я т е л ь н а я характер и сти ка д ж ег у а к о — н ародны х певцов-сочинителей и, наконец, что в ней исследование поэтики адыгской песни \ вед ется в сопоставлении с песнями других народов .

К еш ев считает песню именно тем ж анром, в котором наиболее полно и верно отображ ены отличительные свойства народного х а ­ рак тер а. Н аиб ол ее отвечаю щей этой ф ормулировке он считает именно адыгскую песню. В ней, по словам К еш ева, т а к «ярко и о с я зател ь н о запечатлены черты национального духа, что если бы у_^ ады гов не осталось д ля потомства никаких других следов, « р о ­ ме их песни, то и по ней одной мож но бы составить определенное понятие о жизни и деятельности этого племени». П о его словам, она менее подвергалась искажению, нежели песни других н а р о ­ дов. В этом он исходит из, ее двух существенных отличий, д е л а ю ­ щих ее легкозапом инаю щ ейся: во-первых, из краткой вы р а зи т е л ь ­ ности ее стиха; во-вторых, из особого рода рифмы — аллитерации .

Песню он р ас см а тр и в ае т не только ка к источник д л я воссо зд а­ ния исторического прошлого народа, он говорит и о ее обществен­ ном воздействии, когда она сл уж и т школой воспитания, источни­ ком «воинственного энтузиазм а». Ее могучая вдохн овляю щ ая си­ л а особенно подчеркивается следующим эпизодом. К огда отряд каб а р д и н ски х наездников, неожиданно атакованны й превосходя­ щ ими силам и противника, пришел в расстройство и перестал под­ чиняться влиятельны м предводителям, присутствующему в отряде джегуа'ко приш ла мысль пропеть известную героическую песню « К аш к атау ». Она воодуш евила упавш их духом наездников и по­ могла им см ять нападавш его неприятеля .

М ного ценного со д ер ж ат сообщения Кешева о дж егуако; они дополняю т данные, сод ер ж ащ и еся в трудах Ш. Н огмова и Хангирея. Но, что особенно важ но, К еш ев о б р ащ а ет внимание на классовый хар актер деятельности д ж егуако. Он отмечает, что в старину влиятельны е князья и д воряне пригл аш ал и ж своему д в о ­ ру д ж егуако и те «слагали иногда свои рапсодии, так сказать, по найму». Но, продо л ж ает он, «встречались м еж д у ними и такие, которым могли бы позавидовать в сознании своего достоинства и неподкупности своего д а р а многие из поэтов образован ны х н а ­ ций». Ценным в сообщениях автора о д ж егу а к о является то, что они подкрепляю тся конкретными примерами, например, об абадзехском д ж егу а ко Цее, прославивш емся сатирической песней на наиба Ш а м и л я М агомед-Эмина. Интересны т а к ж е наблю дения Кешева о трансф орм ации дж егуако, превращ аю щ и хся со временем «из рыцарей-трубадуров... в странствующ их жонглеров», а т а к ж е о сочинительской манере джегуако, в частности Цея .

О днако если эти сообщения, вы сказы вания, р ассуж д ен и я з а ­ сл уж и ваю т внимания и не вызы ваю т каких-либо сомнений или возражений, несколько односторонним п редставляется мнение Кешева о х а р а к тер е адыгской песни, а ^ связи с этим и о ее отличи­ тельных чертах .

С огласно предложенной Кешевым классификации, адыгские песни разделяю тся на героические, свадебные, плясовы е и ко л ы ­ бельные (каж д ы й из перечисленных видов подраздел яется еще на отделы и соответственно хар а к тер и зу етс я). О д н ако раздешение песни на эти виды он считает формальным, поскольку признает в них доминирующим героическое содерж ание. «В сущности,— р е ­ зюмирует он, — все черкесские песни проникнуты одним и тем ж е духом и разли чаю тся чисто внешним образом; по месту, где они произносятся, и по поводу, их вызвавшему». Р езко вы раж ен н о е героическое н ачало Кешев и считает характерной особенностью адыгской песни, отличающей ее от песен других народов. Героиче­ ское ж е начало, п ро до л ж ает Кешев, ф ун дам ен тальн о зал о ж ен н о е в основу адыгской песни, привело к тому, что она не о т о б р а ж а л а других сторон народной жизни, ибо о тво рач ивал ась в «гордом презрении ко всему, что не подходило под неизменный и деал наездника-героя». Вместе с тем именно поэтому, по его словам, «она сохранила неизменной свою первоначальную эпическую форму, а не сд ел ал а сь лирической, сатирической, эротической, обрядовой или бытовой». Причину ж е п реобладан ия героического с о д е р ж а ­ ния в адыгской песне Кешев видит в «слиш.ком одностороннем развитии воинственно-аристократического духа адыгов». Согласно теории Кешева, в далеком прошлом ка вк азск и е горцы в силу осо­ бых условий сущ ествования и географического полож ения имели военно-республиканский строй и отличались сильно развиты м во­ инственным духом. Однако, продо л ж ает он, если другие к а в к а з ­ ские племена остановились на стадии обыкновенного военного о б щ е с т в а, «адыги разви ли свои воинственные наклонности до и де­ а л ь н о й тонкости, д о.н а с т о я щ е й виртуозности, воплотили принцип военно-аристократических свободных учреждений в ж ивы е п ри ­ в л е к а т е л ь н ы е формы и возвели их в целую стройную систему» .

Р ы ц а р с к и й ж е неписаный устав, обычаи и п р ав и л а поведения п р ед ­ оп р ед ел и л и х ара ктер политической, общественной и бытовой ж и з н и адыгов. И наконец, в силу исключительной развитости р ы ­ ц а р с к о го духа, з ак л ю ч ает он, ад ы гска я песня и с т а л а «поэзией наездн ичества, панегириком доблестных мужей, прославивш ихся м е ж д у ады гам и в различны е эпохи исторического существования» .

С позиций признания приоритета героического в адыгской пес­ не К еш е в и рассм атривает ее особенности. Он считает, что по­ ск ол ьку песня на все, что не касалось ее главной темы, смотрела к а к на «врожденные слабости человеческой природы», то в ней «внутренний мир, неж ны е ощущ ения сердца не нашли д остаточ­ ного отголоска» .

С л аб о отображ енны м в ней он считает и народное миросозер­ цание, т. е. практическую философию и житейскую мудрость. П р и ­ чину этого он связы вает с ры царским правилом; «Кто р а зд у м ы в а ­ ет о последствиях, тот не храбр». Отсюда, зак л ю ч ае т он, герои песен не рассуж даю т, а действуют .

О тры вочно отображ енны м и в песне п редставляю тся автору т а к ж е семейный и общественный быт, сословные отношения, об ы ­ чаи и нравы .

О д н ак о в этой констатации не все стройно и логично. Во-пер­ вых, К еш ев односторонне х ар а ктери зу ет прош лое народа, опи­ р ая сь исключительно лиш ь на военную историю и военный быт. Вовторых, он не говорит о классовой природе р ы ц ар ств а со всеми ее типическими чертами. В центре его внимания некий этический идеал, приписываемый рыцарству. С вя зы ва я ж е песню исключи­ тельно с ры царским бытом, в котором на первый план выступает ры царски й и деал чести и доблести, Кешев х ар а ктери зу ет ее о д ­ носторонне. П р а в д а, в понятие «наездническая поэзия» он в к л а д ы ­ в ает не только ры царский идеал, но и борьбу за общ енародные и об щ ен ац и ональн ы е интересы, но эта сторона песни освещена слабо .

Кешев, безусловно, прав в своих р ассуж ден и ях о значительной развитости героической песни. О на действительно интенсивнее в оздейство вала на другие виды песенного творчества, чем пос­ ледние — на нее. Речь идет о доминанте, а ею Кешев верно счи­ тает героическую песню. Н о слишком у ж он преувеличивает ее роль в ущ ерб лирическим, трудовым, бытовым, и другим р а з н о в и д -, ностям адыгского песенного фольклора .

С тать я К еш ева — одна из первых серьезных работ по ад ы г ­ ской ф ольклористике после главы из «Запи сок о Черкесии» ХанГирея, посвященной песенному творчеству [33, с. 110— 115]. Н е ­ смотря на отмеченные недостатки, статья отличается глубиной а н ал и за, оригинальностью трактовки отдельны х вопросов, мето­ дологией научного исследования .

Кешев п р и д ав ал важ н ое значение сбору и публикации родно­ го фольклора. Неподдельной тревогой за его судьбу проникнута следую щ ая его статья — «О незаметном вы м ирании горских пе­ сен». В ней он говорит о неудовлетворительном уровне работы по изучению исторического прошлого и культурного наследия гор­ цев и призы вает обратить на это сам ое серьезное внимание. В связи с этим он уп рекает русскую периодическую печать и р у с­ скую л итературу в том, что они якобы безразличны к горцам .

Конечно, в историко-литературной перспективе этот упрек нельзя признать справедливым. Горцы, к а к известно, привлекали п ри ­ стальное внимание русских п и с атш е й ; их быт, нравы, духовн ая культура стали предметом исследования русских историков; м а те­ р и ал ы о горцах печатались в различны х столичных ж у р н а л а х и газетах. Н о тут следует учиты вать то, к а к и м и историческими ф а к ­ там и был вы зван упрек Кешева, к а к о в а б ы л а их ц ел ен ап р ав л ен ­ ность. П а ф о с этого упрека сродни сетованиям В. Г. Белинского в «Л и тературн ы х мечтаниях», призы вавш его к более активному вторжению в жизнь. Он был в ы зв ан ж е л а н и ем усилить вни м ани е и интерес к горцам, их исторической судьбе, духовной культуре .

Кешев верно указы вает, что со сбором историко-этнографиче­ ских сведений и фольклора горцев нельзя медлить, п о с к о л ь к у — в новых исторических условиях они начинаю т стираться в пам яти народной. Он связы вает это с разруш ением цельности племенного сущ ествования, преобразованиями в быте горцев, переселением некоторой части в Турцию и с озабоченностью оставш ихся в о ­ просами своего существования. С горечью сетует он, к а к м ало сд ел ан о в деле изучения прошлого горцев, к а к трудно приходится отдельны м энтузиастам, посвятившим себя этому благородному делу. Единственным изданием д л я них, отмечает он, яв л яется «С борник сведений о кавк азск и х горцах», но последний о гр ан и ­ чивается печатанием лиш ь того, что поступает со стороны, и не по­ сы лает сведущих людей д ля собирания м атер и ал ов на местах, снабдив их н ад леж ащ и м и инструкциями, к а к и что записывать .

П ри таком положении вещей, считает Кешев, «Терские ведомости»

д олж ны явиться именно тем органом, который мож ет орган и зо­ в ать целенаправленную работу в этой области. О б р а щ а я с ь ко всем, кто готов «принести пользу ближнему», он от имени р е д а к ­ ции обещ ает всемерную помощь, в ы р а ж а е т уверенность, что и об ­ ластно е начальство будет содействовать этому в аж н о м у делу .

К ак известно, начинание Кешева не осталось без последствий;

за короткий период его редакторства газе та по части публикации краеведческого м а тер и ал а сд ел ал а гораздо больше, нежели з а I последую щ ие годы .

Ещ е у ч ащ и м ся С тавропольской гимназии Кешев соби рал ады гский фольклор. Одно из записанных им преданий послуж ило сю ж етной канвой р а с ск а за «Чучело», опубликованного в 1860 г .

Это ж е предание в его литературной обработке п ересказы вается и в очерке «И з кабардинских (адыгских) преданий».

О единстве сю­ ж етной линии рас ска за «Чучело» и предания, изложенного в очер­ ке, и, следовательно, о едином их авторе свидетельствуют следую ­ щ ие совпадения:

1. В предании; «Забо тл и вы е атал ы ки и о к ру ж аю щ и е дворянев ассалы, ка к водится, ж енили молодого своего владельца...»

В рассказе: «П риближ енны е Айтека чуть ли не к аж д у ю мину­ ту твердили ему, что ему нуж на хозяйка» .

2. В предании: «Дни и ночи п роси ж и вал он [князь] безвы ход­ но в своей кунацкой, почти ничего не ел и неохотно принимал по­ сетителей» .

В рассказе: «П од влиянием ревностных помыслов старый кн язь с т а л ч ащ е сидеть дома, почти о т к а зал ся от военных предприятий» .

С овп адаю т и действия князей: и тот и другой в слепой ревн о­ сти убиваю т ни в чем не повинного юношу, принятого за сопер­ ника; со вп ад ает и п ридум анная ими пытка, которой подвергается зап од о зр ен ная в измене ж ена. И в очерке, и в р ас ска зе много од­ них и тех ж е этнографических сведений, в частности о б р а щ а е т внимание описание и там и тут семейно-брачных обрядов и обы­ чаев, домаш ней утвари. Интересно отметить и совпадение при­ ем а повествования: в обоих случаях мы сн ач ал а узнаем о случив­ шемся, а затем о его причине. Стиль литературной обработки т а к ж е весьма напоминает почерк К еш ева-рассказчика. Р азн и ц а л и ш ь в том, что в очерке князь, убедившись в ложности своих подозрений, примиряется с женой, а в рас ска зе предание д р а м а ­ тизируется и имеет трагическую развязку .

Н о тут дело вот в чем. П редани е в его оригинальной ф орм е подается как пример некоторых черт национального быта; в р а с ­ ск азе же, посвященном положению ж енщ ины в адыгском общ ест­ ве, оно в авторской интерпретации заведомо приобретает трагиче­ ский х арактер .

О черк Кешева привлек внимание ред акто ра «Сборника сведе­ ний о Терской области», перепечатавш его его со следующим при­ мечанием: «В «Терских ведомостях» за прош лые годы, кроме н а ­ стоящ ей статьи, мы, к сож алению, не нашли никаких статей и з а ­ меток, касаю щ ихся оригинальной бытовой ж изни кабарди н ского населения» [49, с. 304] .

Таковы статьи Кешева, опубликованные им за период работы в «Терских ведомостях». Они отмечены любовью писателя к своему народу, хорошим знанием его жизни, истории и ф ол ь кл ор а;

они, к а к и его художественные произведения, являю тся цен­ ными памятниками, имеющими познавательное и эстетическое значение .

П одводя итог литературной и редакторско-публицистической деятельности К еш ева, следует ск азать следующее. Творчество Кеш е ва — одно из самы х значительных явлений в просветительской литературе. Оно отмечено широтой поставленных в нем об щ ест­ венных проблем, глубиной и зо бр аж ен и я национального бы та и хар а к тер а, социальной зоркостью и высокой степенью обобщ ен­ ности жизненного м атер и ал а, более последовательно в ы р а ж е н ­ ным дем ократизм ом и народностью. Кешев впервые выдвинул на передний п лан трудовой народ, воспел его нравственный облик, п о к аза л истинное лицо феодального класса, его никчемность, в ы ­ рождение, заговорил о бесправном положении адыгской ж е н щ и ­ ны. В его произведениях наиболее глубоко и последовательно вскры ты причины, тормозившие экономическое и культурное р а з ­ витие народа, п оказаны свободолю бивые настроения кр есть­ ян, самосознание передовой интеллигенции. Кешев реш и ­ тельнее других своих современников подошел « обличению ф ео­ д ал ьн ы х порядков и отношений, н агляд нее п о к аза л несовмести­ мость старого п атри архальн ого у к л а д а ж и зн и с духом нового в р е ­ мени. О б об щ ая в художественны х произведениях картин у соци­ ально-общественного бы та адыгов н аканун е реформ 60-х годов, он приш ел к выводу о неизбежности кр а х а ф еодали зм а. Вместе с тем историческое чутье п одсказало ему антигуманную суть б у р ­ ж у а зн о го процесса, которым б ы л а охвачена Россия и который н а ­ чинал проникать на ее окраины .

Кешев был первым редактором официального органа печати больш ой области. Он был в числе зач и нателей адыгской ж у р н а ­ листики. Р ед ак ти р у ем ая им газета в трудных условиях послереформенной поры утвердилась на позициях демократического п росве­ тительства [9, с. 200]. Успех газеты и ее н ап р авл ен ие во многом были обусловлены граж дански м муж еством и общественно-по­ литическими позициями К еш ева — просветителя-демократа. «Тер­ ские ведомости» при нем стали подлинной общественной три бу ­ ной передовой горской интеллигенции. Г азета всесторонне о т р а ­ ж а л а действительность, национальный быт и культуру горцев С е­ верного К ав к аза. Редакторско-публицистическая деятельность Кешева бы ла проявлением идеологической борьбы передовой го р ­ ской интеллигенции против социального и национального гнета, за рост м атериального благосостояния и культуры горских н ар о­ дов .

В оззрения К еш ева во многом соприкасались с идеологией р е ­ волюционных демократов. Он р а зо б л а ч а л феодально-крепостни­ ческий строй, видел в нем основную причину отсталости народа, у к а з ы в а л на «нужду и голод» ка к на причины борьбы угнетенных против угнетателей (Д об ролю б ов). О днако Кешев не поднялся д о идей радикального просветительства, провозглашенных вож дям и революционной демократии Н. Г. Черны ш евским и Н. А. Д о б р о ­ любовым. Это было обусловлено объективными причинами. «Н о­ вые силы прогрессивно-демократической литературе, — отмечает Г. Н. Поспелов, — п р и д а в а л а б ольш ая группа молодых писате­ лей, только начинавших свой творческий путь в обстановке предреформенной идейной борьбы, объединившихся вокруг передовых ж ур н ал о в и творчески прим ы кавш их в той пли иной форме к Н е ­ красову или Щ едрину. Все они усваи вали прогрессивные л и т е р а ­ турно-художественные принципы 40-х годов, те принципы, которые вслед за Белинским п род о л ж а л и р а з р а б а т ы в а т ь Чернышевский и Д обролю бов. Но они о б н а р у ж и ва л и больш ие разл и чи я в уровне своего демократического миропонимания. Многие из этих писателей входили в литературу, выбиваясь из социальных низов, или б ьм и связан ы по происхождению с привилегированными слоям и и не МОГЛИ в своем идейном развитии быстро подняться до революционно-демократического просветительского миропонима­ ния» [50, с. 277—278] .

Подобное состояние идейных исканий п ер еж и в ал и АдыльГирей Кешев, что ярко отразилось в его художественных произве­ дениях, а особенно в его редакторско-публицистической д еятел ь ­ ности. Л о ги к а развития его мировоззренческих взглядов свиде­ тельствует о том, что он д о лж ен был полностью перейти на пози­ ции революционных демократов, если бы не смерть, наступивш ая в 1872 г. Творчество Кешева, отмеченное глубоким социальным со­ д ер ж ан и ем и прогрессивным звучанием, знам еновал о качественно новый этап в адыгской просветительской литературе .

Р. X. Хашхож ева

БИБЛИОГРАФИЯ

1. Ленин В. И. О пролетарской культуре. — Поли. собр. соч., т, 41 .

2. М атериалы XXVII съезда Коммунистической партий Советского Союза .

М.: П олитиздат, 1986 .

3. Ленин В. И. От какого наследства мы отказываемся? — Поли. собр. соч., т. 2 .

4. См. об этом подробнее; Хашхожева Р. X. Адыгские просветители второй половины XIX — начала XX века. — Автореф. дис. д-ра филол. наук. Б а ­ ку, 1985 .

5. Каламбий (А.-Г. Кеш ев). Записки черкеса. Библиотека для чтения, 1860, т. 159, с. 1—90 .

6. Каламбий (А.-Г. Кеш ев). Абреки. — Русский вестник, 1860, т. 30, № 11, с. 127— 190 .

7. Каламбий (А.-Г. Кеш ев). Н а холме. — Там же, 1861, т, 36, с. 309—365 .

Г олубева Л. Г. Владеющий пером. — Д р у ж б а народов, 1963, № 9, с. 261— 268 .

9. Голубева Л. Г. Каламбий (А.-Г. К еш ев): биографический очерк,— Т ру­ ды К арачаево-Черкесского Н ИИ. Вып. 4. Черкесск, 1965, с. 165—213 .

10. Голубева Л. Г. А.-Г. Кешев (К аламбий) как этнограф.— Ученые за­ писки Адыгейского НИИ. Вып. 1. К раснодар, 1965, с. 251—271 .

П. Г олубева Л. Г. И з истории просветительства на Северном К авк азе во второй половине XIX века: Л итературно просветительская деятельность А.-Г .

Кешева: Автореф. дне.... канд. филол. наук. М., 1965 .

12. Кумы ков Т. X. Экономическое и культурное развитие К абарды и Б а л ­ карки в XIX в. Нальчик, 1965 .

13. Хапсироков X. X. Пути развития адыгских литератур. Черкесск, 1973 .

14. Хашхожева Р. X. Из истории русско-кабардинских литературных и куль­ турных связей: Автореф. дне.... канд. филол. наук. Баку, 1964 .

15. Хашхоокева Р. X. А.-Г. Кешев. (В помощь учителю). Институт усовер­ ш енствования учителей. Нальчик, 1971 .

16. Хашхожева Р. X. К вопросу об идейно-тематическом содерж ании тво р ­ чества А.-Г. Кешева. — В кн.: Общественно-политическая мысль адыгов, б а л ­ карцев и карачаевцев в XIX — нач. XX. в, (М атериалы конференции 28—29 м арта 1974 г.). Нальчик, 1976, с, 242—250 .

17. Хшихожева Р. X. А.-Г. Кешев. — В кн.: Адыгские просветители второй пол. XIX — нач. XX в. Нальчик, 1983, с. 61— 114 .

18. Избранные произведения А.-Г. Кешева. (П одготовка текста и вступи­ тельная статья Р. X. Х аш хожевой). Нальчик, 1976 .

19. И збранны е произведения адыгских просветителей, (П одготовка текста и вступительная статья Р, X, Х аш хож евой). Нальчик, 1980 .

20. Послужной список младшего чиновника особых поручений при н ачаль­ нике Терской области и редактора областных ведомостей коллеж ского асессо­ ра А дыль-Гирея Кешева. 1870.— ЦГА СОАССР, ф. 12, оп. 5, д. 206, л. 104— 105 .

21. См. о нем: Кумыков Т. X. К ази А таж укин. (Ж изнь и деятельность) .

Нальчик, 1969; И збранные труды К ази А таж укина. (П одготовка текста и всту­ пительная статья Р. X. Х аш хожевой). Нальчик, 1971; Хашхожева Р. X. К ази Атаж укин. — В кн.: Адыгские просветители второй пол. XIX — нач. XX в .

Н альчик, 1983, с. 115— 159 .

22. Краснов М. В. И сторическая записка о Ставропольской гимназии. — Ставрополь-К авказский, 1887 .

23. Краснов М. В. Просветители К авказа. — Труды Ставропольской ученой архивной комиссии. Ставрополь-К авказский, 1912 — 1913, вып. 5, с. 1—32 .

24. Неверов Я. М. Еще раз об образовании кавказских горцев. — К авказ, 1859, 21 мая .

25. Об образовании горцев на К авказе, — Русский педагогический вестник, 1859, Л'Ь 4, с, 111— 115,

26. Письма А,-Г, Кешева к А, В. Д руж инину 4 ноября 1859; 20 м ая и 7 октября 1860. — Ц ГА Л И, ф. 167, оп. 3, ед. хр. 175, л. 1—5 .

27. Д ело правления императорского С.-Петербургского университета о при­ нятии князя А.-Г. Кешева в число студентов. 1 августа 1860—5 ноября 1861.— ЛГИ А, ф. 14, д. 1538, связка 3431 .

28. Д ело канцелярии попечителя С.-Петербургского учебного округа. Спи­ сок студентов-стипендиатов С.-Петербургского университета. Пансионеры К ав ­ казского и Закавказского края. — Л ГИ А, ф. 139, оп, 1, ед, хр, 6087, л, 26,

29. Григорьев В. Императорский С.-Петербургский университет в течение первых пятидесяти лет существования. СПб., 1870 .

30. О распоряж ениях, сделанных в отношении студентов С.-Петербургского университета из кавказских воспитанников по случаю закрытия сего универси­ тета, — Ц ГИ А Л, ф, 1268, оп, 10, д. 206, л. 3, 5, 9, 14, 22, 53 .

31. Списки студентов, исключенных из С.-Петербургского университета. — Л ГИ А, ф. 139, оп. 1, ед. хр. 6048, л. 83 .

4 З ак аз № 7477 49

32. Ш н уров ая книга Терского областного правления для записи всего к а с а ­ ющегося сл у ж б ы чиновников. — Ц ГА СОАССР, ф. И, оп. 57, ед. хр. 3020, л. 1 .

33. К ум ы ко в Т. X. Хан-Гирей. Ж и зн ь и деятельность. Н альчик, 1968; И з­ бранные произведения Хан-Гирея. П одготовка текста и вступительная статья Р. X. Х аш хож евой. Н альчик, 1974; Хан-Гирей. Записки о Черкесии. (Вступи­ тельная с т ат ь я и подготовка текста В. К. Г арданова и Г. X. М ам бетова). Н аль­ чик, 1978 .

34. К ум ы ков Т. X. Казы-Гирей. Ж изнь и деятельность. Нальчик, 1978; И з­ бранные произведения адыгских просветителей. П одготовка текста и вступитель­ ная статья Р. X. Х аш хожевой. Нальчик, 1980 .

35. Г ар дан о в В. К. Общественный строй адыгских народов. М., 1967 .

36. И стори я К абардино-Балкарской АССР. В 2 т. М., 1967, т. 1 .

37. К ор эун В. Б. Л итература горских народов Северного К авк аза.(до­ октябрьский п ериод ). Грозный, 1966 .

38. М атери алы об издании в Терской области местной газеты «Терские ве­ домости» и подписка на эту газету: уведомления, такса, список. 1867— 1869.— ЦГА К Б А С С Р, ф. 2, оп, 1 д. 241, л. 1,

39. П римечание редакции к корреспонденции П -ва «Чеченец-механик».— Терские ведомости, 1868, 19 августа .

40. В лади кавказ; библиографический обзор. — Там ж е, 1869, 1 января

41. П римечание редакции к заметке П. М алиновского «Из ’ Таш-Кичу». — Там же, 26 ноября .

42. П римечание редакции к статье И. Семенова «День в ауле». __ Там ж е, \18 июня .

43. Владикавказ: библиографический обзор,— Там же, 1870, 9 июля

44. В ладикавказ: библиографический обзор, — Там ж е, 1869, 12 ноября,

45. В ладикавказ: библиографический обзор,— Там ж е, 1870, 23 июля, 46. [Пешее А.-Г.]. История адыхейского народа, составленная по преданиям кабардинцев Ш ора Бекмурзин Ногмовым,— Там же, 1869, 30 июля, 6 августа .

47. [Кешев А.-Г.]. Х арактер адыгских песен.— Там же, 26 марта, 2 и 30 апреля .

48. [Кешев Л.-Г]. О незаметном вымирании горских песен и преданий — Там же, 1871, 14 мая .

49. [Кешев А.-Г.]. И з кабардинских (адыгских) преданий.— Сборник сведений о Терской области, 1878, вып. 1, с. 304— 308 .

'50. П оспелов Г. Н. И стория русской литературы XIX в. М., 1962, т. 2, ч. 1 .

ЗАПИСКИ ЧЕРКЕСА

–  –  –

Д о восемнадцатилетнего возраста я воспиты вался в одном из кадетских корпусов Петербурга. Н е стану здесь описывать своих ш кольных воспоминаний; на бумаге они теряю т свою детскую, свеж ую прелесть. О к аж у только, что несколько лет, проведенных мною в шумном кругу кадетов, останутся счастливейшею порою моей бесцветной жизни. Д а ж е теперь, когда я п ревратился в д е ­ лового человека и увидел свет в совершенно ином виде, чем и зо­ б р а ж а л его прежде, и теперь ещ е не могу без любви вспомнить об этой счастливейшей эпохе. Л и ш ь об одном не могу здесь у м о л ­ чать: я окончил свое об разован ие точно так, к а к сотни моих со­ отечественников, т. е. вступил в ж и зн ь с весьма скудными, поверх­ ностными сведениями. Если я вынес из корпуса стремление к добру и н адеж ды на широкое поприше, то мое полуобразование не обошлось мне даром: оно легло нерушимой стеной меж ду соИ з частного письма Адыль-Гирея Кеш ева издателю ж урнала «Библиотека для чтения» А. В. Друж инину. С лова эти приложены к произведению самим издателем.— Р. X .

отечественниками и мною, сд ел ал о меня чужим м еж д у своими .

Н а меня смотрели не иначе, к а к на приш ельца; д а ж е в родной семье я был скорее гостем, чем необходимым членом. Стоит ли таких огромных ж ертв мое ж а л к о е полуобразование? Зачем я не отверг его, к а к чуждый нашей почве плод, к а к источник постоян­ ных огорчений? К акую пользу оно принесло мне? К акую пользу принес я своим соотечественникам? Н е получа никакого о б р а зо ­ вания, я ж ил бы ка к и все черкесы, т. е. н а с л а ж д а л с я бы вполне счастливы м неведением, не заботясь о том, что будет с моими со­ отечественниками, скоро л и они выйдут из м р ака заб л у ж д ен ья, словом, не дум ал бы ни о чем больше, ка к о статном коне и к р а ­ сивой винтовке. Все это я со зн ав ал очень хорошо, но отстать от своих привычек, своротить с прямого пути не мог. Д а есть ли к а ­ к а я возможность переиначить себя, насильственно уничтожить то, что составляет единственное наше утешение в жизни, наше нравственное бытие? Р а з в е один х а н ж а способен действовать н а ­ перекор своему внутреннему убеждению ? А я, с л а в а Богу, хотя и не беспорочен, но хан ж ою не был и не буду .

П рослуж ив без малого два года в Н-ском уланском полку, я поехал домой в отпуск. П ри одной мысли о близком свидании с родными, после долгой разлуки, сердце мое наполнялось н еи зъ ­ яснимым удовольствием. Н е достанет сил моих и на изображ ение восторга первого свидания со своими. Много трогательного было в этом свидании: довольно и того, что м атуш ка моя не могла у д е р ж а т ь с я от слез, вопреки строгим нашим этикетам. Но, увы!

Все это было впечатлением одного мгновения. П рош ло несколько дней; я свыкся с давно покинутой жизнью, присмотрелся и к л ю ­ д ям и к окруж аю щ и м предметам; то, что поразило меня в первые дни приезда, потеряло свою новизну, и я скоро решил, что все т ак и до лж но быть. П ризнаться, я у ж е начинал скучать, к а к в од ­ но утро получаю неожиданно от дочерей кн язя К ан тем и ра при­ глаш ение к общей прогулке. П р огу л ка имела целью собирание полевой клубники — занятие, не лишенное важ н ости в жизни черкешенок. П риглаш ение незнакомых девуш ек удивило меня, но о тк а зать ся от него не было никакой возможности, не оскорбив приглаш авш их. Б ы л и другой расчет; без этой прогулки мне ни­ когда бы не у д алось сблизиться с молодыми девуш ками, несмот­ ря на то, что они ж и л и в одном со мною ауле и притом очень близко от моей кунацкой. С ообразив все это, я охотно принял приглаш ение и отпустил присланного человека, расспросив, в к а ­ кую сторону намерены ехать княж ны. Потом п р и к азал находив­ ш емуся при мне узденю оседлать лош адей, а сам м е ж д у тем одел-, гя в лучшую свою черкеску. Чрез полчаса мы выехали из аула .

Н е знаю, что чувствовал я на протяжении с лиш ком двух верст, к о­ торые проехал почти незаметно, но помню только, я был в необыкновенном расположении. Грудь стеснялась, а по всему телу, словно электри ческая искра, пробегала дрожь. Б ы ло л и подобное состо­ яние следствием близкой встречи с незнаком ым и девуш кам и или другого чувства — не берусь решить. М не было и т я ж е л о и ч р езв ы ­ чайно приятно. Н е скоро бы я выш ел из этого полузабы тья, ес­ л и б товарищ, ехавш ий позади, не крикнул меня по имени; я о г л я ­ нулся, он у к а з а л концом своей нагайки на две арбы, с о глуш и ­ тельн ы м окрипом тянувшихся в стороне. Мы стегнули 'КОней и

•скоро очутились около них. Арбы были битком набиты п р ек р а с­ ным полом, и тош,ие волы очень серьезно вы тягивал и шеи, у п и р а ­ ясь твердо ногами, точь-в-точь к а к бы тащ и л и стопудовый груз .

П о обеим сторонам арб ехало д есятка д ва отборных джигитов;

все они уж асно зан и м али сь собою, украдкою посм атривали на свое оруж и е и свой наряд. Т ак о ва у ж слабость черкесской м о­ лодежи! М еж ду ними в ы д ав ал с я особенно молодой человек, л ет д в а д ц а т и двух, с смуглым, привлекательны м лицом и стройным станом .

Н а нем была черкеска черного цвета с широкими галунами, б ел ы й бешмет и черная ш апка, с белым верхом, сш итая по пос­ л ед н е й черкесской моде. Одна осанка, независимо от н ар яд а, р ез­ ко отд еляла молодого человека от оборванных товарищей, а в ы ­ езж ен ны й в струну белый конь и отлично оправленное о ру ж и е д о ве р ш ал и контраст. Р а зг л я д е в получше, я наш ел, что лицо мо­ лодого горца было мне знакомо, но когда и где я его видел — не мог припомнить. Я подъехал к передней арбе и приветствовал ви ­ новниц поездки; они учтиво приподнялись в зн ак благодарности .

Потом я присоединился к пестрому конвою. Прибытие мое очень не понравилось молодым всадникам: они мол1 чали и только пере­ гляды вались, к а к бы спраш ивая: «зачем этот господин втесался в наш е общество?». Д олго ехали молча: никто не вымолвил с л о ­ в а, наконец я реш ился п рекратить это тягостное состояние .

— К аж ется, мы с тобой знакомы, — проговорил я, подъехав б л и ж е к молодому горцу,— но, видит А ллах, не припомню, где встречались .

— Д а, — отвечал он, у л ы б ая сь,— не знаю, ка к ты, а я хоро­ шо тебя помню .

— Т а к скажи, пож алуйста, где мы встречались, я никак не припомню .

— В крепости П., когда я отп равлялся в Россию, помню еще это было около лавок .

Я вспомнил встречу с молодым черкесом. В то время его от­ п рав л ял и во внутрь России за какое-то преступление .

— А давно ты воротился? — спросил я .

— Четвертый месяц дома. И ка к весело ж и л я в России. В аллахи, кто бы подумал, что русские были такие славны е люди?

Тут разговор наш кончился, снова н астал о молчание, но не­ надолго. Один из товарищ ей у к а зал нам на подош ву больш ого холм а. М естность достойна бы ла наш его путеш ествия: гл ад кое поле п р ед ставл ял о больш ое удобство д л я прогулки. У самой по­ дош вы холм а, по диком у руслу, кати л ась, к а к нарочно, п розрач н ая речка. Зелен ь вокруг бы ла очаровательна. А рбы остановились, п ассаж и р ки выпры гнули одна за другою. Теперь я мог хорош ень­ ко рассм отреть дочерей К ан тем и ра. О бе были красивы, обе носили одинаковое платье. Н е знаю отчего, только с первого ж е в згл яд а гл а за мои обратились к старш ей. Средний рост, строй н ая, ги бкая тали я, смуглый цвет л иц а, черные волосы и таки е ж е брови, черные вы разительн ы е гл а за с милым и ласковы м в ы р а ж е­ нием вполне оправды вали мой вкус .

П риличие требовало познаком иться с ц ари ц ам и поездки — и я не зам ед ли л ещ е р аз п облагод ари ть их за приглаш ение и то удовольствие, которое они мне доставили .

В ероятно, ни один из дж игитов, сопровож давш и х поезд, не д о гад ал ся того ж е сделать: таких тонкостей у нас в горах не во­ дится, потому моя веж ли вость очень понрави лась кн яж нам .

— А д авно ты приехал к нам в аул? — спросила ста р ш ая, по­ краснев немного .

— С неделю, — отвеч ал я .

— И весело провел это врем я?

— Очень, — отвечал я, — увиделся с родными. К роме того, вы меня пригласили на прогулку; ещ е бы после этого не' быть д о ­ вольным .

— А р азв е в России прогулок не бы вает? — спросила она с видимы м лю бопытством .

П ока мы р азго в ар и в ал и, девуш ки и м олоды е лю ди р ассы п а­ лись по полю, кто с корзинкой, кто просто. Те и другие ж ад н о искали клубнику .

М л ад ш ая кн яж н а с несколькими подругами тож е отп рави л ась бродить. Я и З а л и х а (так зв ал и старш ую кн яж ну) остались одни .

Н о к нам скоро присоединился К ар аб ах и н (тот самы й горец, ко­ торого я описал довольно п одробно). Он с к азал кн яж не н есколь­ ко обыкновенных лю безностей, но « н я ж н а не о б р ати л а на них внимания .

— П ойдем и мы и скать ягод, — проговорила она, обратясь ко мне, и потом быстро пош ла в сторону, не взглян ув д а ж е на К ар абахи на. Я не зн ал, к ак остави ть горца, и не тр о гал ся с места, но реш ительное требование Зал и х и вы вело меня из недоуменья. Я последовал за нею, пригласив, впрочем, и К ар аб ах и н а идти с н а ­ ми. Он о к а за л с я настолько горды м, что не принял моего пригла-' ш ения, посмотрел на меня косо, окинул укорительны м взглядом у д алявш ую ся княж ну и бы стро за ш а г а л в ту сторону, куда у д а ­ л и л а с ь м л ад ш ая к н яж н а с прочими девуш кам и. Я д огн ал свою

•спутницу, успевш ую отойти на зн ачительн ое расстояние .

— Отчего ты не попросила К ар аб ах и н а пойти с нами? — спросил я, поравнявш ись с нею .

— Д а он каж д ы й день с нами, — отвеч ал а она с улы бкой, — а ты гость .

— П омилуй, З али ха! К акой я гость! — проговорил я. — Д а если на то пошло, так ведь и он ж и в ет чуть не за двести верст отсю да .

— Все равн о,— в о зр ази л а кн яж н а серьезно,— у него здесь много зн аком ы х девуш ек, а у тебя никого нет. Я тебя п ригласила, мне ж е надо позаботиться, чтобы ты не соскучился .

Т а к а я см елость сбила меня с толку. Я з н а л очень хорош о

•строгий этикет соотечественников, так ж е, что откровенность не в их х ар актер е. М ож но ли было ож и д ать от такого униж енного су­ щ ества, ка к ч еркесская девуш ка, такого откры того, смелого в ы р а­ ж ен и я мыслей? «Я ж елаю с тобой поговорить, — п риб ави ла кн яж н а с улыбкой. — Ты ж и л в России, вид ал много лю бопы т­ ного!»

Я начал р ассказы вать свое ж итье-бы тье, не вы п уская ничего, что, по моему мнению, могло и нтересовать мою слуш ательницу .

К н яж н а о к а зал ас ь такой лю бознательной, что не д а в а л а отды ха, з а с ы п а л а вопросами .

Р а с с к а з п родол ж ал ся долго. Мы н езам етно очутились за х о л ­ мом, д ал еко от прочих спутников. С олнце стояло « а к р а з н ад го­ ловой и ж гл о нас, лицо княж ны покры лось краской за г а р а, но, несм отря на это, она не н аки н ула на лицо п л атк а, не п ер естав ал а говорить и вы ступала т а к смело, т а к скоро, что я употреблял уси ­ лие, чтоб от нее не отстать. Н акон ец я не в ы д ерж ал — п ред ло­ ж и л ей пойти к речке. О на кивнула головой в зн ак согласия и броси ла на меня не то нежный, не то насм еш ливы й взгл яд, от к о ­ торого я почувствовал вдвое больш е ж ар у, чем от солнечны х л у ­ чей. П одош ли к реке. К н яж н а нам очила п латок в воде и п рило­ ж и л а к лицу, а я сд ел ал из листьев лопуха чаш ку и, черпнув воды, подал ей. О т речки повернули к арбам. З а л и х а ш ла теперь тиш е и о чем-то д у м ал а. Я не преры вал молчания, только усердно ловил каж ды й нежны й взгл яд, каж д ую улы бку, которы ми она о ки д ы вал а меня украдкой, но частенько. С транно, после коротко­ го р азго во р а я узн ал к а к н ельзя лучш е весь х ар актер З ал и х и и от всей душ и полю бил ее. Я никогда не бы л поклонником п р ек­ расного пола, в России за все врем я пребы вания вне родины все­ го два р а за говорил с дам ой, и то больш е по ^ее ж еланию, чем по своему. Одним словом, до этого дня я не имел никакого понятия о том чувстве, которое н азы вается любовью .

Я ш ел рядом с Зали хой и, подобно ей, м олчал, но в душ е моей происходило что-то новое, чего я п реж де не испы ты вал, в ней зароди лось и с неимоверной быстротою росло небы валое, новое чувство. К ак ни ново было это чувство, но я со зн ав ал уж е необхо­ димость его вы разить. Это не трудно было сделать при откровен­ ности княж ны, да и сам я д авно приучился прямо, без всякогостеснения, в ы р аж ать свои мысли. М еж ду тем, к а к я р азд у м ы в ал план объяснения с Зали хой, он а сам а окончила минутное р а з ­ мы ш ление и соб и ралась возобновить прерванны й разговор .

— Ч то с тобой? — спросила она, см отря прям о в г л а з а.— Н е скучаеш ь ли?

— Нет, не скучаю .

— Ну, так дум аеш ь о чем-нибудь?

— Д ум аю .

— О чем, нельзя ли сказать?

— М ож но, коли ты сам а скаж еш ь, о чем сейчас д у м ал а, — С видетель бог — скаж у!

— Я д у м ал о тебе, — проговорил я без всякого см ущ ения .

— Что ж е ты д ум ал обо мне?

— То, что тебя н ельзя не лю бить .

— К ому нельзя? Р а зв е ты знаеш ь меня к а к следует?

— Зн аю лучш е многих .

— Зн ачит и любишь?

— И лю блю, как, верно, никто .

— Н е м ож ет быть!

— У веряю тебя честью и прахом десяти предков .

— Верю, верю! Я сам а очень полю била тебя .

— Ты лю биш ь меня!

— Л ю блю, что ж тут удивительного? Я никого не могу нена­ видеть .

— О днако не всех ж е одинаково любиш ь?

— Ну, полож им, тебя больш е, неж ели других; за то ведь и ты лю биш ь меня больш е других — не так ли?

— Л ю блю сильнее, чем себя .

— Если так, будем друзьям и .

Она п одала мне правую руку, я с чувством п ож ал ее. Мы бы ­ ли около арб, к ак один из отделивш ихся товарищ ей прокричал во все горло, что за версту от нас много клубники. Все без и склю ­ чения согласились идти на поляну, где, по словам очевидца, о т клубники не было м еста куда ноги ставить. Н о нелегко было ис­ полнить общ ее ж елани е; крутой подъем на гору не п озволял в та ­ щ ить туда тяж ел о нагруж енны е арбы на п аре ленивы х волов, по­ тому реш ились взобраться пешком, но З а л и х а п ред лож ила ж е н ­ ской половине компании сесть на лош адей с молодыми лю дьм и .

К моему удивлению, это смелое предлоление приняли единодуш ­ но. Д евуш ки начали по сердцу и вкусу вы бирать кавалеров. К а р а б ах и н и тут не преминул предлож ить свои услуги, но к н яж н а на­ отрез ему о т к а зал а, оп равды ваясь тем, что о б ещ ала сесть на мою л о ш ад ь. П олучив вторично о тк а з девуш ки, несчастный юноша вспы хнул и, вскочив на коня, без оглядки пустился на гору .

К ав ал ер ы не зевали ; каж ды й из них с удовольствием спешил исполнить лестное предлол^ение Зали хи. Н о при этом произошли неприятны е столкновения. М олоды е лю ди тол кал и д руг друга, р угали сь без церемонии за какую -нибудь чернобровую красотку, пока сам а она не вы б и рал а одного из них и тем не прекращ ала спор. Один я странно торчал посреди веселой, шумной толпы!

Один я затр у д н ял ся тем, как посадить на свои колени незнакомую девуш ку! Засты дясь, я последовал общ ем у примеру, сел на ло­ ш адь и с смущ ением в зял З ал и х у на колени. Но едва пришпорил коня, к а к он н ач ал беш ено биться и круж и ться на одном месте .

Н а ли ц е кн яж ны я тотчас зам ети л испуг, потому н ачал упраш и­ в ать не опасаться, хотя сам трусил во сто раз больш е. Л ош адь п о д ы м алась на дыбы, р в ал ас ь из рук, словом, уп отребляла все у си ли я, чтобы сбросить нас. П о д д ер ж и в ая одной рукой княжну, а другой повода, я не мог прибегнуть к помощ и нагайки, а страх кн яж ны во зр астал с каж д ы м скачком л ош ад и и наконец дошел д о того, что она, не довольствуясь моей сл аб ой помощью, обеими ру кам и сильно обвила мою шею... К а к ни вели ка бы ла моя бо­ язн ь, но я почувствовал весь ж а р страстного, но вынужденного п о ж ати я. К ровь зак и п ел а и бросилась в лицо, ды хание сперлось, руки ед ва не выпустили повода. Н е передать всего, что происхо­ дило во мне в то врем я, но было что-то неизъясним о приятное в моем полож ении, чего не променял бы я ни за каки е удовольст­ вия. Л ош адь, наконец, истощ ила все силы, горячий пот выступил по всему телу, пена п о к аза л ась изо рта. Я вздохнул свободно.. .

Т оварищ и наш и гуськом взби рал и сь на гору, смех и говор д оносился до нас. Н икто не зам ети л того, что с нами было, и я был р ад этому. К огда поехали вслед за другим и, я спросил З а л и ­ ху, и спугалась ли она .

— Д а, — о твеч ала она соверш енно спокойно, — я испугалась то л ьк о больш е за тебя, чем з а себя .

— З а меня нечего оп асаться. С этого дня, клянусь, я готов каж д ы й час п ад ать с лош ади .

— И збави тебя бог от такого н ак азан и я, — возрази л а к н яж ­ н а, у л ы б а я с ь.— Ты вовсе не отвечаеш ь за то, что лош адь твоя не привы чна к ж енском у платью. Н а ней, я дум аю, ещ е никогда не увозили девуш ек .

— П ож алуй, ты бы извинила меня из сострадан ия, но что б с к а з а л и товарищ и наш и? К акими гл азам и посмотрели бы на меня?

— Н аш и м олоды е лю ди не т а к глупы, — с к а за л а кн яж на. — В едь и они не р аз п ад ал и с лош ади.. .

К ак ни утеш ительны были так и е речи, но я ещ е р аз п обл аго­ д ар и л бога за счастливое и збавлени е от сты да и неприятного»

случая .

Н езам етно очутились мы на широкой, ровной поляне, по ко ­ торой рассы пались наш и товарищ и.

Т оварищ нас не обм ан ул:

клубники бы ло очень много, корзины быстро наполнялись, а в р у ­ ках каж д о го д ж и гита торчал огромный букет, приготовленный и№ д л я своей избранной .

Д в а молодца помогли кн яж н е сойти с лош ади и н ап ереры в с т а р ал и сь поднести ей свои букеты ; она п рин яла оба и, грациозноподпры гивая, присоединилась к партии своей сестры, а я, не имея ни м алейш его ж елан и я собирать ягоды, н ап рави л ся к опуш ке л е с а .

К огда я воротился на поляну, ком пания н аш а весело сп уск а­ л ась с горы; на этот раз девуш ки предпочли идти пеш ком, но д ж и ги ­ ты все-таки не о тставали от них; ведя коней под уздцы, они громкор азго в ар и в ал и и смеялись .

Н асту п ал вечер, в воздухе зап ах л о свеж естью. К ом пания со­ б р ал ась домой; арбы заскри пели ж ало б н ее преж него. Ю ноши о г скуки, а ещ е более из ж е л а н и я п оказаться, зате ял и стрельбу в .

ш апки. К ар аб ах и н п о к азал удивительное зн ан ие горского искус­ ства; он грациозно правил своим конем, а винтовка п реврати л ась в его руках в перыш ко. С первого взгл яд а на дж игитовку я уб е­ дился в невозмож ности соперничать с товарищ ам и. У беж дение тем более грустное, что из арбы вы гляды вали черные гл азк и З а лихи!

Д о лго е пребы вание в России отняло у меня много в стрельбе и вообщ е в верховой езде. П р авд а, я был кавалери ст, но это н и - .

сколько не облегчало дел а. К авалери й ское искусство просвещ ен­ ной Европы не вы держ ит сравнения с бешеной, кипучей отвагой горского наездника. Там искусство парадное, д л я гл аз, а здесь, оно ради самого искусства, необходимость, потребность, можног ск азать, вдохновение. П олож ени е мое было затруднительно. Н о судьба, р аз и збави вш ая меня от постыдного случая, не допустила меня сд ел ать посмеш ищ ем веселой м олодеж и. Три р а за г*'- ' уди­ лось мне стрелять, и три р а за пуля моя п о п ад ал а в мохнатую • ку. .

С трельба кончилась, поезд п ри б л и ж ал ся к аулу; дж игиты, бог весть почему, затян ул и свадебную песню, со п ровож д ая ее зя - 1 ми из всех винтовок. К ом пания въ ех ал а в аул; ды м ящ и еся винтовки влож ены бы ли в чехлы. Я проводил З ал и х у до дому.

Н а про­ щ ани е она просила б ы вать у нее почащ е, я обещ ал и отправился:

домой, полный приятны х н ад еж д и сладки х ощ ущ ений .

Н а другой и третий день я безвы ходно просидел дом а, н ад е­ ясь отдохнуть и привести в порядок свои мысли. Н а д е ж д а, од ­ нако, не о п р ав д ал ась; я не только не привел, но ещ е более р а с строил свою мы слительную способность. Толпы знаком ы х и не­ зн аком ы х лю дей, различного одеяния и такого ж е о б р аза мы слей, то и дело наполняли тесную мою кунацкую. Гости ещ е не б ед а, но эти д ал ек о не походили на тех посетителей, которы х я привы к видеть в своей уютной кварти ре в городе Н. И х красноречивы е, восточны е п оздравления, их нескончаемые, утом ительно-однооб­ р азн ы е п ож елан и я многолетнего зд р ав и я и прочих благополучии могли наскучить всякому .

Все посетители, в числе многих других приветствий, и з ъ я в л я ­ л и ж елани е, чтоб я попал в благословенны е покои д ж ан н ета*. А я, прож ивш ий больш ую часть ж изни в России, обрусевш ий до т о ­ го, что заб ы л обычаи своей страны, п одлеж ащ и й недоверию со­ отечественников и гневу блю стителей коран а, мог ли я иметь п р а ­ во на такое приветствие!

З а приветствиями и п ож елан и ям и следовали расспросы о том, к а к и чему учили меня русские, что я видел, что слы ш ал, словом, приходилось д ав ать каж д ом у посетителю полный отчет в своих дей ствиях, от поступления в корпус до дня п риезда в аул. Я, по возм ож ности, стар ал ся удовлетворить их лю бопы тство. У меня д а ­ ж е хватило терпения и смелости растолковы вать слуш ателям не­ которы е физические явления, д у м ая тем уверить их, что не д аром лровел я столько л ет в России. П опы тка не уд ал ась. Одни сл у ш а­ тели загл у ш ал и рассказ громким хохотом, другие, счи тая смех не­ уместны м, только смотрели на меня весьм а подозрительно: все ж е вместе д ер ж али сь крепко одного мнения, что все, чему учили меня русские, — чистейш ая лож ь. «И наче и быть не м ож ет, — во­ ск л и ц ал и все хором, — ну мож но,ли поверить тому, что ум чело­ веческий в состоянии постигнуть прем удры е д ел а А ллаха... Ха!

Ха! И ты поверил гяурам, что д ож д ь и снег не А л л ах по­ сы л ает с неба, а что они образую тся из испарений! Д а не осквер­ н ятся уста м усульм ан таким богохульством! Д а р азр а зи тс я м ол­ ния небесная на головы тех, кто вы дум ал так и е мерзости!» П осле таких энергических восклицаний, « аж д ы й посетитель борм отал про себ я каки е помнил молитвы и сильно отп левы вался, ж е л а я очи­ сти ть свою внутренность от страш ной зар а зы. В заклю чение все­ го и зъ яв л ял о сь непритворное сож аление, что дети м усульм ан по каком у-то непонятному ослеплению кидаю тся добровольно в веч­ ный огонь ад а. Т ут порядком досталось и тем из родителей, кото­ рые о тд авал и своих детей русским — «часть бож ьего гнева, — го­ ворили они, — неминуемо п ад ет на их преступные головы в день страш ного суда». Д остал ось и покойному моему батю ш ке! Горько, обидно мне было слы ш ать таки е речи от лю безны х собратов, еще горш е к а за л а с ь недоверчивость их к моим словам, д а ж е клятвам .

* Рай. (Здесь и далее примечания самого А.-Г. Кешева.) С реди таких-то лю дей судьба мне п р ед н азн ач ал а ж и ть и дей ство­ вать! Ч то ж д ел ать? К аж д ы й человек несет на себе своего рода тяж есть до тех пор, пока не истощ ит сил и не падет, подавленны й ею. И м ей я больш е хлад н окрови я, отзы вы моих посетителей не произвели бы во мне того потрясаю щ его впечатления, какое я ис­ пы ты вал при каж д ой глупой вы ходке какого-нибудь невеж ды. М а ­ ло того: действуя благоразум н о и расчетливо, я успел бы уб ед ить в истине моих слов если не всех, то по крайней мере двух-трех, и тем о к а за л 'б ы собратьям истинно человеческую услугу. Но, н е­ к счастью, я был в том возрасте, когд а м алейш ее противоречие при­ водит человека в разд р аж ен и е, когда чувство берет верх н ад р а с ­ судком. П отом у неудивительно, если я, несм отря на горячую, бес­ коры стную лю бовь к родине, в скором времени возненави дел своих соотечественников, стал см отреть на них враж дебн о. Если бы прения происходили не в моей кун ац кой и чрез то посетители не д ел ал и сь гостями, лиц ам и неприкосновенны ми по вековом у обычаю, — то я ед ва ли бы у д ер ж а л с я в гран и цах б л аго р азу м и я .

Д о такой степени волновалось во мне негодование. Зато, о став ­ шись один в кунацкой, я горячо молил бога, чтобы он прояснил г л аза, отуманенны е пеленой векового м р ака. И в эти торж ествен ­ ные минуты я ож и вал, душ а очищ алась: в ней оставалось од н о только чувство,— чувство безграничной братской лю бви ко всем и к каж дом у. Но это не могло так долго п родолж аться. Я с каж д ы м днем яснее вникал в слова и обращ ени е окруж аю щ их, начинал пони­ мать, что они недовольны мною, а если посещ али меня на первых порах, то больш е из лю бопы тства и страсти к новизне, чем и з участия. Скоро они п риглядели сь ко мне, р азу зн ал и что нуж но, почесали язы ки и пошли расп ростран яться по аулу, что я отсту­ пился от веры отцов, не у в а ж а ю ни обы чаев, ни заветн ы х п р е д а ­ ний старины, что приехал домой не д л я свидания с родными, а д л я р азв р ащ ен и я и искуш ения правоверны х. Они не посовести­ лись д а ж е н азв ать меня шпионом п равительства; более человеко­ лю бивы е проникли и в мой собственный дом, ш епнули матери, что я опасен д л я нее и д л я всего сем ейства, что б лагоразум н ее д е р ­ ж аться от меня к ак мож но дал ьш е. Т акие сплетни р а зд р а ж а л и меня ещ е более, и я зап ер двери кунацкой д л я посетителей .

Н а четверты й день утром И браги м, один из старейш их у зд е­ ней покойного отца, просил меня убедительно п редстави ться к н я ­ зю Б ей-м урзе, ж ивш ем у в том ж е ауле. П реданны й старик в про­ странны х сл овах р а с с к а за л мне о давниш них связях Бей-м урзы с отцом, о п о дар ках того и другого. Ж е л а я придать р асск азу б оль­ ше достоверности, он припом инал масти подаренны х лош адей и н азван и я винтовок, ш аш ек, пистолетов. «Стыдно не п одд ерж ать старого знаком ства», — заклю чи л стари к и вы ш ел, обещ ав при­ сл ать человека, который мог бы прилично отреком ендовать м еня Б ей-м урзе. Я оделся и ж д а л проводника. П о словам И б раги м а Б ей -м урза д олж ен был принять меня очень радуш но, к а к сы на старого своего п риятеля, потому-то я весьм а охотно принял п ред ­ лож ение. П роводник не долго за с та в и л себя ж д ать. То был м у ж ­ чина высокого роста лет тридцати восьми. С веж ее п родолговатое лицо, окайм ленное ры ж ей бородой, п ри д авал о физиономии его нечто важ н ое, а больш ие, светло-голубы е гл а за искрились при­ родны м умом и неподдельной веселостью. Н овы й зн аком ец с п ер­ вого ж е в згл яд а располож и л меня в свою пользу, тем более, что я не видел его в числе преж них моих болтливы х посетителей. Н е ­ даром И брагим прож ил восем ьдесят лет: он изучил лю дей не х у ­ ж е лош адей и винтовок... Мы выш ли из кунацкой, переш ли по двум узеньким доскам речку, отделявш ую наш аул от Бей-м урзы .

П ервы й р аз п ознаком ился я с внутренностью этого аула .

П о д ъ е з ж а я ;к нему со стороны, ещ е за несколько верст видиш ь пред собой прекрасную картину. Н ап р аво и налево параллельнотянутся гребни гор не высоких, но очень живописны х; на них р а ­ стет отличный строевой лес, которы м черкесы не умею т п ользо­ ваться. Аул правой стороной уп ирается в крутой обрыв, который составляет прочную защ иту от случайного н ап аден ия неп риятель­ ских ш аек. П рочие стороны по старан ию русского пристава об­ несены двойным плетнем из колю чника. В орота на ночь за п и р а ­ ю тся и охраняю тся кар ау л ам и. Аул безопасен д а ж е от мелких,, так назы ваем ы х дом аш них воров. Б еленьки е опрятны е сакли, р а з ­ бросанны е в беспорядке на значительном пространстве, п ораж аю т приятно взор, особенно летом, когд а' нередко увидиш ь в пром е­ ж у тк е дворов зеленую траву, на которой пасутся курчавы е б а ­ раш ки и м олоды е тел ята. Н о внутренность ау л а со всеми п атр и ар ­ хальны м и п ринадлеж ностям и д ал ек о не соответствует приятном у впечатлению, производим ому его наруж ны м видом. В озле саклей и на улиц ах н авалены больш ие кучи золы и всякой дряни: все это не­ благоприятно действует на нервы непривычного зрителя. П ри к а ж ­ дой сакл е неизбеж ны так ж е — хлев, небольш ое огорож енное пространство, назы ваем ое бахчой, стоянка д л я скота и баранов, арбы с колесам и и без колес, зимние сани, треснувш ие от продол­ ж ительного стояния под лучам и солнца, бочка без дна, д авно вы ­ брош енная из сакли, к а к н ен уж н ая вещ ь, огромное корыто, в ко ­ тором в свое время сод ерж алось молоко и масло, которое теперьобли зы вается голодными собакам и; одним словом, на дворе все хозяйство черкеса. Л ю ди, собаки, лош ади, рогаты й скот и д о м аш ­ ние птицы, все это перем еш ано и киш ит в тесных улицах, словнорыбы в стоячей воде. П роводник мой говорил, что в зимнее и дож дли вое врем я нет никакой возм ож ности п робраться по аулу д а ж е верхом. Н о такие неудобства не пугаю т ж ителей: ни один изних без крайней нуж ды не покинет своего двора. Он свыкся, .

сж и л ся и с грязью, и с непогодой, душ ой п ривязан к дымной сво­ ей сакле, к закопченном у очагу и не пром еняет их ни на каки е п а ­ латы. О ш ибаю тся мудрецы, считаю щ ие черкесов кочевы м н аро­ дом, котором у п ереб раться с одного м еста на другое не составляет ничего ровно. П ож алуй, построить саклю не вел и ка беда, но чер­ кес неохотно приним ается за работу, не по лености однако, а по привы чке к старом у месту. «Б удет ли новое место т а к ж е сч астли ­ во, к а к старое, одному а л л а х у известно», — говорит он с н едовер­ чивостью .

Л ю бовь к оседлости мож но только объяснить заж иточностью мирных горцев, сравнительно с теми из них, которы е еж едневно п одвергаю тся случайностям войны. В целом ау л е не найдется д ву х -тр ех семейств, ничем не заним аю щ ихся, ничего не имеющих .

У последнего бедняка есть две-три коровы и п ар а волов. М ного т а к ж е зн ачит д ля мирного ау л а соседство казач ьи х станиц, куда ж и тел и сбы ваю т за хорош ую цену свои дом аш ние продукты .

Р а з мне приш лось побы вать на станичной яр м ар ке. Ч то за картин а! В округ станицы, на протяж ении двух почти верст, стоят я^ирные питомцы горских табунов, гордо п ом ахи вая головам и. Тут и рогаты й скот, и овцы с курдю кам и, пригнанны е бог весть из к а ­ ких ущ елий. В самой станице около л авок, на б азарн ой площ ади толпятся, ш ум ят, бран ятся, каж д ы й на своем язы ке, черкесы, абазинцы, ногаи и казаки. Один несет на плечах д есяток бараньих ш кур, другой ревет во все горло, р азм ах и в а я черкеской и к у р ч а­ вой буркой, третий постукивает седлам и отличной работы. Короче, все тут, что м ож ет производить горец. Д уш а р ад о в ал ас ь при виде этой см еш анной толпы и недаром : торговля — лучш ее средство к сближ ению народов: в ней и счезает все, что р азъ ед и н яет их друг от друга. Т орговля приучит черкеса к честному труду и тем обес­ печит его сущ ествование: вы зовет в нем дух предприимчивости, см етливости и все то, что до сих пор сокрыто в его богато о д ар ен ­ ной натуре. Т орговля изгонит из его головы те беспокойные, о т­ ж ивш ие понятия, которы е ставят его в прям ое противоречение с н астоящ им полож ением дел. Т орговля, наконец, введет в сем ей­ ный быт черкеса неизвестные доселе удобства, изм енит к лучш ем у семейные и общ ественны е отнош ения, отодвинет на задний план винтовку... М ного мыслей ш евельнулось в голове при виде этой ярм арки! Я перенесся в п атри архал ьн ы е врем ена, в ры царский период наш их предков, так зам ан чи во воспетый народны м и п ев ц а­ ми, вспомнил д ал ее эпоху водворения русских на К а в к а зе и д ли н ­ ный ряд кр о вавы х и бесполезны х столкновений, и приш ел к тому заклю чению, что путем торговли и мирных снош ений горазд о легч е достигается цель, чем оруж ием. А рмянский купец безопасно проникает у ж е в самую глубь враж д еб н ого населения К а в к а за и встречает радуш ное гостеприимство, тогда к а к вооруж енны й от­ «2 ряд каж д ы й клочок зем ли п окупает ценой крови и тяж ки х л и ш е­ ний. П очему? П отому, что купец д оставл яет вещи, необходимы е д л я дом аш него обихода; а потребности черкеса, с водворения русского владычества, быстро возрастаю т. С остоятельны й черкес о б зав ел ся сам оваром и, к великой досаде стариков, враждебновстречаю щ их каж д о е нововведение, преспокойно попивает ки тай ­ ское зелье и угощ ает им своих гостей.. .

М ы подош ли к кунацкой Бей-м урзы. Это было что-то среднее м еж ду опрятной крестьянской избой и черкесской саклей, — х о зя­ ин, видно, зн ал цену удобства. Н а дворе толпилось несколько чело­ век; при виде нас они прекратили громкий разговор и с больш им лю бопы тством окинули меня с ног до головы. В ероятно, им си ль­ но хотелось узн ать, кто я и откуда. Н екоторы е обнаруж и ли это ж елан и е тем, что довольно нескромно переш епты вались, а д руги е с улы бкой м оргали и кивали на меня головой.

В ош ли в кунацкую :

Б ей -м урза сидел полуразваливш и сь на своей кровати и п ереб и рал крупны е четки. В сакл е не было никого больш е. Б ей -м урза, к а к только мы вош ли, быстро вскочил на ноги, посмотрел на меня с недоумением, а потом об рати лся к моему ментору. М ентор с подо­ баю щ им красноречием отреком ендовал меня и прибавил несколь­ ко ф р аз в виде прим ечания от своей особы. Б ей -м урза сд елал два ш ага вперед и ласково, но с важ ностью, протянул правую руку .

П отом мы оба сели, хотя по черкесскому обычаю мне не следовало сидеть в присутствии Бей-м урзы. Это бы ла моя ош ибка. К н язь р ас­ п ростран ялся о д руж б е своей с покойным отцом и, вероятно, в под­ тверж ден и е своего к нему уваж ен и я, привел два-три прим ера его необыкновенной щ едрости, важ н ы х доблестей и прочих достохвальных качеств. Н о особенное внимание обрати л он на меня, на мою будущ ность, побуж даем ы й сознанием, что молодому человеку всег­ д а нуж но покровительство сильных. Н а его вопрос: что намерен д ел ать я и каки е имею н адеж ды в будущ ем, я отвечал, что сл у ж ­ ба — единственная цель моей ж изни; а насчет будущ их надеж д весьм а кстати сослался на милость ал л ах а. О днако, сколько м ож ­ но было зам етить по вы раж ению лица кн язя, ответ мой не произ­ вел никакого сочувствия. «Значит, ты хочеш ь совсем сдел аться русским?» — сп раш ивал он, опустив гл а за в зем лю. Я отвечал утвердительно, хотя не понял см ы сла этих слов. Ясно, что к н язь под ними р азу м ел соверш енно не то, что я. В них в ы р аж ал о сь то ж е презрение ко всему русскому, то ж е недоверие ко мне, какое вы сказы вал и все, с кем я ни говорил. Только в словах Бей-м урзы было по крайней мере утеш ительно то, что это всеобщ ее пре­ зрение облеклось в приличную форму, я мог толковать их по сво­ ему ж еланию. П одобны й проблеск веж ливости был отрадным явлением посреди грубого и вдобавок откры того изъявлен и я грязн ы х предрассудков. Если бы со дня своего п риезда в аул, я встретил хоть одного человека, которы й, отреш ась от лож ного в зг л я д а на русских, яви лся бы беспристрастны м судьей своих и чуж их заб л у ж д ен и й, тогда, без сом нения, я возненави дел бы от всей душ и Бей-м урзу, несм отря на его старин н ы е отнош ения к моему дом у. Н о я не встречал такого ч еловека, потому мы сленно прим и­ рился с Бей-м урзой и готов был сойтись с ним ещ е ближ е .

К н язь м олчал долго, након ец в зя л с окна нож и начал чистить иогти; это значило, что он не в д ухе, к а к объяснил мой ментор. Я понял, что больш е нечего д ел ать в с а к л е и спеш ил проститься с хо­ зяином. Б ей -м урза из веж ли вости просил не заб ы вать его, — «как это д ел аю т м олоды е лю ди со стари кам и ». Но в голосе его в ы р а ж а ­ лось соверш енно не то. М ы вы ш ли из сакли, быстро минули двор, со п р о во ж д аем ы е лю бопы тны ми в зорам и тех ж е лю дей, которы е при наш ем приходе стояли, а теп ерь преспокойно сидели, и выш ли и з ворот, к а к вдруг п одб еж ал м ал ь ч и к и едва слы ш но произнес имя кн яж ны. « З д е с ь,— отвечал он, у к а зы в а я на саклю Б е й -м у р зы,— юна ж д ет у ворот». Н ечего д ел ать, я последовал за мальчиком не совсем охотно. Хотя я не прочь был увидеть княж ну, но не имел никакого ж ел ан и я, чтоб сви дани е происходило в чуж ом доме. Это могло возбудить неблагопри ятны е толки. П роводник мой остался около ворот. К счастью, опасение мое скоро рассеялось. З а л и х а сто­ ял а одна, прислонясь к плетню. В тонком кисейном платье, с таким ж е платком на голове, она б ы ла чудно хорош а. С квозь п роз­ рачн ое п окры вало я мог рассм отреть см олисто-черны е волосы, в о л ­ нисты м и прядям и рассы павш иеся по ее розовы м плечам. К аж ется и теперь ещ е я виж у перед собой этот стройный и милый образ!. .

С ерд це сильно застучало в груди, когда я с ж ар о м пож и м ал пух­ л ен ькую ручку княж ны .

— К аким образом очутилась ты здесь? — был мой вопрос .

— П ри ш ла к тетке вы ш ивать, — отвеч ала она, неж но у л ы б а ­ ясь, и потом п р ибави ла; — Видиш ь, к а к непостоянна моя ж изнь: за н есколько дней я бы ла смелой наездницей, а теперь ста л а скромной ученицей .

— Больш ой скачок, — во зр ази л я, — но долго ли п родолж ится твое учение?

— Н едели две... а м ож ет быть, меньше. Н ад о скорей вернуться: дом а очень много работы .

Говоря это, кн яж н а устрем ила на меня свои огненные гл аза, гл а за мои встретились с ними и... если не ош ибаю сь, я прочел в них так о е вы раж ен и е: «а что, небось, тебе нравится, чтобы я вернулась

•скорее домой» .

Б ы ть мож ет, это был обман, случаю щ ийся с нами очень часто,

•особенно когда мы, по своему ж елани ю, п еретолковы ваем каж д о е слово ж енщ ины, но тем не менее я до того увлекся им, что едва не б р о си л ся ум олять кн яж ну вернуться домой к ак мож но скорее .

— Где ты лучш е проводиш ь врем я — здесь или дом а? — спро­ сил я, ж е л а я как-нибудь оправиться от зам еш ател ьства .

— В се равно, — отвеч ала кн яж н а, смеясь, — О днако ж ?

— П раво, все равно,— п одтверди ла она,— дом а к а к будто по­ свободнее, а здесь... здесь, не знаю, к а к тебе ск азать.. .

З а л и х а см еш алась, п окраснела и сильно п рикусила нижнюю губу, п о казы вая тем свое раск ая н и е в слиш ком откровенной беседе .

— А здесь, верно, не то? — спросил я.— Д а оно и понятно: б а ­ б уш ка не бы вает строж е тетки .

— Т воя п р авда, — проговорила она, оп уская гл а за, — б аб уш ка т а к стара.. .

• — З а то тетуш ка, я дум аю, не д ает вам разгу л яться .

— Д а, она не лю бит, чтоб мы говорили с молодыми лю дьми.. .

— Т ак к а к ж е ты вы ш ла сю да?

— Я сам а видела тебя из окн а; когда тетуш ка дом а, никто и^з нас не см еет оторваться от работы, а когда она уходит за чемнибудь по хозяйству.. .

— В таком случае, — возрази л я, — тебе опасно здесь о ста­ ваться.. .

— С каж и, п о ж ал у й ста,— произнесла кн яж н а, к а к бы не р а с ­ слы ш ав моих слов, — п р ав д а ли, что русские девуш ки могут вы хо­ дить из дом у куда угодно?

Я отвечал утвердительно .

— И никто им не запреш,ает говорить с муж чинам и?

— Н е только говорить, но д а ж е гуля1'ь с ними .

— Б ог знает, чтобы у нас за это вы дум али на девуш ку!

— Д а ведь в России не то, что у нас, там и ж изнь; и п рили ­ чия другие .

— Д а нам-то их переним ать не следует, — вдруг с к а за л а княж на .

— Д а р азв е это дурной обычай? — спросил я с недоумением .

— Р азу м еется, дурной... Ты сам знаеш ь, что зн ачит муж чина и что ж енщ ина. К аж д ы й из них д олж ен строго исполнять п рили ­ чия, иначе бог зн ает что выйдет. У русских, говорят, не стыдно м уж у с ж еной видеться при посторонних .

— А р азв е и это нехорошо? — спросил я опять .

— Р азу м еется, нехорошо, — отвеч ал а кн яж н а, мило улы б н ув­ шись. — Д а этак, пож алуй, через месяц надо распроститься и с муж ем, и с семейной жизнью .

— К а к так?

— Очень просто; не век ж е просидеть с муж ем... Д а и к ак т я ж ел а д о лж н а быть т а к а я жизнь! — произнесла З а л и х а с н е­ обыкновенным одуш евлением .

Е щ е на ш кольной скам ье, в кругу беззаботн ы х товарищ ей я 5 Заказ № 7477 65 нередко м ечтал о своих соотечественниках, об их настоящ ей и б у­ дущ ей ж изни, а на 'служ бе составл ял планы содействовать сколь­ ко мож но к искоренению многих, по моему мнению, вредны х обы ­ чаев и предрассудков. М ы сль эта-в к о р ен и л ась во мне т а к сильно, т ак меня беспокоила, что я нередко п ы тался освободиться от нее, но тщ етны были мои усилия; внутренний голос п одсказы вал е ж е ­ минутно, что это единственная, б лагородн ая ц ел ь моей ж изни, что Р оссия, о б р азо в ы в ая меня, им ела в виду эту цель, а не хотегла во-". все сд ел ать из меня хорош его сл уж аку. Б удто без меня м ало сл у ­ ж а к ? Н а первых порах по приезде в аул м ы сль эта р а з г о р е л а с ь ещ е более, достигла крайних пределов, она сд ел ал ась д л я м е н я ’ духовной пищей, вдохновением. П отому доводы княж ны, коснув­ шись одного из драгоценнейш их моих убеж дений — именно^ осво­ бож дения ж енщ ины от рабского’ униж ения, сильно возм утили ме- ' ня. Н егодование мое об этом бы ло ещ е сильнее, чем при то л к ах суеверны х посетителей. П онятно, что я ж е л а л видеть в к н я ж н е ' нечто лучш ее прочих окруж аю щ и х. И что ж е? М не приходилось р азувери ться в своем идеале!

П осле продолж ительного м олчания я н ач ал говорить к н я ж н е / что она ошибочно судит, д о к азы в ал, что. свободное обращ ение с м уж чинам и д ел ает русских девущ ек милыми в обращ ении, что свобода ж енщ ины сущ ествует не только м еж д у русскими, но во всех больш их и сильных странах, не вспомню всего, что я пропов ед ы вал; только я говорил с ж аром, й нисколько не д ум ал о том^ поним ает л и слуш ательни ц а слова мои. Но голос мой остался бес­ полезны м. К ак ни ворочала З а л и х а мудреной задачей, с какой стороны ни р ассм атр и в ал а ее, р езул ьтат был один и тот же, что свобода неприлична девуш ке. И стощ ив все силы 1 К разуверению упорной Зали хи, я прибег, наконец, к ядовитом у оруж ию : ярким и, ром антическими краскам и разрисова[л перед ней идеальны й о б ­ р аз русской кр а сав и ц ы — чуть ли не о б раз гоголевской У линьки, пред которой см ущ ался недобры й человек. Н ичего не п о ж ал ел я д л я полноты, и если бы черкесский язы к имел в, себе хоть сотую долю тех оттенков, которы е роились в моей разгоряченной голо­ ве, то вы ш ло бы нечто почти поэтическое. К ап ри зн ая моя сл у ш а­ тельница, лю бивш ая перебивать на втором слове, стояла теперь молча и вся, каж ется, п реврати л ась в слух. О н а то п одним ала г л а за вверх и с лукавой улы бкой долго, неж но см отрела на меня, то опускала* их, и тай н ая мы сль скользи ла по ее раскрасн евш ем у­ ся лицу. О бодренны й ее смущ ением, я готовился говорить еще, но она не зах о тел а слуш ать моей похвальной речи .

— Н е трудись, п о ж ал у й ста,— п р ер в ал а она, гордо подняв г о л о в у,— я очень хорош о знаю хитрость муж чин; они х в ал ят од ­ них, чтобы тем привлечь к себе других .

Я зас м ея л с я.' — Д а, не смейся, я говорю правду.. .

— Д а скаж и мне, ради душ и отцовской, — перебил я, — по­ чему ты зн аеш ь о хитрости мужчин. В едь ты их почти не видела.. .

— Д а будто это т а к а я мудрость! Н апри м ер, вот теперь ты, я у верен а, пред русскими девуш кам и ты сд ел ал бы то ж е са­ м о е — р асх вал и л бы наш у небы валую 1^ а с о т у. Э то-уж т а к в ед ет­ ся м еж д у вами!

Говоря это, кн яж н а в свою очередь тор ж еств о вал а; она тв ер ­ до верила, что я побеж ден ее знанием х ар а к тер а муж чин. П р и ­ зн аться, она не ош иблась. Я уд и вл ял ся тому, к а к м олодая д евуш ­ ка, п роведш ая всю ж и зн ь в девичьей, в кругу ветрены х, неопы т­ ных, к а к и сам а,-п о друг, м огла т а к здорово суди ть о х ар ак тер е если не веех, то больш ей части м уж чин. Д а, м удрено бы ло не у д и ­ вляться! В европейской девуш ке подобное суж дение понятно .

Н о что ж е ск азать о черкесской девуш ке? Кака^я ш кола п ослу­ ж и т к раскры тию ее души, ее в згл яд а на вещи, на ж изнь? Где по­ черпнет она те многосторонние сведения, которы е нередко ста вя т в тупик сам ого образованного, сам ого остроумного из муж чин?

Н ет д л я черкеш енки ни ж ивы х ш кол, ни ж ивы х источников, не говоря уж е о воспитании, в см ысле европейском. К руг ее зан яти й о гран и чи вается умением вы ш ивать серебром узоры, а о том, будет ли она хорош ей хозяйкой, добро?^ матерью, не д ум аю т ни отец, ни д а ж е мать. Если природа н ад ел и ла ее завидной красотой, ж ивы м умом, она найдет себе м уж а, сумеет у п р ав л ять дом аш ним и делам и, если ж е она обиж ена природой, не о б л ад ает ни красотой, ни умом, то, поверьте, она не сумеет скры ть своих недостатков и во всю ж и зн ь останется страдательны м сущ еством. В том и другом случае она не избегнет тлетворного влияния своего уничиж енного н ал о ж е­ ния в общ естве, в том и другом случае она вещ ь, игруш ка, а не нравственно-свободное сущ ество, не украш ение ж изни.. .

М еж ду тем к а к я стоял в приятном изумлении, небо п одер­ нулось черными тучами, в воздухе зап ах л о удуш ьем, все п редве­ щ ал о сильную грозу. Вспомнив, что до дом а Почти полверСты, я р ас к л ан я л ся с княж ной; к ак бы д л я извинения, у к а за л ей на тем ­ ное небо, на тучи, быстро перегонявш ие одна другую, и, крепко п о ж ав ее ручку, скорыми ш агам и пустился к проводнику. В эту мунуту в дал и грянул гром, и сильны е раскаты со страш ны м гулом пронеслись по соседним ущ ельям. Ч асты й д ож д ь полил к ак из в ед ­ ра. М ы минули ограду кунацкой, поворотили в другую улицу, как я_ невольно о гл ян у л ся н азад. Л егкое п окры вало кн яж ны бы стро м елькнуло и исчезло за плетнем.П рош ла неделя, д ругая, прош ел и месяц. О тнош ения мои к З а л и х е день ото дня становились теснее и наконец дош ли до той степени, когда дело требует какого-нибудь исхода .

Во все это врем я я находился в каком -то непонятном д л я 5* 67^ ' ^ меня сам ого состоянии. Б ед н ая голова моя страш н о о тя ж е л е л а, хотя в ней не бы ло ни одной порядочной мысли. Н ичто меня н е зан и м ал о ; я д а ж е стал и збегать разговоров с родными; а из по­ сторонних никто не загл я д ы в ал в мою кунацкую. Ж и зн ь моя сд е­ л а л а с ь очень незавидной, если не с к азать несносной. Кто скольконибудь зн ал м еня, тот не наш ел бы во мне ничего преж него; ау л ь­ ная ж и зн ь страш н о и скази л а все мое сущ ество. П ланы, над ко­ торы ми я л о м а л голову д ал ек о от родины, и единственная ц ел ь моей ж изни руш ились сам и собой, к а к бы от прикосновения невиди­ мой, волш ебной силы. М есто их заступили ап ати я и томительное б ез­ действие. Ч е р н а я тоска гры зла душ у, а сознание своего бессилия отравляло и приводило меня в отчаяние. Ц елы е дни я никуда не вы ходил из кунацкой и все л е ж а л одетый, на кровати или, подсев к м аленьком у д еревян н ом у окну, гл яд ел в противополож ную сто­ рону речки. П р ям о против моего окна белели д ве красивы е сакл и, п р и н ад л еж ав ш и е соседу. Я т а к часто см отрел на них, что зн ал наизусть все п ятн а, испещ ривш ие стены, зн ал и обитателей их, начин ая от согбенного стари к а-хозяи н а до полной краснощ екой \ хозяйки, с необы чайно развиты м и грудям и, зн ал и прочих членов сем ейства со всеми их особенностями, но лучш е всех изучил ж ен ­ щину средних лет, вероятно, служ анку, которая каж ды й день п о пяти р аз сп у ск ал ась к речке с длинным кором ы слом на плече. Я читал в ее р'обком взгляде, в бледны х чертах лица всю грустную историю ее ж изни, безутеш ную скорбь угнетенной тяж елы м р а б ­ ством душ и и напрасны й порыв подавленной воли... Н о эти н аб лю ­ дения не могли р ассеять моей хандры : она и звещ ал а меня не н а­ летом, а прию тилась в сердце, к а к п олн овластн ая хозяй ка, и м ед­ ленно, час за часом, точила соки жизни.. .

М не о ставал ось одно только удовольствие, одно утеш ение посреди грустной обстановки — это задуш евны е, уединенны е св и д а­ ния с Зали хой. В них сосредоточилось все: и сладостное воспоми­ нание о прош едш ем, и тревож н ое ож и дан ие в неясном будущ ем .

Р ядом с Зали х о й я заб ы в а л все-все, д а ж е свое неопределенное по­ л ож ен и е среди собратов и их тяж ки е оскорбления. Я реш ил ж е ­ ниться на ней. П репятствий к этому реш ению я не находил. Чем я не ж ених? — сам одовольно сп раш и вал себя,— за мной все, что д ает право на почетное место м еж ду черкесам и. П роисхож дение — п ер вая статья, а мое, б л а го д а р я А ллаху, сам ое почетное: отец князь, м ать тож е из кн яж еского рода. П р авд а, покойный отец, п р и д ер ж и ваясь ры царского п рави ла, не оставил мне зави дн ого состояния; и я его не виню; взам ен богатства он оставил имя от­ важ н ого н аезд н ика,— имя, пред которы м благоговеет всякий, кхо вл ад еет винтовкой и правит конем,"им я, зам ен яю щ ее м еж ду чер­ кесам и все добродетели. Н едаром ж е говорил отец в редкие м и­ нуты сердечны х излияний: «Сын мой, много п рож и л я в этом суетном мире, много всякого д обра н аж и л, но тебе ничего не оставляю ;

все, что добы л я своими трудам и, пош ло по чуж им рукам, но в ся ­ кий про твоего отца ск аж ет; «ж ил он, к а к настоящ ий черкес, и бог д ал ему царство небесное». Богатство ничтржно, оно — к а к роса, что п р о п адает с п ервы х лучей солнца. Б удь ты достойны й человек, будет и богатство и честь; а будеш ь негодный — и с богатством ничего не сделаеш ь. П омни мои слова; не скупись ни в чем, будь щ едр на хлеб-соль, на дары, тогда только м ож еш ь п редстать с чистым лицом перед судом того, кто правит наш ими делам и, тогда и я не о тв ер гн у 'о т тебя лица». Отец мой говорил, вдохновленны й воспоминаниям и об.иных лю дях, об иных п рави лах; он не зам ети л, что переж ил свой богаты рский век, что от очей его ускользнул великий переворот, незам етно соверш ивш ийся в ж изни и пон5^тиях соотечественников .

Кроме к л ад а, завещ ан ного отцом, я имел и другие причины н ад еяться на благополучны й исход задум анн ого дела. Я был м олод и стоял на счастливой дороге. С ледовательно, д ум ал я, на моей стороне и почетный род, и сл ав а отца, и моя собственная сл у ж б а .

К роме того, отец Зали х и был полковник русской служ бы ; стал о быть, лучш е, н еж ели кто-нибудь другой, мог. оценить меня по до­ стоинствам... М не т а к и виделось, что отец Зали хи, при первом нам еке о моем намерении, кинется мне на шею, чего, конечно, ни­ когда не б ы вало в наш их суровы х горах и едва ли когда будет .

Виновником всего это бы ла моя юность и счастливое врем я р а д у ж ­ ных мечтаний .

Р еш ивш ись во что бы то ни стало ж ени ться на Зали хе, я, о д н а­ ко, ничего не говорил ей об этом, потому что зар ан ее был уверен.в ее согласии. П осещ ения мои и долгие разговоры не п р ек р а щ а­ лись; а откровенность княж ны в о зр аста л а с каж д ы м днем, так что р аз д а ж е кн яж н а реш илась вы сказать недоступную д л я ч ерке­ шенки мы сль о свободном выборе ж ениха. Я понял н ам ек и не мог более утаи ть от нее своего намерения .

— П р а в д а,— говорила кн яж н а,— идти поневоле за нелю би­ мого человека несчастье д л я девуш ки. К ак ж и ть в доме, где нет согласия, где муж п рези рает жену, а ж ена... о, я не знаю, зачем родители губят своих детей!

— Д а ведь здесь,— с к азал я,— родители уверены, что после б р ака девуш ка полю бит кого угодно .

— О, нет! — вскри чала З а л и х а с негодованием.— Они о ш и - .

баю тся, если так дум аю т. Н елю бимы й человек всегда останется противным, р азв е после б р ак а ещ е более опротивеет... Нет! Р ад и сам ого А л л ах а, не верь этому. Пусть уж е одни родители потеш аю т­ ся своей выдумкой .

З а л и х а т ак разгорячи л ась, что невольно схвати л а правую мою руку; рука ее горела, лицо и зм ен и лось, прекрасны е губки судо­ рож но сж им ались. Ч то мне о ста в а л о сь д ел ать в такую критическую минуту, когда сердце, сж и м аяс ь от робости и какого-то непонят­ ного ж елан и я, казал о сь, вот-вот в ы л е ти т из груди? В упоении я п р и ж и м а л, З ал и х у к груди и первы й р а з поцеловал ее горевш ие ^ уста ж гучим поцелуем... К н яж н а в зд р о гн у л а, но я ещ е сильнее п р и ж ал ее к себе .

— П оверь, З а л и х а,— п рош ептал я,, зад ы х аясь от стеснения в груди,— поверь, пока я ж ив, ты не подвергнеш ься угрож аю щ ей тебе участи... я твой до могилы, то л ьк о скаж и, согласна ли ты быть моею женой? '

• Н ичего больш е не мог я вы говори ть. З а л и х а тож е м олчала, все ^еще оставаясь- в моих о б ъ ять ях. Я повторил свой вопрос .

— Я лю блю теб я,— п роговори ла она, потупив глаз'а,—,за теб я или ни за кого в мире. .

Д н я четыре сп устя после этой патетической сцены, я в о зв р а ­ щ ался,от княж ны, полный отрадн ы х н ад еж д и самы х игривы х мыслей.

И куда, сп раш ивается, д е л а с ь моя х ан д ра? Бы ло поздно:

аул погруж ен в глубокий сон. Н е зам ет н о я подош ел к речке, и п р ав ая нога бы ла уж е на мосту, к а к вдруг м елькнул в стороне огонь. Я остановился и п ристально р ассм отрел саклю, из которой выходил свет.’Она п р и н ад л еж ал а стар ш ем у сыну Бей-м урзы, кото­ рый успел уж е и зъяви ть мне свою д р у ж б у и дал' зам етить, что готов п одд ерж ать давниш нее расп ол ож ен и е наш их отцов, если только с моей стороны не будет препятствий. Я, разум еется, не остал ся в долгу и тем охотнее в ы с к а за л свою готовность, что сын Б ен-м урзы с первой ж е встречи мне понрави лся. Н аруж н ость его бы ла очень счастлива. От посторонних только и слы ш алось, что он ед и н ствен н ы й. молодой человек, имею щ ий право н азы ваться ч е р к е с о м, что его н ельзя упрекнуть ни в чем, хотя ближ айш ий ценитель — отец весьм а неучтиво вы гн ал его из своего дома. П р и ­ чиной такого поступка Бей-м урзы, к а к узн ал я после, бы ла не- у д ер ж и м ая страсть, господствую щ ая и до сих пор в черкесской м олодеж и, несмотря на неизбеж ность расправы. П орок этот будет сущ ествовать до тех пор, пока не искоренится пагубное убеж дение, что воровство есть п ри зн ак у д ал ьств а и предприимчивости. Т акое у беж дение составилось не сегодня и не вчера, оно имеет историче­ ское значение. Черкесы, к ак и все народы, имели свой героиче­ ский период, когда умение обманом или мечом добы вать средства к сущ ествованию, естественно, сд ел ал ось необходимой п р и н ад л еж ­ ностью человека в такую эпоху. Н о К а в к а з п одпал под вл асть Р о с­ сии, ры царские п рави л а столкнулись с новым, враж дебн ы м п оряд ­ ком и руш ились, а вместе с ними, разум еется, исчезла и зак о н ­ ность насильственного присвоения чуж ой собственности; место ее заступ и ла необходимость честного труд а. К а в к а зс к а я м олодеж ь, воспитанная преданиям и прош едш ей ж изни, не м огла вдруг, при­ н яться за соху, или вступить в воинские ряды своих завоевателей .

Соха не соответствовала ее аристократическим наклонностям, а сл у ж б а под знам енам и иноверцев зап р ещ ал ас ь религией, д а и гордость не п о зво л яла; и вот из преж них героев о б р азо в ал ась ш айка беспорядочны х лю дей, которая, боясь заслуж ен ного н а к а з а ­ ния, прячет концы своих непозволительны х похож дений к а к мож но дальш е. Сын Бей-м урзы п'ринадлеж ал к этой ш айке, и поэтому благоразум н ы й отец, не ж е л а я отвечать за его проказы, д ер ж а л его от себя подальш е .

Н еви д и м ая сила в л екл а меня к сакл е сы на Бей-м урзы .

К ак кош ка проскользнул я в узкое отверстие, сделанное в ограде аульны м и баб ам и д л я того, вероятно, чтобы, вы гоняя те­ л ят со двора, не тянуться до ворот, где к аж д о е утро толпится куча муж чин; не без осторож ности п рибли зился я к дверям и хо­ тел у ж е переступить п о р о г,'к а к вдруг услы ш ал свое имя. Я о ста­ новился, к а к оглуш енный сильным ударом ; в. голове м елькнула мысль, что, войдя в саклю т а к неож иданно, могу н авлечь на себя подозрение в подслуш ивании; д а и врем я было вовсе не д л я ви зи ­ тов.

Если бы не долетевш ее до слуха им я мое, я бы тотчас у д а л и л ­ ся, но, к несчастью, лю бопы тствр было слиш ком сильно затронуто:

зачем вспоминаю т обо мне, к а к говорят, с худой или хорош ей стороны ? — сп раш ивал я себя, стоя с полчаса неподвиж но; н а ­ конец, лю бопы тство превозм огло чувство собственного достоинства, и я поспеш ил скры ться позади сакли в густой траве. К счастью, в стене о к азал о сь порядочное отверстие; притаив ды хание, я п ри л ь­ нул к нему ухом. Р ечь действительно ш л а обо мне .

— Д а что ж е в самом деле вы дум ал этот свиноед,— говорил хозяин зап ал ьчи во,— связаться, да с кем ещ е? С моей плем янни­ цей! Ну, полож им, он д урак, не зн ает наш их обы чаев: но чего ж е гл яд и т сам а З а л и х а? Н еуж ели она его лю бит?

— А ты к а к бы д ум ал ? — п рервал другой голос.— П осмел ли бы он проси ж и вать с ней наедине до поздних петухов.. .

— М ерзость и срам! — воскликнул хозяин.— В есь аул об этом знает... И ли в чехлах наш их бузина вместо вивтовки, или не знает, подлый р аб гяуров, что оскорбление наш ей чести никогда и никому не проходило д аром ? (Тут было исчислено несколько ф ам ильны х ж ертв, им ена которы х не припомню ). К ораном клянусь, будь у меня пук бабьи х волос на месте усов, если не застрел ю его, как собаку, в его ж е собственной сакле .

Н е знаю, что почувствовал я в эту минуту, только вся внутре»ность моя горела, будто кто п рилож и л к ней раскален н ое ж елезо .

У часть моя зави сел а от неож иданного вы стрела из щ ели моей ж е сакли. Ч еловек, звавш и й себя моим другом, у м ы ш л ял убить меня .

1 ^ 0 все это было лиш ь одним началом .

— Н е лучш е ли пойм ать его на сам ом м есте,— присоветовал третий голос, по всем п ри зн ак ам п ри н ад леж авш и й более п ож и ­ лому, следовательно, благоразум н ом у человеку,— это горазд о удобнее. Я 'р а зв е д а ю, когда он будет у З али хи ; мы все придем воврем я .

— С вяж ем его по рукам и ногдм,— д обави л второй голос.—^ П одстрелить, п ож алуй, легко, д а не т а к удобно — врагов н а ж и ­ веш ь: у него двое б ратьев-головорезов, д а он, русский офицер, а вы знаете, какой народ русский. Н ай д ут где-нибудь мертвого со л ­ д а т а,— каж ется, что тут удивительного, нет, д ав ай раскап ы вать, кто его убил, от чего он умер, к а к будто это очень нужно .

Сын Бей-м урзы долго не согл аш ал ся на это предлож ение, д о к а зы в а я ясно, что человек, осм еливш ийся оскорбить честь его дом а, не д олж ен сущ ествовать на зем ле. П ризнаю сь, я более одоб­ р ял его намерение; несм отря на в арварство и подлость, оно мне к а зал о сь гораздо благороднее, чем предлож ение неизвестной кГте особы. С мерть, какого бы рода она ни бы ла, не м огла зап я тн а ть \ моей чести, а быть позорно связанны м и оскорбленным, значило о стави ть на своем имени вековое, ничем н еизгладим ое пятно. К изумлению, сын Бей-м урзы п о казал, несм отря на йвои громкие зак л и н ан и я, что он очень скоро отступил от преж него намерения .

А р ео п аг кончил совещ ание тем, что реш ился на другую ж е ночь пойм ать меня на месте сви дани я с За^^ихой .

С тяж елы м и м ы слям и на сердце, с досадой на себя за и злиш ­ нее лю бопы тство я воротился домой. И з этого рокового разговора я понял безотрадное полож ение м еж ду черкесам и человека, вкусив­ ш его сл ад о сть просвещ ения, человека, умею щ его ценить в себе если не высокие д ар о в ан и я, то, по крайней мере, достоинства че­ л о в ека, к ак сам остоятельной личности.. Горько было разувери ться в своих н адеж дах! М оя сл у ж б а, моя к арьера, на которы е я так твердо п о лагал ся, обрати лись вдруг ни во что, м ало того: они д а ж е пом рачали мое происхож дение во мнении лю дей, в п ользу которы х я готов был пролить свою кровь, п ож ертвовать ж изнью .

Эти сам ы е лю ди см отрели на меня, к а к на подлого наем ника, п ро­ даю щ его свои услуги на вес золота. Они п рези рали меня и сты ди­ лись иметь со мной каки е-ли бо связи. И все это за, то, что я не п ри ­ н ад л е ж ал к их круж ку, не р азд ел я л их интересов, не приним ал участи я в их грязны х похож дениях, за то, что судьбе угодно было вы рвать меня из родной среды и бросить д алеко, в чуж дое общ ест­ во. Ч то могло бы ть оскорбительнее такого недостойного взгл яд а на мои помыслы!

Н есм отря на неож иданное огорчение, в ту ночь я не испы тал тяж ел о й бессонницы, необходимого следствия сильных душ евных потрясений. П р авд а, во сне мне казал о сь, что я все ещ е стою по­ зад и знаком ой сакли и слуш аю н ад собой бесчеловечны й п риго­ вор, но все-таки я не в зд р аги в ал и не просы пался. П ри ветливы е лучи утреннего солнца с веселым щ ебетанием птичек застал и м е­ ня в постели. Б ы ло уж е около десяти часов, когда я пошел к м а ­ тери и сестрам. П од их радуш ны м, веселы м говором я соверш енно позабы л о подслуш анном разговоре, говорил очень много о том, о сем и, против обыкновения, подш учивал н ад сестрам и. Т а к наступил полдень; с бли ж айш его м и н арета р азд ал с я призы вны й голос муллы. С тар ш ая сестра вы вела меня из сакли; м ать о ста­ л ась м олиться. С естра спросила, где бы л вчера и, когда я отвечал с улы бкой у Бей-м урзы, н ач ал а уп рекать меня в скрытности, н а ­ конец, откры ла, что и она и весь аул знаю т о моих связях с к н я ж ­ ной Зали хой ; а в заклю чение просила прекратить свидания, чтоб не случилось чего недоброго .

Р азго во р м ало-пом алу станови лся мне не по силам ; я горяч и л­ ся, сердился, к ак бы дело д1ло с противникам и, наконец, не вы ­ д ер ж а л и у б еж а л в кунацкую, чтоб наедине обсудить свое п оло­ ж ение., С горем пополам я проводил последние лучи заходящ его солнца за верш ину отдельны х гор; вечерний м рак покры л землю,, и мысли мои приняли новый оборот.

_' П осле р азго во р а с сестрой я ста р а л с я обдум ать прочный п л ан к будущ им действиям, но остался при одном старании: го л о в а реш ительно о т к азы в ал ась от всякой работы, а известно, что чем:

больш е и упорнее мы преследуем какую -нибудь мы сль, тем бы ст­ рее она от нас убегает. И звестно так ж е, что м рак ночи сильно во зб у ж д ает к действию все чувства души. Я испы тал это на себе .

С наступлением ночи я проснулся словно от глубокого сиа; а в;

голове, за несколько часов отказы вавш ейся от работы, возникли;

два ж гучие вопроса — идти ли к З а л и х е по обыкновению или:

остаться дома. Б л аго р азу м и е треб овал о остаться, но до него ли;

было? Я предпочел пойти навстречу явной опасности .

О статься дом а мне к а зал о сь преступлением, непростительныммалодуш ием. «Н еуж ели, д ум ал я, зверское нам ерение нескольких ветрены х негодяев зас тав и т меня о тк а зать ся от сви дани я с лю би ­ мой девуш кой». Б ольш е ж е всего я оп асался, чтоб до княж ны какнибудь не дош ел слух о гнусном заговоре. К ак черкеш енка, она) м огла подавить свое чувство, если бы я о к а за л с я трусом.

Я к ол е­ бался, но человек, присланны й от Зали хи, доверш ил мое реш ение:

она тр еб о вал а, чтоб я яви лся немедленно. Я д о ж д ал ся того в р е­ мени, когда ж ители, соверш ив вечернюю молитву, отходят на сон грядущ ий и, н асы п ав на полку пистолета свеж его пороха, вы ш ел из кунацкой. П ереходя мост, я невольно посмотрел на роковую саклю, где без всякого стеснения реш или мою,участь: в ней не б ы ло огня, потому невозм ож но было отличить ее от м нож ества других саклей, все они сли вались в одну темную, неопределенную 7а .

массу. Я подош ел к ограде, окруж авш ей сакл ю княж ны, осм отрел­ ся кругом и осторож но п о д к р ал ся к кали тке; она, бы ла только притворена, вероятно, по распоряж ен и ю княж ны. В кухне и других строениях огни были потуш ены, а двери и окна задвин уты засовами. Т олько из отделения княж ны, сквозь неплотно притворенны е ставни, вы ходил тонкой струей д реб езж ащ и й свет свечи. Я подо^ ш ел к двери и тихо стукнул. Вмиг п ослы ш ался шорох, л е г к и х ' черевиков, дубовы е двери раствори ли сь без ш ум а; я вош ел; к н я ж ­ на п ритвори ла двери и провела чрез сени, отделявш и е ее покой от покоя бабуш ки. ' — А 'в е д ь ты не хотел идти ко мне сегодня,— с к а за л а она тихо и тоскливо .

— С чего ты это в зя л а ? — спросил я, тяхо сад ясь около йее .

— По всему видно. М не недаром как-*то скучно сегодня. С е­ стра о тп р ав и л ась ночевать к тётуш ке и в зя л а с собой девуш ек; а б аб у ш ка л о ж и тся с курами. К а к ж е ты теперь одна, без прислуги?

— М не прислуги не нуж но,— отвеч ала З а л и х а.— Бог с ней совсем! Д ав н о я хотела поговорить с тобой. Все врем я не о б р а щ а ­ ли вни м ани я на окруж аю щ их, а они зорко за нами следили; всё, что мы ни говорили, известно в ауле. Все в дом е см отрят на меня косо: д а ж е сестра перем енилась ко мне, но все наш и дом аш ние не т а к опасны, к а к семейство Бей-м урзы... С егодня старш ий его сын заш ел к нам, посмотрел так страш но, что я поскорей уш ла к бабуш ке. К акая-то беда грозит и тебе и мне, это я предчувствую .

— Д а по каком у ж е праву каж д ы й бездельни к в ваш ем доме п р и см атр и вает за тобой. Н еуж ели и б аб уш ка не понимает, что ты вп р аве р асп о р я ж ать ся своим сердцем, к а к знаеш ь.’ ' — О на лю бит меня, д а что толку? Б ед н ая б аб уш ка в своем доме кукла, щ епка — ничего больш е .

— Д а кто ж у п р ав л яет ваш им домом?

— Т етк а,— отвечала к н яж н а,— хотя она и не ж и вет здесь, но без ведом а ее у нас ничего не д ел ается; тетка м ен я'н и к огд а не лю ­ била и теперь на меня злится. Б аб у ш к а ж е так хи ла и сл аб а, что от всей душ и верит в тетуш ку .

— А отец? — спросил я, чувствуя, что этот простой разговор будет им еть великое влияние на наш у участь .

— Н икто здесь не знает, сущ ествует ли он на свете. Он ж и вет м еж д у русскими, он к нам не пишет, за все это врем я был только р аз, и то к ак будто не в свой дом п риехал,— на меня и на сестру только п оглядел, д а и только.. .

— Д а что ж е ты будеш ь делать, когда ум рет б аб уш ка? — спросил я.^— Н а отца плохая н ад еж д а — куда ж е ты пойдеш ь с сестрою ?

— Тогда перейдем к тетке, или...— К н яж н а за м я л а с ь и к р а с­ нея п отупила гл а за, на которы е н аб еж ал и слезы .

Я понял ее недосказанную мы сль — и передо мной п ром ель­ кнула го р ькая участь черкеш енки. З л а я тетка, хи лая б аб уш ка, отец, по всей вероятности отступивш ийся от родного края и сем ей­ ства, зам у ж ество с каким -нибудь безобразн ы м дж игитом... и ни­ какой будущ ности, ни тени заступничества ниоткуда! С ердце мое обли валось кровью .

— И так,— начал я, после продолж ительного м олчания,— по­ лож ение твое незавидно, м и лая З али ха! Ты са м а знаеш ь, к а к я лю блю тебя. Ещ е несколько дней н а з а д я д ум ал, что ничто не по­ м еш ает мне н азв ать тебя своей женой — теперь я виж у, что здесь все против меня и тебя. У кого д олж ен я просить твоей руки? Тетка^твоя нас ненавидит. Б ей-м урза.. .

— З а твою просьбу тебя оскорбят к ак м альчиш ку,— д обави л а Зал и х а .

— Я д а ж е не знаю, где ж и вет отец твой.. .

К н яж н а вздохн ула и п окач ал а головой' к ак бы отклон яя от меня и это последнее средство .

— Если т ак,— проговорил я д рож ащ им от волнения голосом,— мне надо увезти тебя подальш е отсю да .

— К уда?

— Т уда, где я служ у, в Россию! С огласна ли ты на это, моя:

м илая, д о р о гая З ал и х а?

К н яж н а устрем ила гл а за в зем лю и, казал о сь, слова м о я «в Россию » ее поразили!

— В Россию, в Россию, нет! У ж лучш е побы вай у Б ей -м ур­ зы,— проговорила она после м аленького р азд у м ь я.— Он, м ож ет быть, п о ж ал еет меня... а если он о ткаж ет, тогда..;

— З а л и х а! — проговорил я с горячностью.— Т ребуй от меня все, что угодно, но не говори мне о Бей-м урзе. Н икогда не уни­ ж усь перед этим дикарем, никогда не перенесу его о тк аза и з а ­ р еж у его или сам прощ усь со светом. З ачем п рибегать к ун и зи тель­ ным м ерам, тогда к ак ты свободна р асп о л агать собой, когда ни совесть и ничто в мире не м ож ет теб я упрекнуть... М ало ли у нас случаев, что девуш ки оставляю т отца — м ать д л я избранн ы х?

Ч то ж ты молчиш ь, З а л и х а? Ты не знаеш ь, что за лю ди — русские:'

одно их им я тебя пугает по-пустому, от душ и полю биш ь их... Д р у г мой, душ а моя! Р ад и Б ога, не бойся пустой мысли; ведь этого я потребовал бы д а ж е в таком случае, когда бы твои родны е и согласили сь на наш брак. Б росить свою сл у ж б у я не могу, остави ть ж е тебя в ауле и подавно... Ведь и отеЦ тйой в России — мы его там отыщ ем, и он ж е тебя простит первый.. .

— А ллах! К ак я несчастна! — вскри ч ал а З а л и х а, быстро под­ ним ая голову.— О, зачем м ать родила меня?

— Д а ведь ты не одна обречена на борьбу с о б с т о я т е л ь с т в а -1 ми — с тобой человек, готовый ум ереть д л я твоего счастья. М н е;

нечего говорить больш е. Д е л а й что хочешь: а я с к аж у одно — не 1 ты п ер вая и не ты п оследняя беж иш ь из родительского дом а .

— Д а ведь не в Россию бегаю т,— робко в о зр ази л а к н яж н а. 1 — Ну, т а к о ставайся здесь! — вскри чал я с досадою .

— О, с тобой — хоть в ад! — вскри ч ал а в свою о ч ер ед ь-З ал и ха и бросилась прям о мне на шею...— Только ради сам ого А л л ах а ^ скорее, скорее, я не могу здесь о ставаться — мне совестно б у д е т см отреть в гл а за сестре и бабуш ке .

В это сам ое врем я п ослы ш ался ш орох за дверью. В одно мгновение я вы рвал ся из объятий княж ны и с ки н ж алом в ф у к е вы скочил из ком наты, готовый на все. Тем нота на дворе ск р ы в ал а" лю дей, но сильный треск сухого плетня, чрез которы й пры гнуло несколько человек, убедили "меня, что наш разговор не о стал ся | тайной .

Д о сих пор весь аул мог зн ать, что мне кн яж н а нравится, что я говорю с ней у ворот ее дом а — но посеш,ение девуш ки ночью, в ее ком нате... У знанное и перенесенное болтунам и, грозило нам обоим страш ной бедой. Я вернулся к кн яж н е и, по моему встре­ вож енном у лицу, она п оняла, в чем дело. М ы условились б еж а ть з а в т р а ж е,— медлить было нечего. Уйти из ау л а тотчас ж е о к азы ­ в ал о сь опасным — люди, нас подслуш авш ие, вероятно, были не­ в далеке. Я посидел еш,е немного и, попросив кн яж н у приготовить* ся к назначенном у сроку, пош ел домой; всю дорогу я не вы пускал из руки пистолета со взведенны м курком. П редосторож ность о к а за л а с ь излиш нею : я без всяких пр'иключений д о б р а л с я до своей кунацкой. В эту ночь, едв-а ли не впервы е, я испы тал мучительную бессонницу. М рачны е мысли, страш ны е, дикие предполож ение рои ­ лись в голове и беспощ адно тер зал и меня. Всего сильнее зан и м ал а меня мысль: почему мои враги и сын Бей-м урзы не н ап али на меня дорогой? Трусом из них не был никто. О скорбленны й черкес спо­ собен на сам ы е д ерзки е предприятия. О ставив нам ерение пойм ать меня на месте сви дани я с Зали хой, противники мои, без сомнения, реш ились восп ользоваться моим свиданием и разговором с к н я ж ­ ной. Если горец о тк а зал ся от скорого мщ ения,— значит, он готовит хитрость, которая опаснее кровавой встречи. В таких п ред полож е­ ниях и д о гад ках я ворочался с боку на бок до восьми часов утра и у ж е готовился приподняться с постели, к ак в д верях р азд ал с я стук — чего нико^гда не бы вало .

— Кто там ? — спросил я .

— П ора вставать, душ а м оя,— отвечал знаком ы й голос с т а ­ ри ка И б р аги м а, который посещ ал меня очень редко и, конечно, на этот, р аз приш ел недаром .

П роворно вскочив с постели, я наскоро натян ул беш мет, по­ п р ав и л смятую постель и отворил дверь.* — Э, д а ты, к а к я виж у, д ал еко о тстал от. своих отцов,— го­ ворил старик, медленно входя в саклю,— ну мож но ли т а к д олго сп ать? Смотри, солнце у ж е на целый ар к ан поднялось. Эх, у нынешней молодеж и кости стариковские!.. Н а что у ж я, б л а го д а р е ­ ние Всевыш нему, восьмой д есяток дож и ваю, отца твоего ребенком помню, и то раньш е теб я поднялся. ' — Что ж д ел ать, т х ам ад а во зр ази л я,— одни лю ди на других не похожи. Отцы наш и ж и ли так, а мы иначе .

— П онимаю,— м рачно проговорил старик, сад ясь на с к а ­ мью,— только не врем я тут виновато, а гяуры, что к нам подсоседились... Но дело не в этом. Ж и ви те себе, к ак, хотите, к а к умеете .

Н ам, стар и к ам, не соваться в ваш и дел а, д а и советы наш и д л я вас что л ай собаки. А я теперь, если угодно вы слуш ать, приш ел ют княгини с поручением .

Я и зъяви л согласие и приготовился вы слуш ать речь тхам ад ы, но не скоро понял сущ ность поручения. Д обры й старик, по обы кно­ вению всех стариков, н ач ал едва ли не от сотворения мира. П р е ж ­ д е всего он коснулся услуг, бог весть когда оказан ны х покойному родителю, привел несколько примеров своей усердной служ бы, д а ­ л е е припомнил десяток пословиц, из которы х каж д ую мож но было то л ко в ать так: — «молодой человек, слуш айся лю дей старых» .

— Затем, КНЯЗЬ мой,— приступил он наконец к д елу,— я при­ ш ел не от себя, а от княгини, твоей м атери. Ты огорчил и ее, и сам ого храброго из узденей наших... Н е д альш е, к а к сегодня утром .

Б ей -м урза присы лал просить княгиню, чтобы она п о у д ер ж ал а тебя о т детских ш алостей .

—• Об этом пусть просят меня, а не м ать,— сухо во зр ази л я, поняв всю язвительность послания.— М ать ц о я ж енщ ина, за свои поступки отвечаю я сам, а никто другой.. .

— Н е меш ай, п ож ал уй ста,— бесцеремонно перебил стари к,— ты ничего не смыслиш ь. Тут нужно хладнокровие, а где ты его возьм еш ь, когда и верному слуге не д аеш ь с к азать слОва? Бейм у р за ж алу ется, что ты св яза л ся с кн яж ной Зали хой. А т а к к ак он на днях сговорил ее за богатого кн язя, т а к ты сам хорош о по­ ним аеш ь...— П ри этих словах я побледнел так, что добры й стари к сж ал и л с я надо мною. Ч то-то вроде сож ал ен и я м елькнуло в его г л азах .

— Ты этому не удивляй ся,— н ач ал он кротко.— Н аш черкес с т а л скрягой, чести в нем лучш е не ищи, н аш елся богаты й ж ених, чего ж д ер ж ать девуш ку? Тут тебе нечего д ел ать, подум ай лучш е Старший .

о м атери. И ли весело княгине, что ты и з-за девчонки потерял дру ж б у так о го семейства .

— Н а что мне эта ц р о кл ятая д р у ж б а,— в озрази л я резко.— Я не позволю вм ещ аться в мои д ел а. Я напиш у к отцу Зали хи, я переговорю с ней.. .

— Н у, переговорить-то тебе не уд астся,— во зр ази л И браги м холодно .

— П очем у не удастся?

— А потому,— отвечал- старик,— что Б ей -м урза ещ е ночьк увез З а л и х у и зап ер ее там, куда и сам ш айтан не проберется. Н е хочешь сл у ш аться нас, ищи ее сколько хочеш ь, а княгиня, твоя мать, коли ты снова станеш ь д урачиться, п роклян ет тебя и при сви детелях о ткаж ется п ри зн авать тебя сбоим сыном. Вот зачем я приш ел сю да, а теперь д ел ай к а к сам зн аеш ь.— С этими словам и обиж енны й старик ж и во соскочил с места и, схвати в суховатую палку, почти вы б еж ал из кунацкой .

Н есколько минут стоял я к ак вкопанны й: язы к онемел, и если бы не сты д, то я зал и л ся бы горячими слезам и. • П реодолев свое отчаяние, я кинулся к дому, где ж и л а З а л и х а .

Все было пусто и кругом, и в доме. Все об озн ачало отъезд, спеш ­ ный, но обдум анны й зар а н е е и исполненный осм отрительно. Беймурзы то ж е нигде не было, в сакл е его я наш ел только слугу, оставленного дом а и отд ававш его его поручение моей матери — на все расспросы, обещ ания, угрозы он отвечал упорны м м олчанием .

К ак сум асш едш ий, я стал ходить по аулу, и тут-то вполне горько у р азу м ел мое одиночество на родине! Н е было,человека, к котором у мог бы я обрати ться за советом, не бы ло простого сл у ­ ги, которы й захотел бы ответить слово на мои расспросы. У Б еймурзы бы ло много родни по соседним аулам : ни в один из них не было мне доступа — в каж д о м меня встретили бы к а к в р ага или шпиона!

Б ед н ая З ал и х а! К акие гонения д олж н а б ы ла она вы терпеть за это уж асн ое время! И ау л ьн ая сплетня не пощ адит ее, на нее у к а ­ ж ут пальц ам и за то,, что она полю била человека, сблизивш егося с русскими! И я был единственны м виновником н есчастья девуш ­ ки... О п р ав д ал ли я перед ней свои обещ ания, умер ли у дверей ее темницы? Б роси лся ли я с отчаянием истинного горца на ее • родных и гонителей хоть затем, чтобы ум ереть от их ки н ж ал ов?

Я почувствовал, что меня во многом рассл аб и л о европейское воспитание, и что в душ е моей нет сил на какое-нибудь отчаянное дело, которое разом или бы погубило меня, или бы сблизило меня опять с лю бимой женщ иной .

Д ни ш ли за днями. Я п исал к отцу Зали х и в Россию и не по­ лучил ответа. Я розд ал все мои деньги, вы сп раш и вая вестей, по ночам езди л в соседние аулы, все понапрасну. М ать моя зан ем огла, 78 .

и я д олж ен бы л*на несколько дней оставаться дом а. В эти дни единственны й из моих слуг, на которого мож но было полож иться, привез наконец вести от Зали хи. Ее п родерж ал и несколько дней взап ерти неподалеку от ау л а и вы дали зам у ж, наскоро, в дальню ю сторону, за какого-то князя.. .

П рош ло с лиш ком два года. Д ом аш н и е обстоятельства з а ­ стави л и меня покинуть на врем я служ бу. О пять я дом а, в кругу родны х, в той самой сакле, где впервы е 'боролся с детским и поры ­ вам и сердца. Но, б ож е великий, сколько перемен произош ло в эти д в а года! К ак я устарел, изм енился в такое непродолж ительное врем я! ' ' З а гл я д ы в а я в свои записки, я едва узнаю себя! С каки м д е т­ ским прортодуш ием вверился я золоты м м ечтам юности! Все не­ обузданн ы е порывы сердца, все безумны е ж ел ан и я перегорели в груди, все и спарилось и улеглось, к а к сто яч ая вода в озере. Т оль­ ко светлы й об р аз п редм ета первой ю нош еской лю бви отрадно м ел ькает на темном фоне моего горизонта; и в этом ж ал к о м пе­ пелищ е подним ается иногда угасш ее чувство, не то, которое не­ когда не д а в а л о мне покоя, но скорее чувство сострад ан и я к не­ счастной девуш ке, ж ивой укор д л я расслаблен ной моей совести .

С ведет ли меня судьба вторично с таким сущ еством? Н икогда .

Ч ел о веку не во звр ащ ается од наж д ы утраченное счастье — иначе на.зем л е расплоди лось бы много счастливцев. Б ед н ая З а л и х а достойна бы ла лучш ей участи; ее смелая^ л ю б ящ ая душ а м огла у кр аси ть лю бую из женщ ин, но оковы н евеж ества не д ал и ей р а з ­ виться д а ж е в том ж алк ом ж ругу, в котором предназначено было ей действовать. А сколько подобных ей девуш ек сд елалось ж е р т ­ вой коры столю бия своих полудиких семейств! Говорят, что в ' вы сокоразви ты х общ ествах п р о д аж а ж енщ ин не редкость,— а у н ас в горах она не только не редкость, а общ ее правило .

Е сть о чем со ж алеть, есть о чем п ри задум аться. Грустно, т я ж ­ ко становится на душ е, когда подум аю о собратьях. Н изость, про­ д аж н о сть, обм ан — все это гибельно р азв и вается среди н арода, которы й когда-тх) не был чуж д ры царских правил и чтил имена предков. Ч то ж будет д альш е? Есть ли каки е верны е зал оги на лучш ее будущ ее? Т акие вопросы придут на мы сль каж дом у, кто с участием проследит ж и зн ь черкесов. Ч то к асается до меня, кото­ ры й п реж де п ы лал пламенной лю бовью к сл уж б е своих со ­ отчичей, то я потерял всякую н ад еж д у сд ел ать д л я них что-нибудь доброе. Д а едва ли хвати т и ж елани я! Я т а к много перенес и по­ ст р а д а л на родине, что нуж на нечеловеческая твердость д л я по­ м ы слов о преобразован ии н аш и х 'о б ы ч аев. Т яж ел о и горько тому, кто отступит от своей среды, и тяж ел о будет всяком у из моих зем ляко в, который хоть, в чем-нибудь отделится от своих сверстников, и эти несчастны е п адут один за другим до тех пор, пока не п ер еси л ят массы... У теш усь по крайней мере тем, что и я по мере сил своих когда-то м ечтал о том, чтобы трудиться д л я д ел а п ро­ свещ ен ия, что и я преследовал какую -нибудь цель в ж изни и... кто зн ает? М ож ет быть, я посеял незам етно семя, плодом которого в осп ользуется другой, более счастливы й человек. И то благо .

П. УЧ ЕЛИ К Д Ж И Н Н О В

...О пять я дома. Аул, по-видимому, нисколько не изм енился, а н а сам ом деле врем я п роизвело много перемен. В тех местах, где п реж де прыгал-и тел я та, д а гуси щ ипали траву, красую тся теп ерь нове-нькие сакл и переселенцев из других аулов. М ного с т а ­ рых сакл ей покачнулось в сторону и,,н е будь толсты х подпор, д ав н о бы повалилось. Б езж ал о стн о е врем я разруш ительн о косну­ лось и сам их обитателей саклей. М ногие из них зан ял и свои п о с л е д н и е места на клад б и щ е д ал ек о от аульной ограды, 'д р у ги е т а к постарели, что их и не узнаеш ь. М олоды е лю ди пере­ ж енились, остепенились' и почтительно уступаю т дорогу п о д р аста­ ю щ ему поколению. Все изм енилось в больш ей или меньшей мере.. .

Р а з в е не то ж е происходит во мне? Д ав н о ли я м ечтал о п р ео б р а­ зовании своих собратьев? А теперь я дум аю о другом, преследую другую, цель с преж ним ж аром. Я принимаю сь за перо с тем, что­ бы п еред ать бум аге разн ы е лю бопы тны е черты из наш ей ж изни .

М атер и ал о в пропасть. Ц елое н еобработанное поле л еж и т предо мной. Н уж н о ж е когда-нибудь зан ять нам свой уголок в огромной сем ье человечества: нуж но ж е нам знать, что мы такое, и нужно, чтобы и нас узнали... М ного, очень много мож но бы сд ел ать на этом поприщ е человеку, более сведущ ему, имею щ ему более тв ер ­ дости и воли. Но скоро ли найдеш ь такого ч еловека? А до то го врем ени я сделаю что могу. О кончится ли новое предприятие т а к ­ ж е ничем, к а к все мои начинания, или найдет лучш ий исход,— известно одному богу. Хорош о и то, что есть чем убить п разд ное врем я. Н ачн у свои описания с того, что более меня п орази ло и что некоторы м образом м ож ет служ и ть извинением неуспеха моего в д ел е п р еоб разован и я собратьев .

Н аскучив сидеть дом а, я отп рави л ся в аул родного дяди. Д я ­ дя — простодуш ный, добры й человек лет сорока пяти — принял меня радуш но, насколько позволяли обы чай и этикет соотечествен­ ников: много рассп раш и вал о моей служ бе, о моих дальнейш их н ад еж д ах, словом, коснулся всего, что м ож ет интересовать близ^кого нам человека. П олучив на все удовлетворительны е ответы, он п о бл аго д ар и л А л л аха за милость и покровительство, а потом н езам етно переш ел к себе. Вопреки моим ож и дан иям в рассуж деНИИ о хозяйстве и прочем д я д я в ы к азал практический ум, на&ык и глубокое соображ ение. К ачества эти очень редки, или если к бываю т, то вовсе не вы сказы ваю тся в черкесах. С колько р а з ни случалось мне р ассу ж д ать с этими лю дьми, всегда собеседник мой и р ассказчи к немилосердно х в астал ся чуж ими или.своими подви­ гами. П осле таких рассказов я д ум ал, что полезнее было бы по­ заб ы ть подвиги у д ал ьств а и зан ять ся мирными делам и. Д я д я мой был первый, от которого я услы ш ал о зем леделии, скотоводстве к прочих полезных зан яти ях. Я душ евно о б р ад о вал ся этому. В деле военном он нисколько не отставал, от других, д аж е, по общ ем у свидетельству, отличился в двух кровопролитны х сты чках, имея в душ е глубокое религиозное чувство, чуж дое кощ унства, н о,' к сож алению, не чуж дое ф ан ати зм а. К ак питомец старого поколения, он питал в душ е непримиримую в р аж д у к русским; но никогда ни словом, ни делом не об н ар у ж и вал этого нерасполож ения. Умный,, проницательны й, он не мог не зам ети ть благотворного во м ногих отнош ениях влияния русских, но при всем том моя просьба, ч тоб он отп равил одного из своих сыновей в корпус, о стал ась тщ етной .

«Б ог с ними, пусть себе остаю тся дом а. З а ч ем мне, на 1^ а ю м о­ гилы, б рать на душ у грех?» — был его ответ, всегдаш ний и н еи з­ менный .

Вечером в кунацкой стари ка составился порядочны й к р у ж о к из почетны х стариков аула. От молодого горца никогда не добь,еш ься путного — он т а к и наровит щ егольнуть винтовкой и. конем,, а эти вещ и д авно у ж е перестали зан и м ать мое воображ ение. Я с нетерпением о зи рал ся кругом и ж ад н о ловил м алейш ее дви ж ени е гостей — вот-вот, дум аю, кто-нибудь откроет свои б лагоразум н ы е уста и ум ная,.сладкая речь польется рекой. Н е тут-то было. Раз^ говор как-то не клеился, старички п еребрасы вали сь незначитель^ ными вопросам и и ответам и. Я п отерял терпение и готовился вы й­ ти из сакл и на чистый воздух, к а к внесли д в а столи ка с горячей бараниной и д ва толсты х кувш ина с ш ипящ ей бузой: все это очень приятно подействовало на стариков: разговор ож ивился. Один из столиков поставили около дяди, к нему подсели трое, а другой столик окруж или остальны е. Я не сел, несм отря на все просьбы стариков. Один из гостей, сидевш ий за столом дяди, покусился было д о казать, что т а к к ак я более русский, чем черкес, то этикет нисколько не наруш ится, если сяду в присутствии дяди, но его скоро за с т а в и л а зам олч ать, д о к аза в убедительнейш им образом, что всякий человек, где бы он ни бы л воспитан, долж ен строго соб л ю ­ дать приличие в своем родном кругу. Тем а эта, а главное, кр еп к ая м едовая буза, окончательно р а зв я за л и язы ки старикам. П ош ли воспоминания, приклю чения всех родов и свойств — и уж асн ы е и очень обыкновенные; поевши и промочив горло, старички мои т а к воодуш евились, что начали д а ж е подтрунивать друг н ад другом, 6 Заказ № 7477 8| — Эх ты, кривой черт,— говорил один гость с красны м и щекам и и такой ж е бородой, сидевш ий за вторым столом, о б р ащ аясь к стар и к у с одним гл азом и общ ипанной бородкой,— зачем ты ку­ пил м олоденькую сл уж ан к у, а? П о зд р ав л яем с обновкой! — р азд ал о сь несколько голосов .

— И менно с обновкой,— подхватил краснощ екий.— Хе, хе, хе!

Д аю о тр еза ть-н о с, если кто-нибудь из вас знает, к а к а я сл ав н ая обновка у наш его кривого черта .

— П ерестань, п ож ал уй ста, б олтать вздор,— перебил наконец кривой, выведенный из терпения .

Б о л ь ш ая половина ком пании зас м ея л а сь и ещ е более см утила охотника до м олоденьких служ анок .

— П о д авай те кривом у бузы! — за о р а л краснощ екий.— Л ей те ем у бузы, он подавился! — Г ромкий хохот р а зд а л с я снова, но к р и ­ вой старик, казал ось, не треб овал ничего лучш его, беспрекословно осуш ил д ве огромные чаш ки бузы и позабы л свою досаду .

— Н у, теперь твоя очередь, ученик дж иннов! — произнес краснощ екий, вообщ е обнаруж и вавш ий сильное покуш ение к злы м вы ходкам -— Р асс к аж и -к а кое-что из своих чертовских похож де­ ний! ' У ченик дж иннов о к а зал ся хладнокровнее кривого старика; он не п о к аза л д а ж е вида, что слы ш ал, и п р од ол ж ал с больш им искус­ ством о трезы вать ж ирны е кусочки баранины .

,— Ч то ж ты молчиш ь? — д опы ты вался краснощ екий.— И ли черти п р и вязал и язы к твой веревочкой?

— Д у р а к ты,— молвил ученик дж иннов, не п о д н и м а я 'г о ­ ло вы,— коли я ем, так значит, язы к не привязан .

. — Д а, да, один А ллах знает, что ты д ел аеш ь со своими учи­ тел я м и,— проговорил краснощ екий, зам етно затр у д н яя сь х л ад н о ­ кровием противника .

— А коли один А ллах зн ает — так тебе тут б олтать нечего! — докончил ученик джиннов .

К раснощ екий послуш ался совета и никого более не тревож ил .

Н о его таинственны е намеки сильно меня заи н тересовали. Я начал вни м ательн ее р ассм атривать ученика дж иннов. То был м уж чина средних лет, среднего роста; бледное сухощ авое лицо, с едва з а ­ метны ми морщ инами, с тем но-каш тановой бородой, бы ло приятно на вид (в юности его оно, вероятно, бы ло очень к р аси во ); его м аленькие, серые гл аза, исчезавш ие в глубоких впадинах, и тон ­ кие, правильно очерченные губы, п ри д авал и ем у насм еш ливое вы раж ение. О дет он был просто, но чрезвы чайно опрятно. Ж е л т а я черкеска без всяких украш ений, б ел ая п ап аха с черным околы ш ем, беш м ет то ж е из какой-то черной м атерии,— не присты дили бы хозяи н а при дворе самого взы скательн ого князя... К огда ученик дж иннов встал и з-за стола, я зам ети л, что он п ри храм ы вал на нравую ногу. Во весь вечер он не произнес ни слова, но мне все к а з а лось, что он «деятельно участвует в разговоре — его гл азки то и дело перебегали с одного гостя к другому. Н икто, д а ж е красн ощ екий сатирик, не вы д ерж и вал долгого их взгл яд а .

По всем у было видно, что ученик дж иннов — лицо зн ач и тель­ ное, заслуж ивш ее, бог весть почему, особенное уваж ен и е почетных п редставителей аула. Э то вы сказы вал ось в его взоре и движениях^ исполненных достоинства и какого-то п ри тязан и я на господство .

Л ичности, подобные ему, не и счезаю т в толпе .

К огда гости отправились по дом ам — кто верхом, кто пешком^ я спросил дядю, кто такой ученик дж иннов, и отчего краснощ екий н азв ал его таким странны м именем. « Р а с с к а ж у за в т р а,— отвечал д я д я,— это ц е л а я с к а з к а». Д я д я отп равился к себе домой, п р и к азав принести мне уж ин. Я о тк а зал ся от уж и н а и лег спать .

Ц елую ночь мерещ ился мне ученик дж иннов: его сухощ авая ф игурка то и дело п ры гала передо мной. Сон мой был ртры ви ст и неспокоен.

К огда д яд я приш ел утром в кунацкую и спросил меня:

«Что гл а за красны ? Н е вы спался, что ли?» «Ученик дж и нн ов не д а в а л спать»,— отвечал я. «Н е то ещ е будет, когда узн аеш ь о нем кое-что»,— во зр ази л д яд я таинственно. Е щ е более заи н тересован ­ ный, я ему напомнил вчераш нее Обещание. « Р асс к аж у, т а к и быть!» — начал д яд я и п р и к азал подать калм ы цкого чаю д л я освеж ения горла. И з этого расп оряж ен и я я д о гад ал ся, что история ученика длинна, д а при том очень интересна. Д я д я п р и д ав ал ей чуть ли не всем ирное значение, потому-то и позволил мне сесть в углу, на конце длинной скам ьи, ск азав : «Теперь мож но сесть, ни^ кого нет посторонних» .

Я вился человек со столиком, на котором л еж ал и и стояли хлеб, нарезанны й на длинны е тоненькие кусочки, две больш ие чаш ки из красного Дерева и с резьбою, лож ки, м асло в блю де и прочие принадлеж ности к а л м ы ц к о й чая. Ч ай принес другой чело­ век. Столик, к ак и вчера, был п оставлен около дяди, а мне, хотя и не было Посторонних, порцию подали отдельно, на тарелке .

— Х адж им ет, наш сосед, известный в народе больш е под на^ званием ученика дж иннов,— н ач ал д яд я, хлебнув чаю,— шестна»

дцати -или пятн адцати лет, не помню, н ач ал ходить в м едресе ' вместе с другими м альчикам и аул а. Скоро он определил всех своих товарищей,- и тогда к ак они целый год получали от муллы ф а л а к а * за-азб у к у, он у ж е бойко читал хавти ск **. У читель очень полю бил Х адж и м ета за понятливость и,з а две коровы об ещ ал его приготовить на свое место. Х адж и м ет уж е зар а н е е рад о в ал ся, что .

м ож ет сд ел аться аульны м муллой, и ещ е больш е стал зан и м аться .

* Удары по пятам .

** Седьмая часть алкорана .

6* 83 Ч р е з д ва года прош ел весь К оран на пам ять, в несколько месяцев.'повторил его ещ е раз, и у ж е д у м ал в зяться за перевод, к а к вдруг А л л а х п ослал несчастье на его голову. В ерно, т а к бы ло ему я а п и с а н о на роду. Он заб о л ел горячкой и д в а года ровно п роле­ ж а л на постели; наконец, горячка об рати л ась в ч е р т о в у б о ­ л е з н ь (вероятно, то, что преж де н азы вал ось беснованием ). Все з н а х а р и, стар у ш ка-л екар ка, д а ж е сам м улла, которы й сильно п еч ал и л ся об участи своего ученика,— все они ничего не могли сделать против страш ной болезни. Х адж и м ет бесился, р в ал ся из р у к и кри чал до тех пор, пока не п о казы в ал ась пена изб рта, тогда он п а д а л на зем лю без п ам яти. Родители сн ач ал а у х аж и в ал и за ним к а к следует, п ри вязы вали его к столбу^ во врем я беш енства, я потом погоревали, п оп л акал и д а и пустили сы на на все четыре Х адж и м ет бродил из ау л а в аул, п итался мйС т о р о н ы .

лосты ней, о д евался в лохм отья, каки е,б{^осали ем у из ж алости .

Н и к то наверное не зн ал, где он проводил ночи; одни р а с с к а зы ­ в а л и, что 0 1 ? ночевал в мечетях; другие утверждали", что сам и ви д е­ л и, к а к он, сидя на берегу реки, громко читал по ночам какую -то жнигу. Р а з, это-б ы ло летом, во врем я покоса, две лош ади в ы б еж а­ ли из моей коню шни и прям о в степь. К оню ха в то врем я не бы ло д о м а. Я туда-сю да — никого из муж чин нет. Н ечего делать, прол ад у т, дум аю, лош ади ни за что, и поехал их оты скивать. С танови­ л о сь темно. Н ет нигде вблизи лош адей, сквозь зем лю п ровалились .

Е д у д ал ьш е к К убани, дум аю — не пош ли ли они н апиться; нет и ту т. С д осады я стал на одном месте и смотрел... к а к вдруг слы ш у чей-то голос; прислуш иваю сь — точно ж енский. Ч то за дьявол, д у м аю, кто ж е в такое врем я пойдет на берег, тем больш е тр у сл и ­ в а я ж енщ ин а? П од ъезж аю к обры ву и смотрю вниз. Ч то ж ты д у м аеш ь? Н а кам не сидит кто-то в белом платье, ноги в воде, д ер ж и т книгу в руках и громко читает. В аллахи, я испугался, особенно, когда конь мой в зви л ся на дыбы и пугливо бросился н азад. • Б о г с ним, кто бы он ни был, подум ал я, и скорее отъ ехал от б е­ р ега. Д о лго ещ е доносился до меня голос н езнаком ца, сл и в ав ­ ш ийся с ревом и шумом реки; а конь мой за ш а г а л т а к скоро, что я несколько р аз о гл яд ы вался н азад, чтобы удостовериться, не подгоняет ли Кто его... К огда, я п риехал домой, конюх ск азал, что л о ш ад и оты скали сь в ауле, но я целую ночь не мог сомкнуть глаз .

Вспомнив р ассказы про Х адж и м ета, я д о гад ал ся, что это был он .

В ечером никто ни за каким и п роп аж ам и не ходил к берегу .

Ч р ез несколько лет Х адж и м ет поправи лся соверш енно, ж е ­ нился, зав ел хозяйство и стал ж ить хорошо. Только каж д ы й раз в полночь исчезал из Дому и в о звр ащ ал ся к а к р аз в то в р е м я,' когда петухи прокричат три р аза .

Он н ач ал лечить больны х от горячки и других болезней. Но, несм отря на просьбы и увещ ани я бы вш его своего учителя, он ник о г д а не ходил в м ечеть и дом а не м оли лся, а когда учитель сп р а­ ш и в ал, зачем он это д ел ает,— отвечал: «ваш е учение никуда не годится, я учусь у так и х лю дей, которы е зн аю т все; д а ж е язы к растений». М улла к а ч а л головой и, возврати вш ись домой, м олился об уразум ении заблудивш егося... М еж ду тем успехи Х адж и м ета в лечении росли с каж д ы м днем и д о став л ял и ему в больш ом коли ­ честве лош адей, коров и проч. Б о л ел а ли у кого голова, ж ивот и л и что-нибудь другое — то тотчас к Х адж им ету .

К нязь К ам булат, у которого ж ен а д ва года бы ла одерж и м а нечистыми силам и, п ригласил Х адж и м ета, обещ ав, в случае удачи, п одарить ему д есять кобы лиц с ж еребцом. Х адж им ет, разум еется, н е прочь от такой пож ивы, приехал к князю и тотчас потребовал, что бы ем у отвели отдельную саклю и позволили осм отреть н аед и ­ не княгиню. П осле осм отра больной, он зап ер ся в отведенной ему с а к л е и пять дней сряду не вы ходил оттуда. Говорят, он п ризы вал в зт о 'в р е м я дж иннов на совещ ание; наконец, на шестой день ^ это б ы л о к а к р аз в пятницу — приходит он к К ам булату .

— Н у что,— сп раш и вает тот,— к ак идет лечение?

— Все кончено,— отвечает он,— только п ри каж и разры ть ч еты р е угла той сакли, где ты п реж де ж ил .

— Д а ведь с а к л я Давно п олом ан а,— говорит К амбуЛат .

— Все равн о,— отвечает Х адж и м ет,— лиш ь бы узнать, где о н а сто ял а .

П ош ли к тому месту, где некогда сто ял а к н яж еск ая сакл я .

М есто было обращ ено в стоянку д л я скота. Х адж и м ет в зя л п алку, очертил к в ад р ат и говорит: «К опайте вот эти четы ре угла, а потом посмотрим». Н ач ал и копать крестьяне К ам б у л ата и к вечеру едва сл ад и л и — т а к много было навозу. Х адж и м ет посмотрел в ямы, пош арил в выброш енном н а в о з е —^ничего нет. «К опайте! — гово­ ри т,— посредине». П ош ли оп ять в работу лопаты и бы ла вы ры та ш и р о кая ям а, по пояс сам ом у высокому человеку. Х адж и м ет влез в нее; зап рети в см отреть на себя, а чтобы кто не полю бопы тство­ вал, просил всех тут бывш их отойти от ямы. К огда он. вы ш ел из ямы, то д ер ж а л что-то в руках. Все обступили его кругом и ж дут, что он скаж ет. • —' Вот,— говорит наконец Х адж им ет, о б р ащ аясь к К ам б у л а­ ту,— вот причина болезни твоей дом аш ней (супруги ).— С этим он подал князю саф ьянны й меш очек, пож елтевш ий от навозу. Все, д а ж е сам князь, рази н ули рты и молчат, не поним ая, что бы значил меш очек. Х адж и м ет распорол меш очек и вы сы пал из него все при­ н адлеж н ости человеческого тел а. Тут были и ногти, и волосы, и кусок человеческого м яса, и черт зн ает чего тут не было — всего не припомнишь.- Зри тели отвернулись от г^адостей, плю нули с не­ годованием, и каж д ы й про себя 'прочел молитву. Х адж и м ет сж ег всю нечистоту у изголовья больной, д а л ей ещ е какое-то лекарство, и точно, что ж ен а Князева вы зд оровела через неделю, а врач по­ гн ал домой д есять кобы лиц с ж еребцом. П осле этого им я Х адж и мета сд ел ал о сь известным во всех аулах. Д а ж е в К аб ар д у д ва-тр и р а з а п р и гл аш ал и его; и везде за ним ш ла удача, т а к что Х ад ж и м ег в скором времени сд ел ал ся богачом .

Д в а м есяца спустя после вы здоровления княгини в н аш ем ауле заб о л ел а ж ена одного узден я; разум еется, тотчас Х ад ж и м ету говорят: «возьми от нас что -хочешь, только спаси больную ». «С па­ сение в руках Б ож ьи х,— отвечает Х адж и м ет,— П опробую ». П о­ см отрел на больную, п окач ал головой и -п осле этого три дня про­ п ад ал из, аула.- Н а четверты й день утром, помнится в пятницу, я в л яется с какой-то ж елтой травкой. Он вы суш ил траву на б^не, р аскрош и л ее в мелкую муку и, свари в в козлином молоке, д а л выпить больной. А ллаху одному известно, что за чертовская сила зак л ю ч ал ас ь в траве, только она словно лопатой п ереверн ула больной всю внутренность. Бы вш ие в сакл е подняли бы ло стр аш ­ ный вой, Х адж и м ет вы гн ал их прочь и строго зап рети л входить ^уда. Б о л ь н ая после долгих мук вы кинула горлом целый ком руб ­ леной соломы. Г л а за ее прояснились, язы к отнявш ийся за н е­ сколько дней, снова получил способность говорить. Скоро она под­ н ял ась на ноги. Родственники бросались к Х адж и м ету благодарить, за помощ ь и п р ед лагал и ем у какое угодно возн аграж д ен и е. Он им ск азал : «Конечно, я с вас возьм у, что следует за мой труд, но дело не в том. С колько подобных этой больной отправилось на тот свет!

Смерть, конечно, определена каж д о м у ж и вом у сущ еству, -но иная Смерть идет от лю дей злы х, что изводили род человеческий». С этими словам и Х адж и м ет поспеш но отп равился домой.. В полдень, когда ж и тели собрали сь около мечети, один из почетных стар и к о в ау л а по поручению друзей вылече'нной ж енщ ины повторил во все­ услы ш ание таинственны е слова Х а д ж и м е та.'В се изум ились и д о л го л о м али головы, чтобы, р а зга д а т ь смысл его слов, наконец решено»

было потребовать сам ого Х ад ж и м ета и просить е г о.п р е д лицом .

всего ау л а откры ть тайну. Д в а стари ка отправились к нему о г всего собрания. С н ачала он о тказы в ал ся говорить, но потом пред целым аулом н азв ал по имени двух женщ ин, которы е портили лю дей. О дна из н азванны х бы ла старуха, лет ш естидесяти, зл а я кар га и, наверное, ведьм а, д р у гая — м олодая вдова, бы вш ая когдато за тем узденем, ж ену которого вы лечил Х адж им ет. О н а в р аж д о ­ в а л а со своей соперницей, а ревность, к ак известно, все в состоя­ нии сделать... К огда Х адж им ет*кончил речь — ропот негодования п р о беж ал по всему собранию. К аж ды й стал п обаиваться, чтобы не испортили его или кого-нибудь из ближ них .

— Ч то ж нам д ел ать с этими ведьм ам и? — спросил Х а д ж и ­ мета один из собрания .

^ Это не мое дело,— отвечал он,— я исполнил свой долг, а вы дел ай те, что хотите .

— С ж ечь их! Н а костер их! — р азд ал о сь со -веех сторон. Побежали, кто куда п опало за дровам и, вы рвали из зем ли целый плетень в о зл е мечети, и пред сам ой мечетью зап ы л ал такой костер, что в д вад ц ати ш агах н ел ьзя бы ло стоять от ж ару. Скоро п р и та­ щ или и ведьм. «С колько лю дей сгубили вы на своем веку? — 'Спраш ивали их,— С ознавайтесь!» Ведьмы молчали. «В огонь!» — р азд ал о с ь сильнее преж него. Тогда стар у х а в ы р в ал ась и б роси лась к Х адж им ету, которы й стоял, прислонивш ись- спиной к ограде!

— Ты меня оклеветал! — кр и ч ал а старуха, р ы д ая.— Ты по­ дзабыл Б о га. Ч то я тебе сд ел ал а! Кого я погубила?! С каж и, вот перед этим собранием правоверны х! — Х адж и м ет не отвечал, д а ж е не поднял гл аз, только м ахнул рукой стоявш им вблизи. С таруху п одхватили под мыш ки и потащ или к костру. Ж ал о б н ы е вопли несчастной скоро затихли, и в несколько минут старуха совсем и сч езл а в огне и дыму... О чередь дош ла до вдовы, которая все врем я сто ял а с закры ты м лицом. Она м олчала, и только иногда зам ет н о было, к а к д р о ж ь п ррбегал а по ее телу. М не ж а л ь стал о ее: д а и все, ск азать правду, ж а л ел и. Только один голос р азд ал с я л з всего собран и я — голос б р ата вылеченной женщ ины .



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
Похожие работы:

«A/16/RES РЕЗОЛЮЦИИ, ПРИНЯТЫЕ ГЕНЕРАЛЬНОЙ АССАМБЛЕЕЙ НА ЕЕ ШЕСТНАДЦАТОЙ СЕССИИ Дакар (Сенегал), 28 ноября – 2 декабря 2005 года СОДЕРЖАНИЕ Стр.1. Участие в шестнадцатой сессии 2. Повестка дня сессии 3. Список резолюций 4. Резолюции, принятые Генеральной ассамблеей A/16/RES...»

«Л.Н. Гумилев атындаы ЕУ Хабаршысы Г.А. ШАРИПОВА ПОЭТИКА ХУДОЖЕСТВЕННОГО ВРЕМЕНИ-ПРОСТРАНСТВА ПЬЕСЫ Л. ГУМИЛЕВА "ВОЛШЕБНЫЕ ПАПИРОСЫ (ЗИМНЯЯ СКАЗКА)" This article under consideration is about the poetry of literary time and area of the play by L. Gumilyov “Magic cigarettes (Winter fairy tale)”. The play was written in 1942 in Noril...»

«Идиостиль Андрея Платонова: интертекстуальноконцептуальный и лингвопереводоведческий аспекты (анализ на материале повести "Котлован") ВАСИЛИЙ БУЙЛОВ Идиостиль Андрея Платонова: интертекстуальноконцептуальный и лингвопереводове...»

«'1 ОБЪЯСНИТЕЛЬНЫЙ ПУТЕВОДИТЕЛЬZ (10 ХУДОЖЕСТВЕННЫІЪ СОБРАНіЯМЪ ПЕТЕРБУРГА. (Эрмйтажъ, АкадеміяХудожествъ, Музея Императора Александра Ш и другіе художествеввые музеи). с.-щ Д. Д. ИВАНОВЪ. ОБЪЯСНИТЕЛЬНЫЙ ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ СОБРАНІЯМЪ ПЕТЕРБУРГА, (Эрмитажъ, АкадеміяХудожествъ, Музеи Императора Александра...»

«ЕС Бхакти Вигьяна Госвами Семинар „Шаранагати”, ретрит 2007 Первая лекция Харе Кришна! Мы будем говорить о Шаранагати, потому что это самое главное. Бхакти, или любовь к Богу, начинается с Шаранагати, с предания себя Ему, и по мере того, как...»

«знаменитые английские писатели и их основные произведения Байрон Джордж Ноэл Гордон (1788 1824). Поэт-лирик, автор сатирических и драматических поэм, критик, выдающийся представитель английского романтизма. Поэмы "Паломничество Чайльд-Г...»

«Пояснительная записка. Рабочая программа "Черчение" для школ (классов) с углубленным изучением предметов художественно-эстетического цикла в рамках предметной области "Технология" базируется на программах, выпущенных под грифом Министерства образования РФ:1. Черчение: Образовательная область Технология: Про...»

«ISSN 2075-1486. Філологічні науки. 2015. № 20 УДК 821.161.1 Платонов ЕВГЕНИЙ ЯБЛОКОВ (Москва) ЖЕНСКИЙ ОБРАЗ В ХУДОЖЕСТВЕННОМ МИРЕ АНДРЕЯ ПЛАТОНОВА В АСПЕКТЕ СИМВОЛИЗМА Ключові слова: художній світ Платонова, система персонажів, жіночі образи, Софія. Проблема "Платонов и символизм" была п...»

«Семь красавиц Начало повествования о Бахраме Тот, кто стражем сокровенных перлов тайны был, Россыпь новую сокровищ в жемчугах раскрыл. На весах небес две чаши есть. И на одной Чаше —камни равновесья, жемчуг — на другой. А двуцветный мир то жемчуг получает в дар Из небесных чаш, то — камня павшего удар. Таково потомство шахов. Перлом заблистать Мож...»

«№3(2012) (2012) Учредитель, редакция и издатель журнала : ООО "Витпостер" Главный редактор: АВРУТИН Анатолий Юрьевич Редакционная коллегия: Анатолий АНДРЕЕВ Глеб АРТХАНОВ протоиерей Павел БОЯНКОВ Алексей ВАРАКСИН Иван ГОЛУБНИЧИЙ (Москва) Светлана ЕВСЕЕВА Николай КОЗЛОВ Николай КОНЯЕВ (Санкт-Петербург) Владимир МАКАРОВ Валентина ПОЛИК...»

«Н.А.бЕРДяЕВ Духирусскойреволюции I Гоголь в русской революции Гоголь принадлежит к самым загадочным русским писателям, и еще мало сделано для его познания. Он загадочнее Достоевского. Достоевский много сделал сам для того, чтобы раскрыть все п...»

«В. А. ТУНИМАНОВ БУНИН И ДОСТОЕВСКИЙ (ПО ПОВОДУ РАССКАЗА И.А.БУНИНА "ПЕТЛИСТЫЕ УШИ") Рассказ Бунина "Петлистые уши" в нашем восприятии естественно и неизбеж­ но ассоциируется с творчеством Достоевск...»

«Книги С.Т. Алексеева Книги А.И. Арбатовой Книги Д.Л. Быкова в библиотеке в библиотеке в библиотеке им. А.С. Пушкина: им. А.С. Пушкина: им. А.С . Пушкина: Прозаик Писательница, драматург, Писатель, журналист, поэт, телеведущая, публицист кин...»

«Енисей 16+ * №1 Красноярский краеведческий 2013 и литературно-художественный альманах i| Енисей * №1 Красноярский краеведческий 2013 и литературно-художественный альманах Вла димир Шанин главный редактор заместители главного редактора: Марина Саввиных по поэзии Тамара Булевич по прозе редакционный совет А лександр Астраханцев прозаик, пр...»

«Обзор интернет-ресурсов о местном самоуправлении Обновляемый сетевой ресурс Подготовлен в НИО библиографии РГБ Автор-составитель: Т.Н. Малышева Подготовка к размещению на сайте: О.В. Решетникова Первая версия: 2009 год Последнее обновление: ноябрь 20...»

«Муниципальное бюджетное образовательное учреждение дополнительного образования детей "Детская школа искусств" станицы Тамань ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ПРЕДПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ПРОГРАММА В ОБЛАСТИ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОГО ИСКУССТВА...»

«РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ПО ЛИТЕРАТУРЕ в 7 классе 1. Пояснительная записка Рабочая программа по литературе для 5-9 классов составлена на основе Фундаментального ядра содержания общего образования и Требований к результатам основного общего образования, представленных в Федеральном государственном образовательном ст...»

«Ionov Aleksandr Nikolaevich REPORT -проезд 2-й Юбилейный Улица 1 Ионов Александр Николаевич-Наименование ГАЗПРОМ РАО ХОЛДИНГ (ДО 01.01.00) Год основания Город Факс Телефон (095) 7193001, 1253099 Адрес 117884, Москва, ГСП-420, Наметкина 16...»

«В серии СОВ. секретно А. Первушин "ОККУЛЬТНЫЕ ВОЙНЫ НКВД И СС" Ю. Кузнец "ТЕГЕРАН-43" А. Широкорад "ТАЙНЫ РУССКОЙ АРТИЛЛЕРИИ" А. Широкорад "ОГНЕННЫЙ МЕЧ РОССИЙСКОГО ФЛОТА" А, Литвин "КРАСНЫЙ И БЕЛЫЙ ТЕРРОР В РОССИИ" Александр Широкорад Москва "Яуза" "ЭКСМО" ББК 68.52 Ш64 Оформление художника С. Силина Широкорад А....»

«Эллен Фейн, Шерри Шнайдер "Новые правила. Секреты успешных отношений для современных девушек" Спокойно ли ты относишься к тому, что парень, с которым ты переспала, • больше не дает о себе знать? Считаешь ли ты, что вызвать тебя на свидание в последнюю минуту — это • веселый и приятный сюрприз, а вовсе не оскорбительный пост...»

«Всемирная туристская организация Исполнительный совет CE/90/11(a) Мадрид, мая 2011 г. Девятнадцатая сессия Язык оригинала: английский Момбаса, Кения, 19 – 21 июня 2011 г. Пункт 11(a) предварительной повестки дня Прис...»

«Genre det_history Author Info Борис Акунин Турецкий гамбит 1877 год, Российская империя участвует в жесточайшей русско-турецкой войне. Юная девушка Варвара Суворова, петербургская красавица передовых взглядов и почти нигилистка, отправляется в зону боевых действий к жениху. Началось путешеств...»

«ПРЕДИСЛОВИЕ Среди сотен дивизий, участвовавших в Великой Отечественной войне, 108-я гвардейская стрелковая дивизия была одним из обычных соединений. Она с боями прошла долгий путь от предгорий Кавказа до Австрийских Альп, находясь на левом фланге советско-германского фр...»

«Отдел оптовых продаж Украина: +38 (066) 492-33-29 +38 (050) 138-41-75 +38 (068) 517-13-64 Россия: +7 (499) 403-30-37 Казахстан: +7 (717) 272-70-30 Skype: ricamareopt http://evdress.com Оптовый магазин Украина, г. Харьков, ТЦ Барабашово, пл...»

«И. В. Логвинова (Москва) Мифологические корни образа человека-собаки в комедии Людвига Тика "Принц Цербино" Аннотация В статье речь идет о мифологических корнях образа человека-собаки в комедии Л. Тика "Принц Цербино". На примере образа человека-собаки показано, как Л. Тик создает новую романтическую мифологию. Ключевые слова: м...»






 
2018 www.new.pdfm.ru - «Бесплатная электронная библиотека - собрание документов»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.